Александр Бромов - Игры богов

Там, под желудком, притаилось нечто грязно-зеленое.

— Оставим и все коту под хвост, — хмуро произнес ашурт, — На второй заход нас не хватит. Лично меня да сих пор качает.

— Целители где? — повернулся Лас к магу, сосредоточенно смотрящему в окно.

Боги, какие все стеснительные! Девушка же в штанах. Или как это у них называется? Кальсончики с кружавчиками?

Сантилли резко набросил ночную рубашку обратно и угрюмо спросил человека:

— А через ткань увидеть сможешь?

Ничего он не увидел, только глазами похлопал. Как и целительница, за которой сбегала расторопная служанка. Ашурт презрительно проворчал «маги хреновы» и задумался. Сюда бы самого плохонького лекаря из их мира и он бы справился, не особо напрягаясь. Наверно. Но в любом случае что-то бы да сделал.

— Ае, — ашурт посмотрел на друга, — а если подманить чем-нибудь?

И тут Лас вспомнил слова Эджен: «Искушать можно не только для этого, Непоседа. Желания бываю разные». Он же искуситель. Самый сильный за всю историю Ине Кей-Лайн. Неужели не справится с какой-то мелкой дрянью?

— Надо запереть ее куда-нибудь, — йёвалли огляделся вокруг, — не в руках же ее таскать, — и увидел крупный бриллиант, висящий на цепочке поверх одежды мага. — Вот это подойдет.

Но человек вцепился в кулон, как утопающий в спасательный круг.

— Это высший знак, — возмутился он. — Это неприкосновенно!

— Тогда я перетащу ту дрянь в тебя, — вкрадчиво посулил Сантилли. — И будешь ты национальным героем. Памятник тебе поставят. Букетики-веночки будут таскать по праздникам. Поклоны бить. Как другими жертвовать, так мы храбрые, а как безделушку отдать, так — в кусты? Считаю до одного. Раз.

Маг поспешно стянул цепочку и отдал демону.

Чтобы тебе пообещать? Ласайента пристально вгляделся в грязное пятно. Что ты любишь? Оно любило чужую жизнь. Оно было готово пожирать ее десятками, сотнями и все ему было мало. Оно любило смаковать эти жизни, растягивая удовольствие надолго, наблюдая за чужой агонией и наслаждаясь ею. Это, хвала небу, не было проклятием — редкая местная болезнь, которую девушка где-то подцепила.

«Иди сюда, — поманил ее Лас, — у меня много вкусненького. Молодые, полные сил и крови. Здоровые, сильные и ничего о тебе не знающие. Они не смогут защититься. Смотри, какие глупые. Ими ничего не стоит овладеть». Демон рисовал реальность, которую так жаждало то, что затаилось внутри королевы.

«Зачем тебе одна слабая и истощенная, когда здесь столько крови и мяса. Оно прыгает, бегает, ест, а ты не хочешь этим воспользоваться? Сейчас оно уйдет, а ты останешься ни с чем. Это тело умрет, и где ты будешь искать новое, если его сожгут? Ты ведь не хочешь, чтобы тебя сожгли?». Вот так, кнут и пряник, пряник и кнут. Иди же сюда, радость моя! Здесь тепло. Здесь уютно. Здесь много еды. Молодец!

Внутри когда-то прозрачного камня свивал кольца тонкий червячок. Почему все болезни похожи друг на друга?

— Запирай, — прохрипел Лас, откидываясь назад. — Чтоб я еще раз такое делал….

— А зачем? — удивился ашурт и протянул кулон шарахнувшемуся в сторону магу. — Ну, как знаешь.

Демон окружил камень защитной сферой и сжал в ладонях:

— Гори в аду, тварь!

Камень расплавился в огненном вихре, но ашурт жег и жег его, пока там ничего не осталось.

— Домой, есть и спать, — устало произнес он. — Или я убью кого-нибудь.

— Мы просим храбрых рыцарей остаться и принять Наше гостеприимство, — царственно предложила королева, приподнимаясь на постели и одновременно не забывая смущенно прикрываться одеялом, — У Вас будет все, что вы пожелаете. Но могу ли я узнать имена моих доблестных спасителей?

Сантилли сделал круглые глаза: «Она каких баллад начиталась?», но вымотанный Лас только пожал плечами — ему было все равно.

Что нашло на ашурта, когда он представил себя и друга, так никто из них и не понял.

— Его Высочество принц Ласайента рода Грайэ из дома Йёвалли.

Лас убил его глазами и коротко поклонился. Королева, в отличие от мага, приняла это как должное, но вот потом позволила себе немного удивленно приподнять брови.

— Император объединенных миров Сантилли рода Дэ Гра из дома Ашурт. Извините, Ваше Величество, одеты немного не по форме, — демон учтиво поклонился. — И где наши комнаты?

Человек так и остался стоять с открытым ртом. Забавно выглядело.

— Недельку еще придется потерпеть, — вздохнул Санти, — оглядывая небесно голубую спальню, — И кто здесь до меня обретался? Только не говори, что гей. Я тебя умоляю.

Лас весело хмыкнул и ушел к себе.

«А у меня салатовая», — сообщил он другу перед тем, как провалиться в сон. Слуги, принесшие обед, так и не смогли до них достучаться. Маги покрутились под дверями, но защиту, установленную демонами, пробить не смогли. Друзья проснулись через сутки, порталом сходили за вещами, распрощались с хозяйкой, у которой снимали комнату, заглянули к десятнику, наведались в небольшой трактирчик, отмылись в банях и только потом заявились во дворец.

У дверей в коридоре их ждала делегация из парикмахеров, которых они сразу выгнали, и портных, от услуг которых они тоже отказались. Нормальная добротная одежда. Чистая и даже ни разу не штопанная. Не нравится, мы не виноваты, но носить ваши попугайские балахоны? Увольте.

Вскоре явился слуга и велеречиво пригласил их на обед от имени королевы Виктори.

— Хоть знать будем, как ее зовут, проворчал Сантилли, застегивая перевязь с ножами.

— У нее земное имя, между прочим, — отозвался Лас, развалившийся на кровати. — А у меня уютнее.

Ашурт фыркнул:

— Совпадение, — и усмехнулся. — И что из этого следует?

— Спим у меня, — весело ответил принц, — вот что из этого следует. Может, никуда не пойдем? Тошнит меня от таких обедов, — пожаловался он, — особенно после ангелов.

Ашурт попинал его по ногам:

— Вставай, королева приглашает.

Босая демонесса в мужских штанах и просторной рубашке сидела на подоконнике, обняв колени. Распущенные густые волосы золотистой волной расплескались по плечам и спине. Девушка задумчиво смотрела в окно на двор чужого дворца, а утреннее солнце укутывало ее сияющим ореолом. Никогда она еще не была так прекрасна, его девочка, его единственная любовь во всей Вселенной.

— Извини, — улыбнулся Сантилли, садясь рядом, — кофе нет.

Ласайента пожала плечами: когда-нибудь будет.

— Иди ко мне, — он легонько потянул ее за руку, и она перебралась к нему на колени, пристроила голову на его груди и затихла.

— Не грусти, маленькая, — тихо сказал ашурт, — Скоро все кончится. Мы придем домой, где нас давно уже ждут.