Сью Краммонд - Колокола счастья

Утром она мешкала до последнего, но телефон упорно молчал. Матильда уселась за руль с гудящей от горя и бессонной ночи головой. Несколько раз, проезжая мимо телефонных будок, она останавливалась, а один раз даже вышла из машины и набрала номер Рэнди. Но бросила трубку, решив, что он еще злится и ответит ей холодно-враждебно.

Проехав в напряжении тридцать пять миль, отделяющие ее от цели, Матильда подъехала к «Белым садам» — ранчо, служившему домом нескольким поколениям Бэллистенов. На душе было тяжело. Она миновала подъездную аллею, припарковала «шевроле» так, чтобы в случае поспешного отъезда не терять время на развороты, и, глубоко вздохнув, направилась к главному дому.

Матильда подняла внезапно отяжелевшую руку и позвонила. Никакого ответа. Подождав минуты две, позвонила снова. С тем же результатом. Тогда она спустилась с крыльца, подошла к окну и попыталась заглянуть внутрь. Дом казался пустым и заброшенным.

Она вернулась к входной двери, достала из сумки ключи, подкинула их несколько раз на ладони и решилась. Открыв замок, вошла внутрь и позвала:

— Чарлз! Берта! Вы дома?

В ответ не раздалось ни звука, но она почувствовала что-то теплое и пушистое у своих ног.

— Матильда! — воскликнула она и подхватила свою тезку на руки, погладила шелковистую шерсть, почесала за ушком, послушала громкое, довольное мурлыканье. — Матильда, кто-нибудь есть дома? — спросила она, чтобы разрядить напряжение, и пошла по коридору, заглядывая в комнаты.

Но вскоре поняла, что это безнадежно. Наверное, Чарлз повез семейство куда-нибудь на пикник, возможно на целый день.

Матильда-большая положила Матильду-маленькую себе на шею и пошла прогуляться по огромному саду, который и дал название ранчо.

— Нет-нет, не рвись, — сказала она, когда кошка заметила птицу и попыталась соскочить вниз. — А то, если ты снова удерешь и будешь пропадать три дня, как в прошлый раз, мне попадет от Чарлза. Он и так зол на меня предостаточно.

Вернувшись с прогулки, Матильда простилась с любимицей и, чуть не плача, села в машину. Дорога до Форт-Норта заняла у нее почти час, потому что глаза часто застилали слезы и ей не хотелось снова попасть в дорожное происшествие. Воспоминание о том случае, что свел их с Рэнди, ухудшило ее и без того плохое настроение.

Вернувшись в свое жалкое подобие дома, Матильда прошла в спальню, улеглась на кровать и уставилась в потолок невидящим взглядом. Она не заметила, как забылась тяжелым сном, из которого его вырвал долгий и настойчивый, почти яростный стук в дверь. Матильда вскочила, ничего не понимая, выглянула в окно… и увидела знакомый «линкольн».

Стук тем временем затих, затем продолжился с удвоенной силой. Матильда встрепенулась и, даже не обувшись, бросилась открывать. Рэнди влетел с кухню с расширившимися от бешенства глазами и побелевшим даже под загаром лицом.

— Какого черта ты не открываешь сразу? — требовательно спросил он.

Но Матильда только молча смотрела на него и моргала. Затем с трудом выдавила:

— Я заснула…

— Я стучу уже черт знает сколько времени. Ты одна?

— Думаешь, я занималась тут любовью с кем-нибудь? — зло бросила она, сразу придя в себя. — И вообще, что ты тут делаешь?

— Ты же пригласила меня на обед! Забыла? — Рэнди пристально посмотрел в ее голубые глаза, увидел в них остатки сна и как-то сразу успокоился.

— Господи, неужели уже шесть? Да я проспала целую вечность! — воскликнула Матильда, ощутив небывалое облегчение от того, что он все-таки здесь.

— Тебе везет. Я лично не спал ни минуты! — прорычал Рэнди.

— Почему?

— Потому что мы поссорились, если помнишь.

— Конечно, помню, — ответила она, и оба замолчали.

Тишина повисла тяжелым облаком и давила на обоих все сильнее, пока Матильде не показалось, что еще секунда — и она завизжит, не в силах выносить напряжения. И в этот момент Рэнди заговорил.

— Ну как, удачный ланч получился? — вежливо поинтересовался он.

— Ланч не состоялся. Никого не было дома. Наверное, я перепутала день. — Матильда робко посмотрела на стоящего перед ней мужчину и предложила: — Если присядешь, я что-нибудь приготовлю…

Она ожидала, что он откажется и уйдет, хлопнув дверью. Однако после минуты, долгой, как вечность, Рэнди кивнул.

— Давай помогу.

Если бы он сейчас обнял меня и поцеловал, это было бы настоящей помощью, подумала Матильда, но, судя по всему, этого-то как раз в ближайшем будущем и не предвидится. Надеясь смягчить его, она предложила ему накрыть на стол и добавила:

— Ты же знаешь, что где лежит. Прости, что не могу предложить тебе свежую газету, я сегодня не купила.

— Я уже прочел ее от корки до корки.

Матильда внезапно ощутила себя крайне неопрятной. Брючный льняной костюм, выбранный для визита в «Белые сады», безнадежно измялся, тушь размазалась по лицу во время сна, на щеке отпечаталась складка подушки, в то время как Рэнди… Рэнди был, как всегда, свеж и подтянут, в безупречно отглаженных летних брюках и полосатой рубашке с коротким рукавом.

Надо бы привести себя в порядок, подумала Матильда, но побоялась, что Рэнди рассердит ожидание и он уедет. И тут же еще больше разозлилась на себя. Подумать только, за прошедшие десять дней она полностью утратила привычные уверенность в себе и независимость и постоянно ожидает самого худшего. Тем не менее прошла в ванную и провела расческой по волосам, тронула губы помадой, стерла ватным тампоном пятна туши и решила, что ему стоит принимать ее такой, какая она есть: мятой или не мятой, в зависимости от обстоятельств.

Когда Матильда вернулась в кухню, стол уже был накрыт купленной ею при переезде скатертью.

— Еще что-нибудь? — спросил Рэнди.

— Будет здорово, если ты достанешь соль и перец, а потом просто посидишь и поговоришь со мной, пока я приготовлю соус и сварю спагетти.

Он так и поступил и сидел за накрытым столом, обсуждая прочитанное в сегодняшних газетах и неотрывно следя за ее движениями. Матильда тем временем достала из холодильника большой желтый перец, лимон, из которого выжала сок, открыла банку греческих маслин, порубила все это, смешала с кипящим в сковороде оливковым маслом, добавила мелко нарезанный острый перец хабанеро, помидоры и поставила на огонь, положив пару щепоток специй.

Матильда поставила на стол чашку с соусом, разложила спагетти по тарелкам, принесла бутылку кьянти, села… И почувствовала, что не может проглотить ни кусочка.

Рэнди некоторое время наблюдал за ней, потом накрыл ее руку своей и сказал:

— Давай, Тильда, поешь. Ты, наверное, умираешь с голоду, как и я.