Донна Клейтон - Укрощен по собственному желанию

Они рассмеялись, однако София все еще не могла побороть возникшее в душе напряжение.

Заказав десерт, Майкл повернулся к Софии, полностью сосредоточивая свое внимание на ней.

— Спасибо, что так спокойно отреагировали на все это.

— Я действительно не против.

— А я решил, что вы пожертвовали собой, — усмехнулся Майкл.

Не понимая, что именно он имеет в виду, София опять промолчала.

— С момента нашей встречи, — продолжал он, — я благодарил вас намного чаще, чем привык. Вам нравится видеть людей счастливыми, поэтому вы уступаете им. Вы в самом деле оказали мне огромную услугу за эти полторы недели, — он пожал плечом, — выполнили мое требование, чтобы я остался доволен, но сделали гораздо больше, чем ожидалось. Вы дали мне совет относительно моей дочери, обучили меня, как ухаживать за ребенком, предложили помощь в организации вечеринки, великолепно общались с моими родителями, отвечая на все их вопросы о Хейли. Вы — щедрый человек.

София с улыбкой приняла его милый комплимент, чувствуя искреннюю благодарность.

Официантка принесла поднос с кофе, сливками и теплым яблочным пирогом. София вдохнула запах корицы и прикрыла глаза, наслаждаясь ароматом.

— Пахнет вкусно, — пробормотал Майкл.

Взглянув на него, девушка поняла, что он по-прежнему пристально смотрит на нее, и заволновалась.

Она боялась оставаться с ним наедине, однако получилось, что им есть о чем поговорить: родители Майкла, их любовь с первого взгляда к внучке, предстоящая вечеринка. Все это время София ощущала возникшее между ними взаимное влечение.

Наконец, Майкл оплатил счет, и они оба вышли на улицу.

— Хороший вечер, — произнесла она, глядя на ясное звездное небо.

— Да, — согласился он и тихо рассмеялся. — Мы нечасто выбираемся на улицу вечером.

— Хейли рано ложится и просыпается. Мы должны жить по ее расписанию. — Помолчав, София добавила: — Поверьте, это продлится совсем недолго.

— Конечно, жить по другому расписанию мне не хотелось бы.

— А иначе не получится, — рассмеялась она. — Лет через десять-двенадцать, когда Хейли подрастет и начнет полуночничать…

— Я понимаю, что вы имеете в виду.

— Знаете, вы так изменились, — сказала София. — Стали совершенно другим человеком, этаким мягкотелым простаком. Во время моего первого дня работы вы оспаривали все, что я говорила.

Майкл улыбнулся:

— Я могу сказать о вас то же самое. Вы показались мне королевой споров, — сказал он.

— Правда. Но для этого была веская причина.

— Полностью согласен. Благодаря вам я понял, что сделаю все ради своей дочери. Хотел бы я, чтобы и у других нянь было время объяснять…

— Неужели вы серьезно? — весело спросила София. — Они настолько боялись вас, что не могли произнести и слова.

— Они боялись меня? — он остановился и моргнул.

София кивнула, и они оба рассмеялись.

Какое-то время они шли молча, потом Майкл наконец спросил:

— Как появилось ваше агентство?

— Если бы кто-то во время учебы в колледже сказал мне, что я стану предпринимателем, я никогда не поверила бы этому, — улыбнулась София.

— А каким вы видели свое будущее?

— Я специализировалась на детской психологии и серьезно подумывала стать защитником прав детей или социальным работником, — она пожала плечами. — Может быть, школьным консультантом. Но слишком многие предупреждали меня, что социальные работники часто полностью выматываются за несколько лет, поэтому я стала посещать занятия по бизнесу. Я окончила университет с дипломом по двум специальностям и горжусь этим.

Судя по выражению лица Майкла, он также считал, что ее достижения достойны уважения.

— Где вы учились? — спросил он.

— В университете Лехай, недалеко от Аллентауна, где я выросла. — Девушка с удовольствием вдохнула аромат самшитового дерева. — Я жила дома с мамой, чем экономила деньги, которые понадобились бы на съемную комнату, и обедала в университетской столовой.

— Так что стало причиной вашего отказа от желания стать социальным работником?

— У меня была подруга Трейси, которая не хотела учиться в университете. Она работала во многих местах, а потом увидела рекламу о наборе в школу нянь. Через шесть месяцев Трейси получила сертификат и нашла место няни здесь, в Уилмингтоне. Но вскоре семья нанимателей оказалась вынуждена срочно переехать, и Трейси осталась не у дел.

Они повернули на улицу, где жила София.

— Она выяснила, что многие няни, вроде нее, ищут работу. Родители же с неохотой размещают объявления о поиске няни в местной газете. У меня появилась идея создать службу по подбору нянь. В Уилмингтоне не было ни одного подобного агентства, поэтому я и приехала сюда.

— Молодчина, — похвалил ее Майкл. — Зачем конкурировать, если можно отправиться туда, где нет соперников?

Внезапно София заметила, что Майкл идет совсем близко и при каждом шаге касается предплечьем ее руки. Она ощущала жар его тела и едва уловимый аромат одеколона. Ей пришлось приложить все усилия, чтобы сосредоточиться на разговоре.

— Сначала бизнес развивался медленно, — призналась она. — Я ждала, пока люди прочтут мои объявления об агентстве в местной ежедневной газете и журнале, который публикуется всего раз в месяц. Я ходила по домам людей среднего достатка, но быстро обнаружила, что им не нравятся подобные приставания.

Майкл рассмеялся.

— Да, это похоже на телемагазины в обеденный перерыв. Люди не любят, когда их беспокоят в собственных домах.

— Тогда я стала рассылать письма, — сказала она. — Работы было много, но люди стали откликаться. Они приходили, искали помощи, расхваливали агентство своим знакомым, и таким образом бизнес пошел.

— Людская молва — хорошее подспорье в бизнесе. Это и мне помогло привлечь клиентов.

— Так вы понимаете, насколько важно мне было удовлетворить ваши требования и сохранить хорошую репутацию фирмы? — она насмешливо взглянула на него.

Майкл выглядел огорченным.

— Я сильно сомневаюсь, что выполнил бы свою угрозу, начав жаловаться на ваше агентство.

Остановившись, София уперлась кулаком в бедро.

— Вы бесстыдно лжете, ибо стали бы жаловаться всем, кто захотел бы вас слушать. Вы же человек слова!

— Да, — наконец признал он и покачал головой. — Вероятно, так оно и было бы, если бы я не понял, что именно мой дурацкий список правил — основная причина кошмара.

— Теперь это кажется смешным, ведь так?

Майкл неуверенно покачал головой.

— Не знаю, можно ли называть мое невежество смешным, — сказал он.