Лиза О - Мистер Писатель

– Конечно, он сексуальный. Но питает слабость к тебе.

«Что?»

– Эм… – Из горла вырвался нервный смешок. Да, они с Мейсоном вроде как дружили. Но с тех пор, как Джози угрозами заставила его отвезти машину Элли в ремонт, почти не виделись. – Сомневаюсь.

Рейни лишь закатила глаза и вновь набросилась на Сару:

– Ладно, тогда скажи мне, его пятая точка без джинсов так же хороша, как и в них?

– Ты заглядывалась на пятую точку Такера? – рассмеялась та.

– Трудно не заметить, когда он стоит на лестнице.

– Что, правда? – Сара подошла к окну.

– Ну ты даёшь! Не прямо сейчас. Чуть раньше. Я бегала к тебе, чтобы захватить кое-что для компьютера, и видела его на заднем крыльце. Похоже, он что-то вешал.

– Интересно, что он задумал. – Сара вдруг подмигнула Рейни через плечо. – Вообще-то, его пятая точка в обнаженном виде не так же хороша. Гораздо лучше.

Рассмеявшись, Элли плюхнулась на подушку, которую только что взбила.

– Как женщина, не имеющая надежды в ближайшем будущем увидеть обнажённую мужскую задницу, красивую или не очень, я просто не могу отказать себе в удовольствии напомнить, что сейчас твоя очередь мыть туалет.

Сара накрыла крышкой стакан с глясе. Да, ничего особенного, жест скромный, но она не сомневалась, что его оценят. Всё же у Такера нехилая кофеиновая зависимость.

И как удобно для него иметь дилера прямо по соседству.

Поэтому Сара начнёт с кофе, а потом посмотрит, сможет ли увести этого трудоголика от клавиатуры или от того, что он там делал на крыльце. Ей хотелось перекусить, принять долгий душ и заняться хорошим жарким сексом. И если Такер вновь проявит покладистость, то вполне можно разделить все три пункта с ним.

Он обнимал её, пока Сара плакала.

Переживать всё заново желания не было, но за день ощущения из совершенно унизительных превратились в относительно неприятные. В конце концов, женщина имеет право на некоторое отчаяние, когда её оскорбляют на стене её же магазина. А уж если ещё и лучшее платье испорчено…

И то, как Такер всё уладил – спокойно, сдержанно, хоть и испытывал неловкость… Очень мило с его стороны.

Он и сам милый. В своеобразной манере.

И Саре это нравилось. Так что она собиралась заглянуть к этому милому своеобразному мужчине и уговорить его перекусить и принять душ.

На секс его уговаривать не приходилось. И слава богу.

Сара активировала сигнализацию и убедилась, что наружный свет включён. Нельзя позволить мелочной кампании Джонаса по оскорблениям испортить ей настроение. День на работе выдался удачный, и она планировала успешно завершить его и на личном фронте.

Вот только стоило выйти во двор и увидеть, как свет уступает место теням, едва заметно скользящим по саду, и в груди защемило. «Моё», – опять подумала Сара. Её дом, её территория, а этот ублюдок был тут как минимум четыре раза. Возможно, больше. И мало что могло удержать его от возвращения в любое время, одному богу известно с какими намерениями.

Но тревожиться и гадать о чужих мотивах ни к чему. Глупо, бессмысленно и непродуктивно. Таким, как Джонас, не нужна причина – лишь мишень. И всё, что Сара могла сделать на данный момент, – это превратить себя в очень трудную мишень.

Завести собаку? Хорошее отпугивающее средство. Они охраняют территорию и лают на незнакомцев.

И на покупателей, скорее всего. А ещё собакам нужно место, чтобы побегать, и они роются в саду. Не говоря уже о том, что Дармоед никогда не простит такого предательства. Или же Сара получит пса вроде Гава, который едва шевелится и то, только чтобы почесаться.

– Ладно. Собака отменяется, – пробормотала Сара и, встряхнувшись, направилась к Такеру.

Лучше думать о том, как его губы жарко прижмутся к её губам в знак приветствия. Как во рту появится привкус выпитого им кофе. Как нос заполнит запах мужского пота. Как руки Такера, более грубо и возбуждающе, чем она ожидает, пройдутся по её коже, и его голос – глубокий голос, который так часто бывает невозмутимым и ещё чаще резким – потеплеет, станет почти певучим.

И потом Такер рассмеётся. Это лучше всего, потому что он делает это так редко…

Сара застыла около распустившейся гардении и нахмурилась.

Вот примерно так он и рассмеется, только более по-мужски.

Голосов было два: глубокий и низкий, явно Такера, и другой, который точно ему не принадлежал.

Внутри зародилось что-то гадкое, что заставило Сару пригнуться и двигаться вдоль изгороди – ну да, гордиться тут нечем, – пока не стало лучше видно заднее крыльцо.

Сумерки сгущались, но глаза подтвердили то, во что отказывались верить уши.

Виктория. Тварь.

И Такер. Пьёт пиво, перегнувшись через перила. На узких бёдрах, обтянутых джинсами, висит пояс с инструментами… Ну прямо народный умелец, работяга месяца.

Сара позволила себе мгновение полюбоваться видом, но тут же зажмурилась. К чёрту любование. Такер общался с Тори, удобно устроившейся на его новенькой подвесной кушетке. Подумать только!

На кушетке не было ни накидки, ни подушек, но это не помешало Тори наглаживать сиденье, ворковать, а потом развалиться, словно Клеопатре на носилках. Она снова рассмеялась, встала и продефилировала к Такеру. Достаточно близко, чтобы положить ладонь на его накаченную грудь.

Что-то гадкое внутри Сары выпустило клыки.

Но будучи зрелой женщиной, а не какой-то ревнивой хищной собственницей, она справилась с желанием пойти туда и вышвырнуть Викторию прочь пинком под её идеальный зад. Ведь Сара предупреждала Такера об этой стерве. И если он слишком туп и озабочен, чтобы увидеть дальше красивой внешности, то пусть просто…

«О боже! Говорю, как ревнивая хищная собственница. И плевать, что лишь мысленно».

Содрогнувшись от отвращения к самой себе, Сара решила пойти домой, перекусить и принять тот самый долгий душ.

И, видимо, остаток ночи изнемогать от желания.

Нет, надо отнести Такеру кофе, который быстро переставал быть холодным, затем выпнуть Викторию и только потом пойти домой. Ведь кофе – жест признательности…

Ладно, нужно пару раз глубоко вдохнуть, и…

Упасть в кусты.

– Твою. Мать.

Сара постаралась ругаться как можно тише. Но, чёрт, она поцарапала руку, а волосы зацепились за ветку. Пришлось отползать назад, чтобы освободиться и незаметно свалить…

– Добрый вечер, Рыжик.

Сара замерла. Жаль, что Такер не тираннозавр и всё равно её заметит, даже если не двигаться.

– Привет.

– Какого чёрта ты забыла в кустах?

– Я… – «Думай, думай». – Искала Дармоеда.