Врачебная тайна. Шанс на счастье - Кэти Свит

не произошло, это можно исправить, – пытаюсь стоять на своем.

– Не все, – подмечает сухо.

Не зная, что сказать дальше, мы замолкаем. Я просто продолжаю стоять рядом и прислушиваюсь к тому, что происходит в палате.

Женщина тоже слушает разговоры врачей.

– Тебе нельзя здесь находиться! Хмельницкий! – возмущается какая–то женщина. – Это палата мэрского сына! Ты совсем охренел?!

– Это палата больного ребенка, которому была необходима экстренная врачебная помощь, – голос Саши полон упрямства и гнева.

Если я закрою глаза, то даже смогу представить с каким выражением он это все говорит.

– Ты бросила этого ребенка на смерть в операционной! Думаешь, я об этом забыл? – от услышанного у меня волосы на руках становятся дыбом.

Бросила умирать? В операционной?

О чем это он говорит?

– Отойди! – шипит женщина.

– Нет! – отрезает Хмельницкий. – Однажды ты его едва не угробила. Больше я тебе прикасаться к пациентам не дам!

В палате происходит какой-то непонятный шум и сопение, но я от волнения не могу даже сдвинуться с места.

Мне становится так дурно, что я едва успеваю дышать.

– Вам не хорошо? – обращается ко мне заплаканная женщина.

– Все в порядке, – произношу, отмахиваясь. Ударяюсь вся в слух.

Не знаю, что мной движет, но я поддаюсь порыву и достаю сотовый. Осторожно, чтобы меня не заметили, включаю камеру и подношу телефон к дверному проходу.

Кое-как пристраиваю, чтобы камера засняла все, что происходит внутри.

Снимаю.

– Хмельницкий, доказательств у тебя все равно нет! И не будет! – женщина в белом халате цедит едко. – По версии следствия это ты довел ребенка до клинической смерти. Шах и мат!

– Думаешь, я не смогу доказать, что это именно ты захотела потешить свое самолюбие и решила пойти на опасный эксперимент, – слова Саши эхом отражаются от стен. В них столько злости и уверенности в своей правоте, что аж с ног сбивает. – Это ты, Марьям, довела мальчика до остановки сердца! И это ты бросила операцию тогда, когда ребенок умирал на столе! – Хмельницкий выходит на эмоции. Их так много, что я удивлена, как он вообще столько всего держит в себе. – Если бы не я, то он, – показывает пальцем на спящего мальчика. – Умер бы! Понимаешь? – напирает на брюнетку. – Из–за тебя!

– Хмельницкий, не строй из себя Бога! – разъяренно шипит женщина. – Спас мальчика. Молодец! – цедит едко. – Но ты сядешь! Потому что у тебя нет ни единого доказательства моей причастности к операции! Ни видео с операционной, ни записи с камер. Ни-че-го!

– У меня есть правда! – стоит на своем Саша.

– Ты не выкрутишься, Хмельницкий, – ухмыляется женщина.

Ох, как же мне хочется ее за волосы оттаскать!

Но вместо этого я сжимаю крепче зубы и продолжаю снимать свое видео.

Пусть у Саши нет записи с камер наблюдения, но зато будет хоть что-то, что способно пролить свет на правду!

– Ты же как-то выкрутилась, когда нашла как удалить видео, – открыто говорит Саша, продолжая спокойно и твердо стоять на своем. – Или без помощи Изольды Альбертовны не обошлось? – пауза. – Это ж она тебе помогла? – щурит глаза.

– Тебя это не касается! – женщина шипит возмущенно. – Аля помогла мне, я помогла ей. Все логично!

– Значит, я прав, – горько ухмыляется мой мужчина. – Скажи, что такого ты ей пообещала на этот раз?

– Не твое дело! – врачиха откровенно злится. А я все больше хочу ей надавать.

– Мне просто интересно, во что вы обе оценили жизнь сына мэра, – продолжает Хмельницкий.

Ох, как же он хочет вывести ее из себя!

– Ну же, – продавливает. – Неужели ты пообещала новый рентген? – напирает на нее. – Хотя нет, слишком дорого. Твой любовничек столько за твою задницу не отвалит.

– Заткнись! – женщина повышает тон.

– Правда глаза колет? Да, Марьям? – Саша не отступает. Продолжает добиваться ответов на свои вопросы. – Я не сяду. Я непричастен, – он стоит на своем, чем только сильнее выводит из себя собеседницу. – А вот ты ответишь сполна!

– Еще скажи, что ты достал видео, как я покидаю операционную, а на столе лежит ребенок без признаков жизни! – говорит едко. – Не получится!

– Спорим? – Хмельницкий кидает вызов.

– Видео удалено с сервера! Оно есть только у Али и у начальника охраны! Все! – сдает себя с потрохами.

– И у главврача, – подмечает Хмельницкий с лукавой усмешкой на губах. – Вот я и нашел твое слабое место.

– Главврач тебе не поможет, – говорит женщина. – Он в курсе всей ситуации. И это именно он приказал Але подставить тебя под удар!

Глава 37. Василиса

– Он никогда бы подобного не сделал! – жестко отрезает Хмельницкий. – Виктор Дмитриевич не идиот, он не станет так жестко подставляться, – говорит твердо. – Он прекрасно знает сколько я сделал для отделения и для него лично. Так что засунь свои угрозы себе в одно место. Главный не пойдет на поводу чьих-то тупых амбиций!

С гордостью смотрю, как мой мужчина держит себя в руках.

Он стоит, как скала! Его не выведешь, как ни старайся!

Только вот я-то вижу, как ему тяжело…

– А это смотря кто попросит, – шипит стерва, приближаясь к Хмельницкому.

Нагло врывается в его личное пространство и желает подойти к малышу. Но Саша оказывается настороже и оттаскивает возмущенную недоврачиху на безопасное от чужого ребенка расстояние.

– Кто бы не попросил, – отрезает. – Виктор Дмитриевич не нарушит свои принципы. Хоть как упирайся, но это бесполезно. Многие хотели и ни раз, ничего не вышло!

– Значит, не с той стороны заходили, – ехидно добавляет. Она не желает останавливаться и сбавлять позиции, продолжает стоять на своем. – Все зависит от того, как надавить на человека. И, поверь, в случае с Сухаревым, шантаж работает лучше всего!

Резко вдыхаю, задерживаю дыхание и ме-е-едленно выдыхаю. Пытаюсь осознать глубину ямы, в которой увяз мой Саша.

А еще думаю, как ему помочь вылезти оттуда.

Понятно, что мое видео вряд ли можно будет приложить в качестве доказательств к делу. Да и в случае с Сашей вообще до суда лучше не доводить.

Даже если он его выиграет, в чем я уже не очень уверена, ведь хоть правда на нашей стороне, враг оказался гораздо хитрее и говнянее, чем только можно было представить. Репутацию Хмельницкого будет уже не отмыть.

Сарафанное радио, оно такое… Новости про высококвалифицированного врача, которого хотели лишить лицензии, облетит всю страну.

Уж слишком в большом центре работает Саша… Уж слишком пациенты сложные у него…

– Шантаж? – не сдает своих позиций Саша. Смотрит с ухмылкой на Марьям.

А я все это время продолжаю снимать.

– Суханов не подставится даже из-за шантажа! Ты не сможешь найти на него