Люси Гордон - Ах, карнавал!..

— Осторожней… — начал Пьетро, но рядом уже никого не было.

На длинных столах, сервированных тонким китайским фарфором и фамильным венецианским хрусталем, был накрыт роскошный ужин. Во главе застолья в роли гостеприимного хозяина восседал Пьетро, однако глазами он то и дело старался отыскать Рут. Она растворилась среди гостей, бродивших по дворцу. Пьетро замечал, как ее белое платье мелькает то здесь, то там.

Неожиданно он увидел Тони. Бедный пес с несчастным видом стоял в дверях и высматривал хозяина в толпе.

Наверное, лохматый бедолага выскользнул из комнаты, когда Мина отвлеклась. Надо побыстрее увести его отсюда, и Пьетро, извинившись перед гостями, поднялся из-за стола.

Но когда он вышел в коридор, то собаки нигде не увидел.

Вдруг откуда-то со стороны до него донесся такой знакомый голос:

— Идем же, идем, дорогой. Я тебя жду.

Словно завороженный, Пьетро последовал на его звук.

— Сюда, милый.

Коридор вывел в другой коридор, более узкий, в котором было уже меньше народу. Пьетро пошел дальше, гадая, кого же зовет за собой Рут.

— Идем же, идем…

Когда на него повеяло уличной свежестью, Пьетро понял, откуда идет этот голос. Во внутреннем дворе палаццо был небольшой сад, к которому вела длинная лестница. Внизу нее Пьетро увидел женскую фигуру в белом платье. Это была Рут — и в то же время будто и не она: какая-то новая, таинственная и загадочная. Это ощущение усиливала маска в пол-лица. Незнакомка подзывала Тони, который осторожно спускался вниз по ступенькам.

— Бедняжка, — жалея собаку, мелодично проговорила она, — все позабыли в этой суматохе, что тебе надо на прогулку. И ждать ты не можешь, правда? Идем же, здесь тоже улица, а я тебя покараулю, не бойся.

Пьетро спрятался в тени, наблюдая за собакой и дамой в белом платье.

Пьетро смотрел на нее в полном недоумении. Она покинула бальный зал, мужчин, очарованных ею, ради… собаки? Казалось, Тони занимал все ее внимание.

— Идем же, — сказала она наконец. — Я отведу тебя спать… О, Мина, ты здесь.

Домработница появилась откуда-то из-под арки, которая окружала сад, и взяла на себя заботу о собаке.

— Ох, простите, я за ним не уследила, — виновато проговорила она.

— Ничего, теперь уже все в порядке.

Мина ушла, забрав с собой Тони, и Пьетро ждал, что Рут поднимется по ступенькам. Но нет. Она прислонилась к стене и устремила взгляд на звездное небо. Пьетро заметил улыбку на ее лице. Любопытно, кому же она предназначалась? Кто занимал мысли этой девушки?

Поправив свою маску, он тихо спустился вниз и очутился рядом с ней. Услышав движение, она резко развернулась, и ее глаза оказались перед его глазами.

— Это всего лишь я, — произнес он. — Мне просто стало интересно, отчего сбежала женщина, которая очаровала всех мужчин бала.

Она тихо вздохнула, но тут же поддела его в ответ:

— А почему же хозяин дворца поспешно покинул своих гостей?

— Он отправился за ней.

— А может, она всего лишь хотела остаться одна, — уклончиво ответила Рут.

— Это неправильное желание. Такой красавице не следует быть одной.

— Но, может, под маской вовсе не такая уж красавица? Откуда он знает?

— Не обязательно видеть лицо, если известно, какое у нее доброе, любящее сердце.

— Это, конечно, любезно с вашей стороны, но какое это имеет отношение к красоте?

— Это единственное, что достойно называться истинной красотой, — сказал он.

Она явно была смущена, но быстро нашлась:

— Какой неподходящий для бала-маскарада разговор!

— Вот уж действительно. Наверное, надо флиртовать и смеяться? Но это не имеет значения, красота ее останется неизменной, — тихо проговорил он, и улыбка тронула его губы. — Даже когда она промокла насквозь под дождем и волосы повисли влажными прядями. Даже такой она останется навсегда милой для мужчины, которого выберет в друзья.

— Властелин дворца боится не стать ей другом?

— Просто… между ними могут быть барьеры, которые станут для обоих фатальными.

— Думаешь, она не захочет их разрушить? — спросила Рут более оживленно.

— Кто знает… Ее мысли и чувства скрыты от него — и даже от нее самой.

— Правда, — кивнула она.

И продолжать разговор в таком духе можно было бесконечно. Как хорошо было стоять вот так рядом, под звездами, под этим небом. Но неожиданно до них донеслась громкая музыка. Оба вспомнили о празднике.

— Тебе надо вернуться к гостям, — сказала она, очнувшись от очарования их разговора.

— Идем вместе.

И они рука об руку пошли по коридорам. Пьетро приобнял Рут за талию, готовый закружить ее в медленном танце.

— Надо воспользоваться шансом, — прошептал он ей на ухо.

Она рассмеялась в ответ, и он ощутил ее теплое дыхание на своей шее. В этот момент они были так близки друг к другу, как тогда вечером, когда начиналась прелюдия любви. На этот раз то была всего лишь игра, и их кружила магия Карнавала. Трудно было сказать, кто они сейчас такие. И это было восхитительно, за это не надо было потом отвечать перед совестью и людьми.

Вот двери перед ними распахнулись, и они снова оказались в суете бала, их заметили и зааплодировали. Но для Рут это было сущим наказанием, она мечтала выгадать момент и сбежать от этой суеты.

Поэтому, когда какой-то гость отвлек Пьетро, она тут же тихо ускользнула. Оглянувшись в поисках своей партнерши, он обнаружил, что Рут танцевала уже с другим мужчиной.

Праздник близился к завершению, и ожидание окончания вечера было для Пьетро мучительным. Серафина каждому говорила «до свидания», но вот наконец последний гость ушел, и баронесса замолчала, гневно глядя на Франко. Впервые за долгое время на балу центром внимания была не она, а загадочная женщина, которая исчезла, но занимала мысли каждого.

— Хотел бы я знать, кто она такая, — вздохнул Франко.

— Это была Рут, — холодно сообщил Пьетро. — Парик и маска отлично скрыли ее.

— Рут? — ахнула Серафина и высокомерно хмыкнула. — Но ведь она лишь…

Пьетро одним взглядом оборвал ее на полуслове. Она недоуменно заморгала.

— Настоящая хозяйка Карнавала, — поспешил договорить Франко.

«Таинственная незнакомка», — радовался Пьетро. Именно такой она и была, и это сводило его с ума.

Ослепительно улыбаясь, он проводил Франко и Серафину наверх, в их комнаты, сделав вид, что не слышит намеков на то, что они не прочь остаться тут еще на пару деньков. Пожелал спокойной ночи и с облегчением покинул их, отправившись на свою половину дворца.

Там в гостиной он и нашел Рут, которая уже избавилась от карнавального наряда и успела переодеться в привычную одежду. Теперь она никак не напоминала тот ослепительный образ, который занимал его мысли на протяжении всего маскарада.