Сандра Филд - Заслужить доверие

— Ты все еще любишь Дженнифер, Кэл? — спросила Марни, затаив дыхание. Он ответил не сразу.

— Она всегда будет частью меня, так и должно быть. — Он снова помолчал. — Скажу тебе лишь одно — у меня о Дженнифер осталось множество воспоминаний, полных любви и счастья, но если ты спрашиваешь о том, влюблен ли я в нее по сей день, то ответ отрицательный. — Кэл оживился: — А теперь пошли обратно в постель. Не думаю, что мне стоит оставаться ночевать, ведь Кит может позвонить домой рано утром, а я хочу снова обнять тебя. Прямо сейчас.

— Ладно, — кивнула Марни.

Кэл поднялся и обвил руками ее талию.

— Мы в бурном потоке — ты, и я, и Кит.

— Мы на отвесной скале.

— И подумать страшно, — усмехнулся он, показывая белые зубы. — Однажды я забрался на маяк. Довольно низкий, похожий на торчащий из земли обрубок. Тогда я был почти уверен, что мне суждено провести на нем остаток своих дней.

— Я рада, что ты сумел спуститься вниз, — заметила Марни, кокетливо похлопав ресницами. — Иначе мы бы не встретились.

— И я не смог бы сейчас заняться с тобой любовью, — добавил он и перешел от слов к делу.

Подъем на следующее утро превратился для Марни в настоящую пытку. Зеркало в ванной отражало лицо не выспавшейся женщины.

Она навела макияж, тени наложила чуть больше обычного, воспользовалась блестящей губной помадой, надела оранжевую шелковую блузку и оливкового цвета брюки. Ногти так и остались покрытыми пурпурным лаком.

Ее рассердил уход Кэла прошедшей ночью. Он ушел незаметно, когда она задремала, и постель ее тут же стала невыносимо большой и одинокой.

То, что произошло с ними, обратного хода не имело. Кэл словно поставил клеймо в ее душе, и теперь она принадлежала только ему. Но что делать с Кит, и что будет с ними, если девочка не изменится? А она пока меняться не собиралась.

Тяжело вздохнув, Марни взяла остаток лимонного пирога для сослуживцев и поспешила в школу.

Марни надеялась отвлечься от своих раз мышлений и погрузилась в работу. Обедать она пошла домой, в столовой решив не появляться, а в три часа ей досталась банда восьмилеток. Она изучала их сочинения для урока литературы, чтобы выбрать лучшие, когда прозвенел звонок. Дети радостно кинулись собирать вещи, а Марни хотела вернуться к проверке домашних заданий, как вдруг застыла, не в силах шелохнуться. В дверях класса стояла девочка с сумкой на плече и сосредоточенным выражением лица, рыжеволосая девочка в розовой футболке. Это была Кит.

Огромным усилием воли Марни взяла себя в руки, стараясь забыть о проведенной ночи с отцом девочки.

Стараясь говорить как можно более спокойно, она обратилась к ней:

— Привет, Кит... подождешь немного? Я освобожусь через несколько минут.

Кит вошла, не удостоив взглядом троих мальчишек, глазевших на ее рыжие вьющиеся локоны. Одна из девочек переводила непонимающий взгляд с Марни на Кит и обратно, широко открыв рот, не в силах что-либо сказать.

— Возьми, Алисия, вот книга, которую ты хотела почитать. Поторопись, а то опоздаешь на автобус, — сказала Марни ровным голосом.

Алисия закрыла рот, взяла учебник и вышла. Мальчишки поспешили следом.

— Ты не хотела бы зайти ко мне в гости? — спросила она Кит все тем же спокойным тоном. — Дом тут недалеко, вниз по дороге.

Кит кивнула, но лицо у нее оставалось неподвижным.

— Выйдем с черного хода, — предложила Марни. Там можно, пройти незамеченными, и никто не станет сравнивать их внешность.

Через десять минут они уже были у нее. Кит оглядывалась по сторонам с едва заметным удивлением.

— Хочешь чего-нибудь поесть? Лично я не отказалась бы от чипсов, что скажешь?

Кит снова кивнула. Похоже, она нервничала больше, чем Марни. Налив два стакана колы, Марни открыла пакет чипсов «барбекю» и вернулась в гостиную.

— Твой отец знает, где ты? — спросила она, стараясь говорить нестрого.

— Он думает, я в школе, — быстро ответила Кит. — Я сбежала после французского и села на автобус, идущий до Галифакса. Остановился он прямо около твоей школы. — И она уткнулась носом в стакан.

— Я не хочу, чтобы он беспокоился о тебе.

Кит вскинула голову, на губах осталось немного кока-колы. Взгляд был вызывающим, она выглядела юной и прекрасной, способной разбить даже каменное сердце.

— Ты не можешь занять место моей матери!

Голос дрожал от негодования. У Марни задрожали веки.

— Я и не стала бы, пытаться, Кит. Никто не сможет заменить ее. И никто не должен.

На лице Кит промелькнуло удивление, сказанное Марни, явно было для нее неожиданностью. Потом она вновь атаковала:

— Если твоя мать действительно украла меня у тебя, она, должно быть, ненавидела тебя. За что?

Коварный вопрос. Марни, однако, не спасовала.

— Я сама то и дело спрашиваю себя об этом, — проговорила она. — Видишь ли, много лет назад мой отец оставил ее ради другой женщины, и больше мы его никогда не видели. Я даже не знаю, где он и что с ним. Мать вечно занималась делами — ей принадлежала фабрика — и была весьма важной и влиятельной личностью. Потом я забеременела. Опять позор... Мне кажется, все, что она делала, она делала даже не из-за ненависти — просто честь семьи, сохранение лица в обществе для нее были важнее любви.

— Моя мама любила меня, — проговорила Кит. Отголоски вызова еще слышались в тоне.

Марни посмотрела ей в глаза.

— Тогда вам обеим повезло, вы были вместе, хоть и недолго. Слишком недолго.

Кит помолчала, потом опять заговорила:

— Прошлую ночь я провела у Лизи. Ее отец — лучший друг моего папы, а ее мать очень милая женщина. — На секунду Кит остановилась. — Я поделилась с мамой Лизи. Она сказала, что ей приходилось иметь дело с людьми вроде твоей матери и, возможно, мне следует быть с тобой помягче.

Это был луч света, пробившийся сквозь тучи.

— Я рада, что ты поговорила с ней, — ответила Марни.

— Папа запретил говорить кому-либо.

— Полагаю, если родители Лизи такие хорошие друзья, то против них он возражать не станет.

— Еще мама Лизи сказала, что, если папа поверил в твою историю, наверное, то же самое следует сделать и мне.

— Но ты не веришь, — сухо заметила Марни.

— Я не знаю, во что верить!

Марни предпочла бы услышать иной ответ. Но фундамент каменной стены уже пошатнулся.

— Я рада, что ты приехала, Кит. В выходные ты встретишься с Тэрри, дедушкой и бабушкой, и мы просто посмотрим, что будет дальше.

Кит набила рот чипсами.

— Я должна была сказать тебе, что ты не можешь занять место мамы. Не знаю зачем, но должна, — выпалила девочка.

— Я понимаю.

И Марни действительно понимала. Кит глядела на нее недоверчиво, изучающее. Марни выдержала ее взгляд.