Генриетта Рейд - Продается поместье с невестой

Она смущенно отвела взгляд и принялась бесцельно копаться в корзине для рукоделия.

— Ведь на самом деле вы ничего там не ищете, правда? — жестко произнес Клайв. — Вы попросту готовитесь вежливо отказать.

Эти слова снова заставили девушку занять оборонительную позицию.

«Вовсе не обязательно было раскрывать мой маневр», — подумала она.

— Послушайте, мисс Прайор, — снова заговорил Клайв, стараясь придать своему грубому голосу как можно больше мягкости. — Я могу предугадать все ваши возражения. Вы не любите меня, и вас возмущает мое присутствие на «Мызе». Поверьте, я буду проводить там минимум времени и, конечно, не стану навязывать вам свое общество. Мне, разумеется, понадобится экономка, но вы тоже можете присматривать за старым домом, а если вы беспокоитесь по поводу правил приличия, ночуйте в своем коттедже.

Труди колебалась, с трудом сдерживая готовые сорваться с уст слова отказа.

— Но у меня нет квалификации, — беспомощно воскликнула девушка, — если все сказанное вами о девочке правда, она наверняка меня не примет.

— Конечно нет, — угрюмо согласился молодой человек, — но я и сам собираюсь заняться воспитанием девочки. Передать ее на ваше попечение и умыть руки было бы слишком просто, подобное поведение не в моих правилах, мисс Прайор.

Она удивленно воззрилась на него. Должно быть, Клайву Рэнкину тяжело приходится с этой девочкой: он в состоянии обеспечить ее всем необходимым, но должен держаться на расстоянии, чтобы не позволить ее капризам подчинить себе его жизнь.

— Я же уже говорил вам, что мне не нужна ученая педантка в роли гувернантки, мне нужна просто девушка, наделенная такими качествами, как доброта, терпение и золотое сердце!

Печальная улыбка чуть тронула ее губы.

— Вы слишком многое принимаете на веру.

— Неужели? — вкрадчиво отозвался Клайв. Не получив ее ответа, он порывисто поднялся на ноги. — Я делаю заключение, что вы принимаете мое предложение. Ваше жалованье обсудим позже, но обещаю, я не поскуплюсь.

Прежде чем девушка сумела возразить, он направился к двери.

Глава 3

Втечение последующих недель Труди не раз возвращалась к вопросу о том, как она могла быть настолько слабохарактерной, чтобы позволить Клайву Рэнкину вовлечь себя в подобную ситуацию. Однажды, пропалывая свой садик, девушка обнаружила новое подтверждение тому, что Клайв Рэнкин не теряет времени даром и воплощает в жизнь свою задумку — к «Мызе» ехало несколько грузовиков с мебелью. Когда они миновали ее калитку, она выместила охватившую ее ярость на грядке с лакфиолью и примулами, ожесточенно втыкая тяпку в суглинистую почву.

Мисс Оскотт не преминула заметить, что грузовики были отправлены из самых дорогих лондонских магазинов. Внезапно выскочив из своего коттеджа с большими садовыми ножницами в руках, соседка притворилась, что собирается подстричь и без того аккуратную живую изгородь.

— Ты только вообрази, — возбужденно затараторила она, — вчера прибыло несколько контейнеров с фарфором! Миссис Дайерз говорит, что это самые прекрасные вещи, которые она когда-либо видела.

Труди выпрямилась и недоверчиво воззрилась на мисс Оскотт.

— Вы хотите сказать, что миссис Дайерз теперь работает экономкой на «Мызе»?

Библиотекарша энергично закивала и сделала вид, что подрезает живую изгородь.

— Я знала, что ты будешь удивлена, — удовлетворенно добавила она. — Какое совпадение! Бесспорно, если бы старая миссис Верлинг была жива, миссис Дайерз дважды подумала бы, прежде чем решиться на это, но мистер Рэнкин, судя по всему, предложил ей хорошее жалованье, — вот она и согласилась. В конце концов, миссис Дайерз уже немолода и, я полагаю, хочет отложить деньги на старость. Миссис Дайерз очень повезло. На «Мызе» кишмя кишат дизайнеры, устанавливают изящную мебель и вешают дорогие драпировки.

Труди отвернулась. Она не хотела, чтобы остроглазая старушка заметила смятение, вызванное новостью о том, что экономка Ричарда согласилась на предложение Клайва Рэнкина. «Интересно, что теперь скажет Ричард о восхитительном бизнесмене?» — подумала девушка со смешанным чувством превосходства и тревоги. Странно, что миссис Дайерз, которая верой и правдой служила семейству Верлинг с самого рождения Ричарда, уступила уговорам этого человека. Но сама Труди поступила точно так же, преступив через свою антипатию к Клайву, и теперь будет работать на «Мызе».

— Уже все закончила? — проворковала мисс Оскотт. Ее внимание отвлек водитель очередного грузовика с мебелью, спрашивавший дорогу на «Мызу», и она с видимым удовольствием объяснила, как туда проехать. Снова повернувшись к Труди, старушка возбужденно произнесла: — Если хочешь знать мое мнение, Клайв Рэнкин наверняка собирается привезти на «Мызу» свою невесту. Не ради же блага ребенка он так старается.

— Нам-то какое дело? — ответила девушка, повернулась и поспешила прочь по садовой дорожке, спиной ощущая изумленный взгляд старушки.

Оказавшись в маленькой гостиной, девушка закрыла дверь и осмотрелась, впервые ощутив смутное недовольство обстановкой комнаты. В дверном проеме, ведущем в спальню, взгляд выхватил кремовые обои и балочный потолок. В зеркале на туалетном столике отражались занавески и ярко-красное постельное покрывало. В глубине спальни пряталась дверь в крошечную ванную комнату, которая была построена как дополнение к спальне. О жилье позаботился Ричард, когда Труди мучительно переживала смерть отца. Девушка нахмурилась и откинула со лба прядь мягких каштановых волос.

До сих пор Труди гордилась своим домиком, непохожим на беспорядочно выстроенную и пришедшую в запустение «Мызу» с ее хаотичными лестничными площадками и запутанными коридорами. Маленький коттедж был изящным, как кукольный домик, чистым и неиспорченным, как новая игрушка, но сейчас он доводил Труди до исступления.

Девушка заварила чай и достала коробку печенья, которую ей дала миссис Дайерз во время ее последнего визита в дом Ричарда. Откусив маленький кусочек, принялась сосредоточенно смотреть в окно. Вот если бы Клайв Рэнкин еще не стал новым хозяином «Мызы»! Каким-то странным образом этому человеку удалось внести неразбериху в ее привычный жизненный уклад.

Из открытого окна донесся звук мощного двигателя, а мгновение спустя громкий возбужденный голос мисс Оскотт. У калитки стоял Клайв Рэнкин собственной персоной, мисс Оскотт громко говорила что-то, и поля ее широкополой панамы перемещались вверх и вниз. Клайв нетерпеливо отвернулся от старушки и зашагал по узкой дорожке к коттеджу.