Иисус моей веры - Аляска Мэд

– Да. Я не должен был этого делать?

– Он обижается, когда я делаю все эти вещи. Но лгать я не буду. Так что не стоит переживать, Мартин. Ты все сделал правильно.

– Где твои родители? – от слов девушки стало проще вести разговор.

– Мама приедет вечером. Она у дедушки в Стэкполе, после его инсульта нередко туда ездит. Может, ты хочешь сдать работу по латыни раньше?

– Леди Кэмпбелл – твоя мать? – я нервно засмеялся. – Никогда бы не подумал.

– Именно поэтому меня все еще не выгнали из колледжа, к сожалению.

Диалог стал непринужденным – кажется, я успешно вырвал Иисуса из удручающих ее мыслей. После того как сигареты были выкурены, мы зашли внутрь – на воздухе было прохладно. Я хотел было сесть на диван, но это место оказалось занято. Знакомый запах врезался в нос – я увидел парня из телефона. «Снова!» – негодование прозвучало в моей голове.

– А он что тут делает? – спросил я.

– Спит, как видишь.

– Но, – мне не хотелось казаться материалистом, – он же не из тех, кому негде спать, – я судил только по стоимости машины этого парня.

– Как раз из тех, Мартин. Отец выгнал его из-за косяка, – Иисус иронично рассмеялась. – Оставил ему только машину. Кстати, будешь этот злосчастный, ведущий всех нас в могилу наркотик?

Мне сразу вспомнилась метафора о галстуке, из-за чего я засомневался в том, что изгнание блудного сына было вызвано только марихуаной.

Она мягко достала из переднего кармана джинсов парня из телефона пачку Marlboro с табаком и марихуаной.

– Совсем скоро тебе придется возвращаться из пробника небытия. Как жаль, – Иисус прошептала это, нежно укрывая лежащую на ее диване личность.

Мы прошли в ее комнату и раскурили на двоих одну «палочку смерти» в окно. Влажный слабый ветер преображал дым в плотные спирали, растворяющие так же быстро, как чувствовался приход. Он создал концентрацию правильных мыслей и беспечных чувств. За двадцать минут приятной, но не запоминающейся беседы я не узнал ничего нового о собеседнице. Она попросту не позволяла разговору уйти в ее сторону. После Иисус сходила вниз и, вернувшись, воскликнула: «Едем в Хай-Уиком?»

Мы разбудили длинноволосого и втроем выпили чай. Кристиан приехал через семь минут, после того как Иисус проводила парня из телефона и переоделась – теперь ее стиль был подходящим скорее для Вудстока 7, нежели для английской провинции. Я закрепил велосипед на крыше машины.

Автомагистраль М40 расплывчато летела под колесами. Я надеялся, что скоро этот же пейзаж будет сопровождать меня на интервью 8. Но перспектива навевала тревожную печаль от будущей жизни. В старой машине нежелание прощаться с текущим периодом жизни поселилось где-то в горле. Холодный воздух врезался в лицо с двух сторон – я сидел на заднем сидении. Крист ответственно держал обе руки на руле, а Иисус ориентировала его по карте. Хотя их действия были слаженными, между друзьями чувствовалось разногласие.

Город был непримечательным, исключая группу скинхедов прямиком из прошлого десятилетия. Мы проехали немного дальше и пошли по узкой тропе, окруженной елями. У реки Крист заметил одиноко стоящие на мели деревянные лодки. Мы залезли внутрь одной из них, я снял незакрепленную ржавую цепь, и течение медленно понесло лодку по реке. Никто из нас не умел управляться с веслами, поэтому мы не могли пришвартоваться к противоположному берегу. Вернуться тоже не получалось. Тогда я снял кеды, загнул джинсы до колен и ступил в воду. Она была чертовски холодной, так что конечности еще долго казались обескровленными. Я дотянул лодку до суши. Мы оставили ее на видном месте при невозможности вернуть на положенное и высыпали на сиденье имевшиеся деньги как плату за причиненные хозяину лодки неудобства. Когда мы разожгли небольшой костер, по ту сторону реки послышался крик.

– Эй! Это вы сделали?

– Простите, сэр. Мы только хотели полюбоваться здешними красотами. У нас не было злого умысла, – Иисус грамотно оправдалась в ответ тучному мужчине в рабочей одежде.

– Вы там застряли? Ладно, потушите костер и идите вверх по склону, там будет мост. Лодку уж я потом верну.

Благоразумно мы решили последовать совету владельца лодки, выбранной нами наугад.

– Такое совпадение просто удивительно, – заметил я, пробираясь между деревьями.

На мосту мы встретили незнакомца, который указал путь, и поначалу было страшно подходить ближе. Но иного выхода не оставалось, так что мы подчинились судьбе.

– Хотели посмотреть на красоты, говорите? – он недоверчиво улыбался.

– Да, – ответили мы хором.

– Плыли бы тогда в другую сторону. Там есть остров. На нем музыкальный храм. Ладно, что уж говорить, – речь мужчины была мечтательной. – Костер-то для чего развели?

Иисус ткнула в меня локтем, намекая на мою очередь разговаривать.

– Мы, – я замялся, – мы не смогли остановиться, и пришлось промочить ноги.

Хозяин лодки рассмеялся в ответ.

– Давайте уж, пойдемте. Согрею вас.

– Сэр, вы давно тут обитаете? – Иисус решила быть вежливой.

– Как же, больше, чем ты живешь. Родился я, значит…

В компании предающегося ностальгии местного жителя мы вышли к маленьким домам. Ближайший приглашал нас в свое тепло. Нелюбезно было отказываться. Хозяин разогрел молоко в жестяной кастрюльке и дал нам потрепанного вида плед. Простота создавала уют, так что мы расслабились, слушая разговоры владельца лодки. Кажется, одиночество делало его слишком восприимчивым к миру. Когда стало жарко, мы вернулись к машине и с приобретенным спокойствием поехали в Лондон.

Воскресенье закончилось, но его отголоски проявляли себя и в понедельник – я приобрел концентрацию и умиротворение. Мне легко было расправляться с заданиями, а невзгоды казались мелочными. Нахождение на природе принесло пользу всем. К среде Крис совсем забыл свою обиду на лучшую подругу, так что с утра мы подпевали радио и смеялись вместо надуманных разговоров ни о чем. Тогда же друзья перестали снимать свои форменные нашивки, окончательно избавившись от них. В четверг Иисус принесла фляжку с пастисом 9, и на обеде мы добавили ее содержимое в сок. 0,5 промилле сделали занятия менее нудным и притупили страх исключения.

Последняя суббота ноября была похожа на предыдущую. Однако свободного дома для наших развлечений не было. Поэтому мы устроились в Brent Cross 10. Я сдержал свое обещание и употреблял только марихуану. Это помогло сблизиться с Кристом. Пока Иисус «предавала себя» с помощью таблетки – как выразился вышеупомянутый, – мы надрывали животы над обыденными вещами.

– Это же не так работает. Что-то должно быть веселым, чтобы вы смеялись, – заметила Иисус.

Но тут же стало еще смешнее.

Она предложила играть в прятки