Врачебная тайна. Шанс на счастье - Кэти Свит

на бок, кладет руки под подушку и тихо посапывает. Улыбается во сне.

Смотрю на любимую, а у самого дыхание замирает. Какая же она прекрасная! Даже когда спит.

Подхожу к сыну, проверяю его состояние. Убеждаюсь, что лекарства будут бесперебойно поступать еще несколько часов и успокаиваюсь.

Пока хожу, никто не должен потревожить сон моих родных.

Оставляю спящих Лису и Степку в палате, а сам выхожу в коридор. Три часа ночи и сейчас в больнице должно быть особенно тихо.

На посту никого нет и я без лишних разговоров направляюсь дальше.

Покидаю отделение, по лестнице спускаюсь на первый этаж и через специальный переход направляюсь в соседнее здание.

Мне нужно попасть на пост охраны пока в медицинском центре минимум лишних глаз и ушей. Я должен выяснить, кто именно меня подставил!

– Доброй ночи, парни, – заглядываю в небольшое светлое помещение с множеством мониторов.

– Ты кто такой? – напрягается один из сидящих за столом.

– Это ж Хмельницкий! – отзывается второй. Поднимается с кресла. – Саня, – представляет меня своему коллеге.

Смотрю в знакомое лицо и никак не могу вспомнить, где его видел раньше. Ведь мы сталкивались и не раз.

И вдруг вспоминаю!

– Алекс? – удивленно произношу.

– Он самый! – довольно кивает мужчина, чью дочь я спас несколько лет назад.

Она была на волосок от смерти. Мы с Карповым едва вытащили ее тогда!

– Как дочка? – спрашиваю.

– Спасибо, все хорошо, – отзывается с улыбкой. – Пошла учиться на врача.

– О как, – удивляюсь.

Как же быстро летит время! Вроде бы только спасли девчонку, а она уже девушка. В институт поступила…

– Молодец, – поддерживаю выбор. – Хорошие врачи на вес золота!

– Что верно, то верно, – кивает он. Вдруг поворачивается к своему коллеге. – Иди, подыми. Я знаю, ты хочешь, – говорит напрямую ему.

– Но это не по инструкции, – второй охранник начинает сомневаться.

– Держать кружку кофе на столе с аппаратурой тоже не по инструкции, – киваю на рабочую поверхность. Мужчина удивленно смотрит на меня.

– Иди, подыми, – повторяет Алекс. – Все в порядке. Саня работает здесь.

Охранник еще раз смотрит на коллегу, на меня, чешет голову.

– Фиг с вами, – отмахивается, забирая пачку из тумбочки. – Вернусь через десять минут, – объявляет покидая кабинет.

Он выходит плотно закрывая дверь за собой. Алекс тут же кидает внимательный взгляд на один из мониторов и спустя пару мгновений возвращается ко мне.

– Ты по поводу изъятого видео пришел? – спрашивает без каких-либо предисловий.

– Да, – киваю. – Ты в курсе того, что произошло?

– Вся больница в курсе, – горько ухмыляется.

– И все молчат, – констатирую факт.

– Угу, – кивает со знанием дела.

– Мне это видео очень нужно, – говорю честно. Нет никакого смысла скрывать. – Только так я смогу добиться увольнения Рузановой из больницы.

– Только с ним тебя не посадят? – уточняет.

– Скорее всего, да, – соглашаюсь.

На самом деле посадить меня вряд ли смогут даже при самом негативном раскладе. Но об этом мне сейчас лучше промолчать.

Есть множество другой информации, которую я смогу предоставить следствию и ее при всем желании будет не стереть. Показатели мониторов, записи приборов, показания коллег.

Одно то, что мы вытаскивали ребенка с того света! Применение препаратов, скачки напряжения в сети, это тоже все есть! Парни Макса смогут достать всю информацию.

Правда, для этого потребуется чуть больше времени.

За которое невинные могут пострадать.

Я до сих пор не понимаю, как Марьям в принципе решилась на подобное. Честно! Потому что стереть запись с камер это уже перебор.

Уйти с операционной в разгар операции тоже… Саня! Кого ты пытаешься понять? Рузанова стервозная, эгоистичная тварь!

Благо, больше ни один врач и ни один анестезиолог не станет с ней работать. Мои коллеги объявили Марьям бойкот.

Алекс смотрит на меня, его взгляд тяжелый. Но я без труда выдерживаю. Я же прав!

– Посмотри его, – говорю смотря собеседнику прямо в глаза. – Ты увидишь, что я невиновен, – делаю паузу. – А когда убедишься, то знаешь к кому идти.

Алекс смотрит на меня, думает о чем-то. По лицу ничего не понять.

– Если ты боишься увольнения, то я смогу помочь с трудоустройством, – обещаю. В конце концов, Майорову видеооператоры всегда нужны, я это знаю. – Так что подумай, – подхожу к столу, пишу свой номер телефона. – А как надумаешь, звони.

Не стану давить на него, Алекс и без того поможет. Просто уверен в этом! Ведь я когда-то спас его дочь.

Покидаю пост охраны за мгновение до того, как возвращается коллега Алекса. Мы с ним сталкиваемся в дверях.

– Быстро ты, – произносит сверкая глазами. Он не рад моему приходу и не скрывает этого. – Знай, Алекс тебе не поможет. Иначе я заложу его. Сам! – рычит плохо сдерживая ярость.

– Не знаю, сколько тебе заплатили за удаление файла, – говорю не поведя бровью. – Но это не важно на самом деле, – стою на месте преграждая ему путь. – Потому что я докопаюсь до правды чего бы мне это ни стоило. А после всех причастных уволят с волчьим билетом! Уж поверь!

– Ты мне угрожаешь? – рычит. Он тоже на взводе.

– Нет, что ты, – произношу со злой усмешкой. – Я всего лишь констатирую факт!

Глава 35. Василиса

Просыпаюсь от того, что я снова одна. Смотрю по сторонам, прислушиваюсь. Тихо.

Саша ушел.

Чувствую сердцем, что у него неприятности и мне так искренне хочется ему помочь, но не получается. Хмельницкий никогда не признается в своих проблемах, он до последнего будет меня оберегать и пытаться разобраться со всем в одиночку.

Такой уж Саша человек.

Глубоко вдохнув переворачиваюсь с бока на спину и медленно поднимаюсь опираясь на локти. Я стараюсь двигаться крайне осторожно, ведь скрипом кровати могу разбудить Степку.

А больничная кровать ой как скрипит!

Даже дышать осторожнее надо.

Как только могу аккуратнее сажусь и дожидаюсь, чтобы все детали кровати пришли в спокойное состояние и только после этого опираясь на металлическую спинку переношу вес тела на ноги. Встаю.

Подхожу к детской кроватке и смотрю на безмятежное личико спящего сына. Он расслаблен и спокоен во сне.

– Маленький мой, – шепчу, улыбаясь. Сердце переполнено нежностью и любовью к нему.

Все же сон оказался самым лучшим лекарством для души, ведь сейчас я уже так сильно не переживаю и не расстраиваюсь после полученных новостей.

Даже стома не выглядит, как нечто ужасное. Попа и попа! Только на животе.

Переборов в себе желание поцеловать нежную щечку Степки, обхожу кроватку, отправляюсь в уборную и делаю там все свои дела.

Только вот выйти все так же спокойно мне не удается. Вдруг слышу какой-то шум