Убита светом, рождена тьмой - Дара Мир
Плечом отталкиваю всех со своего пути, зарабатывая омерзительные слова в свой адрес, отмахиваясь от них рукой, показываю в ответ средний палец.
Покончив с огромной толпой, наконец замечаю барную стойку, где сидит друг детства. Вид Джонатана вызывает паническое чувство внутри. Светлые кудри в неряшливом беспорядке и грязные на вид, под глазами улеглись темные тени, губы сжаты в тонкую линию.
Быстрым шагом преодолеваю расстояние, становясь позади друга, и он сразу же оборачивается на меня с грустной улыбкой на лице.
– Ты пришла, звёздочка, – хриплым голосом произносит Джонатан, допивая спиртное в бокале одним глотком.
Я кладу руку на его плечо, пытаясь удержать на месте, когда он слегка пошатывается на барном стуле.
– Давай отвезем тебя домой.
Мои руки пытаются вытянуть Джонатана, но он, как неподвижная скала. Чёрт, я всё ещё не привыкла к мышцам, которые он отрастил. Это больше не мой маленький худой друг, которому нужна защита.
– Мой дом сам ко мне приехал, – настолько тихо бормочет, что едва удается расслышать слова, но я слышу, и моё сердце сжимается.
Убираю от него руки, находясь в удивлении от слов друга. Я ведь просила не делать меня центром Вселенной. Я не должна быть для него смыслом жизни.
Джонатан поворачивается на стуле в мою сторону, смотря с такой болью в глазах, что сбивает с толку. Его руки обвиваю мою талию, притягивая ближе, я не сопротивляюсь и позволяю ему положить голову на грудь. Сейчас друг напоминает мне маленького Джонатана. Того, кто падал со своего велосипеда и приходил в домик ко мне залечивать раны. Он всегда плакал, когда их обрабатывала, и клал голову на мою грудь, чтобы я успокаивающе гладила его по волосам. Сейчас делаю то же самое, но на этот раз я не знаю, что стало причиной его ран.
Я только собираюсь спросить, что произошло, как внезапно грубый голос, имеющий власть над моим сердцем, появляется рядом с нами, ускоряя мой пульс в эту же секунду до болезненных ударов.
– Убери от неё руки, – мои глаза устремляются в сторону мужчины, который разбил моё сердце, и гнев вспыхивает внутри.
Райан отвечает на мой взгляд тем же пылким гневом. Мужчина одет во все черное и на нем привычная кожаная куртка с эмблемой красных воронов.
Мое сердце делает кульбит и вылетает из груди, чтобы упасть в его объятия, но я не делаю ни шагу.
Я больше не допущу ошибок.
Татуированные руки сжимаются в кулаки, напряжение сковывает всё тело Райана, а взгляд направлен на руки моего друга на моей талии с убийственным мотивом.
В голову приходят слова мужчины о ревности, если дело касается меня, но он потерял все права на это чувство, когда решил солгать мне.
Джонатан крепче сжимает меня в объятиях, притягивая слишком близко, я бы сказала даже интимно.
– Нет, – на непоколебимый ответ Джонатана, Райан делает большой шаг вперед, но я останавливаю его вытянутой рукой.
– Ты не имеешь право указывать людям касаться им меня или нет, Райан, – на мой холодный тон мужчина сужает глаза, но я вижу уязвимость в глазах осени.
В голове пролетают все слова, которые он написал мне в записках, и я почти теряю всю решимость. Но Райан ничего не добьется тем, что будет указывать мне или другим людям. Я не являюсь его собственностью.
Джонатан отпускает меня, спрыгивая со стула, протягивая мне раскрытую ладонь, и я принимаю её, переплетая наши пальцы.
Глаза Райана ещё сильнее сужаются, но мужчина смотрит только на Джонатана, будто он первый в списке, кого тот собирается разорвать в клочья, как делает это со своими противниками на ринге.
Я тяну друга к выходу, подальше от опасных намерений Райана, но Джонатан удерживает меня на месте.
– Ты слышал, звёздочку. У тебя больше нет никаких прав на неё. Абсолютно никаких. Только пустота. Ребекка никогда не простит тебя, никогда не будет с тобой. Ты не достоин её так же, как и все остальные, – не успеваю переварить и понять слова Джонатана, как Райан сразу же срывается с места.
Он отталкивает от меня Джонатана, расцепляя наши руки, ударяя моего друга в лицо кулаком, а после коленом в живот.
Мой желудок неприятно сжимается в приступе рвоты при виде этой картины. Картины, которую я бы предпочла не видеть. Я не хочу делать выбор между ними двумя, между мужчиной, владеющим многими частями меня, и другом детства.
Охранники сразу же бросаются их разнимать, но их сила никогда не сравнится с силой, которую имеет Райан. Если я не вмешаюсь, он убьет его, а мне придется убить Райана, потому что никто и никогда больше не навредит моим близким, а Джонатан – часть моей семьи.
Я делаю стремительные шаги к Райану, который наносит удары по Джонатану один за другим, когда тот даже не отвечает на них. Только улыбается отвратительной улыбкой, которая возрождает слишком много вопросов в моей голове, как и его предыдущие слова.
Откуда ему вообще было известно о моих проблемах с Райаном?
И внезапно меня осеняет, что это клуб принадлежит Райану, я видела его в списке, когда читала досье мужчины.
Боже, может ли это всё быть просто совпадением?
Локоть Райана цепляет мой живот, сбивая дыхание, но несмотря на его дикую энергию и боль в ребрах, обвиваю руки вокруг его талии, и мужчина замирает.
Мои губы тянутся к его уху, ядовитый и злой тон срывается на него:
– Ты совершил ошибку, причиняя боль моей семье, Рассел. Ошибку, которую я не прощу тебе никогда, – мои руки отпускают мужчину и, пользуясь моментом заторможенности, подаю руку Джонатану.
Отвратительная улыбка стирается с лица друга, оставляя только болезненное выражение лица, которое сжимает моё сердце. Джонатан хватается за мою руку, с болезненным стоном поднимаясь на ноги. Он опирается на мои плечи, и я веду друга в сторону выхода, желая поскорее убраться с клуба пока не приехала полиция из-за драки.
Оборачиваюсь назад, встречаясь с глазами осени, чтобы показать всё, что он сделал со мной. Но Райан смотрит так в мою сторону, словно это я предала его, будто это я ранила его ножом в спину.
Как мужчина смеет так смотреть, когда он именно тот, кто сделал это?
Пошел ты, Райан Рассел.
Отворачиваюсь от него и выхожу на улицу, расталкивая снова всю толпу, игнорируя их высказывания в нашу сторону.
