Сандра Филд - Заслужить доверие

— Ненавижу автоответчики, — просипел он, — но ты, как видно, не оставляешь мне выбора. Марни, тебе лучше меня должно быть ясно, что в среду ночью мы оба совершили ошибку. Я думал, что смогу примирить вас с Кит, но ошибся. Она ребенок, и я несу за нее ответственность. Прежде всего, за нее. Неужели ты не понимаешь? К сожалению, я был прав, когда говорил, что торопиться нам не стоит. Но я позволил себе расслабиться, позволил желанию восторжествовать над здравым смыслом... Боже, если бы ты знала, как я себя презираю. Мы заедем за тобой завтра днем, около трех. И, Христа ради, обойдемся без интеллектуальных игр, я на них не настроен.

Марни вдруг почувствовала, что жутко устала, злость и обида, смешались с потоком слез — все, больше никакого риска, никаких распростертых объятий. Чего можно ждать от мужчины, которому отдаешь тело и душу, а он идет на попятный сорок восемь часов спустя, оставляя сообщение на пленке.

Разумеется, будь она дома, он говорил бы с ней иначе.

Смахнув с лица волосы, Марни пошла, принимать ванну. Уже лежа в воде, она подумала, что в предстоящие выходные ей придется два дня провести с Кэлом в Конуэй-Миллз. Единственное, что утешало, — они ни на минуту не останутся наедине.

В любом случае, что бы ни случилось, она никогда больше не ляжет в постель с Кэлом Хантингдоном.

Субботним вечером, в восемь тридцать Кэл въезжал в небольшой городок Конуэй-Миллз. Кит спала на заднем сиденье. Марни была несколько обескуражена ее поведением: девочка вновь замкнулась в себе, будто и не побывала позавчера в ее домике.

Что касается самого Кэла, то он держался сдержанно и в разговоры не вступал. Как будто они — два незнакомца, впервые в жизни встретившиеся и ничем не связанные.

— Куда теперь ехать? — спросил он.

— Прямо, в Конуэй-Миллз единственная дорога, — ответила Марни, прилагая неимоверные усилия, чтобы не сжимать руки в кулаки. Когда они повернули за угол у двух церквей, Марни сообщила: — Эта дорога ведет к дому моей матери — его отсюда видно, там, за деревьями.

Кэл поехал чуть медленнее, и она посмотрела в ту сторону. Окна чернели на фоне стены, словно пустые глазницы. Марни вздрогнула и поняла, что хочет быть где угодно, но только не здесь.

Дом Дэйва стоял за поворотом. Он розово-зеленого цвета: Мэри Лу всегда любила яркие краски.

Кэл свернул на дорогу, обсаженную ими. Дорога вела к ферме.

Из-за дома вышел мужчина. Он будто ждал их появления. Худой, с густыми каштановыми волосами и глубоко посаженными карими глазами, он выглядел взволнованным. Марни наблюдала за Кэлом, который с деланным равнодушием осведомился:

— Это Тэрри?

Она кивнула, не в силах что-либо ответить, затем быстро отстегнула ремень безопасности и вышла из джипа. Тэрри обнял ее, поднял над головой, глядя на нее снизу вверх, поставил обратно и горячо расцеловал в щеки.

— Привет, Мар.

— Привет и тебе. — Она подарила ему одну из своих очаровательных улыбок. — Здоров выглядишь.

— А ты еще красивее стала. Как будто вовсе не было прожитых лет. — Он посмотрел мимо нее. — А вы, наверное, Кэл. Я Тэрри Дайсон.

Мужчины пожали друг другу руки. Взгляд у Кэла был неподвижный и холодный.

— Кит проспала всю дорогу, — вмешалась Марни. — Она участвовала в баскетбольных соревнованиях вчера и сегодня днем, поэтому, возможно... о, вот и она.

Кит стояла у машины, и заходящее солнце сияло в ее волосах, отражаясь в карих глазах — глазах Тэрри. Сначала Марни показалось, будто Тэрри утратил дар речи, но потом он сделал пару шагов в сторону Кит и неуверенно произнес:

— Я Тэрри, а ты, наверное, Кит?

Девочка кивнула. Секунды показались Марни часами. Наконец Тэрри спросил:

— Как дела?

— Нормально.

Непоколебимая твердость ее голоса, говорила об обратном.

— Знаешь, это, наверное, самый глупый вопрос, который я когда-либо задавал. Может, завтра прогуляемся, поговорим, познакомимся ближе... если ты, конечно, не против.

— Я была бы рада, — ответила Кит.

— Отлично. А сейчас пошли в дом, я познакомлю тебя с моими родителями.

Тэрри и Кит поднялись на крыльцо и исчезли за дверью. Кэл ревниво смотрел им вслед, и кулаки у него сжались. Марни тут же забыла, что сердится на него.

— Кэл, отцом Кит всегда будешь ты и только ты — неважно, сколько времени она проведет с Тэрри.

Он повернул к ней мрачное лицо.

— Он целовал тебя так, словно вы больше, чем просто хорошие друзья.

— У тебя богатое воображение.

— С кем ты была в четверг вечером?

— С рожком мороженого! — взорвалась Марни. — Мороженое было со вкусом жвачки, если тебя интересует! Надеюсь, в гостях ты не намерен устраивать мне сцену? Да и к чему — на моем автоответчике ты выразился предельно ясно.

— А кто виноват, что мне пришлось общаться с твоей чертовой штуковиной? Ты специально это сделала, да? — проворчал он. — Смоталась из дома под глупейшим предлогом, чтобы съесть порцию мороженого. И не говорить со мной. Не думал, что ты настолько малодушна.

— Значит, ты плохо меня знаешь.

— Тебя-то я как раз знаю слишком хорошо. — Он скользнул взглядом по ее талии и открыл дверь, пропуская ее вперед.

— Не нужно было мне отменять заказ «Пьеро», — прошептала она. — Я надеялась, что смогу быть и с тобой, и с Кит. По-твоему, я слишком многого хотела? Теперь я осталась одна. У тебя Кит, а у меня никого.

И она прошла мимо него в дом.

Субботний вечер и все воскресенье никогда не уйдут из памяти Марни. Дэйв и Мэри Лу делали все, чтобы гости, и особенно Кит, чувствовали себя как дома. Усилия даром не пропали, и Кит, очарованная своими родными, быстро нашла с ними общий язык. Рано утром в воскресенье Дэйв и Кэл, взяв лодку, отправились на рыбалку. Тэрри и Кит, как и было, намечено, пошли на прогулку, а по возвращении два часа играли в баскетбол, используя висящее на стене амбара кольцо.

Марни укрылась от мира на ветвях старого дуба, который в юности делил с ней все ее беды и радости. Сквозь пелену розовых и белых почек, что распускались во фруктовом саду Дэйва, Марни видела Тэрри и Кит и слышала их смех. Не было сомнений, что способность очаровывать даже птиц на деревьях не обошла и его собственную дочь. Кит не обладала иммунитетом против него. Иммунитетом она обладала лишь против Марни.

Кэл не пригласил ее на рыбалку. Он старался избегать ее, словно она превратилась вдруг в сорняк, который надо вырвать и выбросить на помойку.

Марни спустилась с дерева и вернулась в дом. Мэри Лу, увидев круги у нее под глазами, протянула ей скалку и призвала к работе. Через некоторое время, соорудив два пирога и кучу бисквитов к чаю, Марни и впрямь почувствовала некое облегчение и приветливо улыбнулась Тэрри и Кит, когда те вошли в кухню через заднюю дверь.