Бессмертная и Беспокойная - Мэри Дженис Дэвидсон
— Могу я позаимствовать этот тазик для рвоты? — вежливо спросила я.
— Запихните его себе, о королева вампиров. Кроме меня, никого не тошнит, это новое правило.
Я ухмыльнулся, но не смогла сдержать лёгкого приступа ревности. Что было совершенно глупо. Но… Ник изначально интересовался вашей покорной слугой. И я думала, что он пригласил Джессику на свидание, чтобы сблизиться со мной. На самом деле, я просто выдавала желаемое за действительное.
Я была безумно рада за Джессику, но не могла не чувствовать себя немного обиженной из-за того, что Ник так быстро оправился от своего порочного влечения ко мне. Что тоже было глупо: единственная причина, по которой Синклер заставил его забыть о том, что мы делились кровью, заключалась в том, чтобы заставить его забыть. Не говоря уже о том, что у меня на крючке был самый сексуальный и умный вампир в мире.
То есть, когда он разговаривал со мной.
— Что с ребёнком?
— Ты даже не поверишь.
Джессика закрыла глаза.
— Можешь не говорить. Ты его законный опекун.
— Сразу поняла.
Она подняла голову.
— Почему ты такая мрачная? Ты хотела ребёнка с тех пор, как воскресла из мёртвых.
— Но не так! Я имею в виду, отвратительно. Мусоровозы и сожжённые биологические родители? Фу.
— Ну, в особняке достаточно места для ребёнка. И ты без ума от него. И только он, по сути, терпит тебя. Так что всё получилось, — она сделала паузу. — Мне жаль. Это прозвучало неправильно.
— Хорошо. Всегда приятно, когда кто-то другой высказывает своё мнение. Иногда я устаю от этого.
— Правда что-ли? — сладко спросила она. — Трудно сказать.
— Заткнись и умри.
— Видишь? Ты только что сделала это!
Я не ответила. Вместо этого я потрясла Малыша Джона, чтобы разбудить его. Поскольку я вырубилась в течение дня, и была одна, если он плакал днём, ему чертовски не везло. Клянусь Богом, это будет ночной ребёнок.
— Лучше бы начать опрашивать дневных нянь, — заметила Джессика.
— Обычно в доме околачивается сотня человек, — пожаловалась я. — Нам нужна ещё одна? И как мы можем скрыть от неё все наши странные выходки? Или от него?
— Как насчёт няни-вампира?
Я замолчала. Эта мысль не приходила мне в голову. Затем:
— Ничего хорошего. Любому вампиру нужно спать днём.
— Но Марк, я, Кэти и Антония обычно днём где-то рядом.
Я промолчала. У неё было достаточно проблем, чтобы не знать, что все они исчезли из-за меня.
— Может быть, действительно старый вампир? Ты знаешь, Синклер может бодрствовать большую часть дня. Найдём какого-нибудь семидесятилетнего кровососа для этой работы.
— О, конечно, это большая честь. «Эй, древний вампир, не против сменить дерьмовые подгузники моему сводному брату? И не забудь покормить его перед сном. И ещё, не пей его сладкую, свежую, детскую кровь.
— Блабла, — согласился Малыш Джон. Он повернул голову и мило улыбнулся Джессике. Он действительно становился милым. Когда он родился, он был похож на разозленного ощипанного цыплёнка. Теперь у него были приятные пухлые ручки и ножки, округлый живот и солнечная улыбка. Его волосы были цвета тёмной соломы, которая торчала во все стороны. Джессика улыбнулась в ответ, она ничего не могла с собой поделать.
— Он определённо мне нравится, — сказала она.
— Как на грибок на ноге.
Дверь кабинета Джессики распахнулась, и на пороге появился ночной медбрат. К счастью для меня, это был мужчина.
— Извините, мисс, но часы посещений закончились час назад.
Я надвинула солнцезащитные очки на нос и сказала:
— Проваливай. Я могу оставаться здесь столько, сколько захочу.
— Это не те дроиды, которых ты ищешь, — добавила Джессика, хихикая.
Медбрат развернулся и, как робот, за которым плохо ухаживают, чопорно зашагал прочь.
Я положила ноги на кровать Джессики и устроилась поудобнее. Малыш Джон заёрзал, и, чтобы отвлечь его, я плюхнула его на её кровать. Он немного поёрзал, затем перевернулся и сунул большой палец в рот, не сводя с меня своих тёмно-синих глаз.
— Итак, дичь. Как прошли похороны?
— Чудовищно. И наполненные ложью.
— Значит, как Ант при жизни?
Я рассмеялась впервые за два дня. Боже, я любила её. Что химиотерапия поможет. Иначе я за себя не ручаюсь.
Глава 9
Зазвонил телефон (в час ночи!), и я бросилась к нему.
— Синклер? Привет? Ты, крысиный ублюдок, где ты, чёрт возьми, пропадал?
— Это глава логова Антонии? — спросил низкий мужской голос.
Я была сбита с толку. Это была неделя странных телефонных звонков, блевотины лучших друзей и дурацких похорон.
— Которой Антонии?
— Единственной Антонии. Высокой, стройной, темноволосой, темноглазой, обороня, которая не может перекидываться?
— О, той, что живая! Да, это её, гм, логово.
— Объяснись.
У меня были серьезные проблемы с пониманием разговора.
— Объяснить что?
— Она не появлялась в этом месяце. Ты несешь ответственность за неё, как временный вожак стаи.
— За что?
— За её безопасность.
— Что такое временный вожак?
— Не валяй дурака, вампирша.
— Кто валяет? И как ты узнал, что я... я имею в виду, кого ты называешь вампиршей?
— Я разрешил Антонии встречаться с тобой на строгих условиях. Ты нарушаешь эти условия.
— На каких условиях ты…?
— Предъяви её немедленно, или будешь страдать от последствий.
— Предъявить её? Она не является товаром промышленного производства! Кто это?
— Ты знаешь, кто это.
— Чувак, я совершенно, абсолютно не понимаю.
— Твои попытки прикинуться идиоткой не собьют меня с толку.
— Кто это прикидывается? — заорала я. — Кто ты такой и о чем, чёрт возьми, ты говоришь?
Последовала долгая пауза, прерываемая тяжёлым дыханием. Отлично. Розыгрыш извращенца.
— Очень хорошо, — прорычал низкий голос. По-настоящему прорычал; я почувствовала, как волосы у меня на затылке пытаются встать дыбом. — Будь по-твоему и отвечай за последствия.
Щелчок.
История моей жизни на этой неделе.
Я уставилась на теперь уже мёртвый телефон, а затем швырнула его в стену с такой силой, что он разлетелся на дюжину осколков.
Глава 10
На следующий вечер, покормив Малыша Джона из бутылочки в 10 часов вечера, отрыгнув и усадив в манеж на кухне, я достала из коробки новый телефон (слава богу, что Уолгринса продаются круглосуточно).
Я буквально только что повесила трубку, когда зазвонил телефон, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Я схватила новую трубку.
— Что за урод звонит мне сейчас?
— Только я, Ваше величество.
— Тина! У тебя какой-то металлический голос. Всё ещё во Франции?
— Всё ещё. И что ещё хуже: я не смогла достать короля.
