Франческа Шеппард - Семь соблазнов

— Ты представляешь, тетя говорит, что Дарреллы целую аллею обсадили рододендронами!

Марк поморщился.

— Родо… чем? А что это такое? — лениво поинтересовался он.

— Как, ты не знаешь? — вскинулись одновременно обе женщины. — Это такой кустарник с розовыми цветками. Ну, тот, что растет у нас за домом!

— В самом деле? А мне всегда казалось, что это название какого-то микроба. Стафилококк, рододендрон…

— Фу, Марк, как ты можешь! — воскликнула Бетти, а Мелани скрипуче рассмеялась.

Марк покорно склонил голову.

— Виноват.

— Между прочим, мы ждали вас еще вчера, — сварливо заметила Мелани.

— Но, тетя, — начала оправдываться Бетти, — мы же всегда приезжаем только по выходным.

— Не знаю, не знаю. Но твой любимый пирог я приготовила еще вчера.

— Вот здорово! Ты испекла пирог с малиной? — восторженно спросила Бетти.

— Ну конечно!

— Так, может, перейдем к чаепитию? — вмешался Марк.

Все трое поднялись и направились в сторону дома.

В самом деле, Уилкинса не особенно заботило изящество проекта. В доме было два этажа. На первом располагались большая гостиная, две спальни и комната для гостей, на втором — просторный кабинет, который всегда пустовал, словно ждал настоящего хозяина. К этому надо было прибавить просторную террасу, заставленную плетеной мебелью.

В целом, дом не производил впечатления уютного гнездышка. И Бетти втайне лелеяла надежду, что, когда он перейдет в ее руки, она сделает из него настоящий загородный коттедж. Пока же приходилось мириться с существующим порядком вещей.

— А кстати, где бабушка с дедушкой? — спохватилась Бетти.

— Разве я не сказала? Они уехали на все выходные к Смитам, — ответила Мелани. — Так что можете творить все, что вам в голову взбредет, — снисходительно бросила она.

Бетти улыбнулась в ответ. Марк же устало прикрыл веки. Он был слишком утомлен, чтобы реагировать на дурацкие шутки Мелани Уилкинс.

Чаепитие прошло сносно. Мелани и сама очень любила малиновый пирог. Так что большую часть времени ее рот был занят, чему Марк искренне радовался. Бетти тоже молчала. Головная боль усилилась, и она с трудом сохраняла веселое и беззаботное выражение лица.

— Ну что, ты, кажется, предлагала навестить твою подругу? — спросил Марк, когда был доеден последний кусочек пирога и допита последняя капля чаю.

— Ну да. Только, может, немного отдохнем? — нерешительно произнесла Бетти. — Я сегодня так рано встала. Хочется полежать.

Марк был не против. Он и сам ощущал настоятельную потребность положить голову на подушку.

— Ну, если ты хочешь, — уклончиво ответил он.

Бетти с усилием улыбнулась.

— Пойдем в гостиную?

— Ну да.

— А я пока покопаюсь в саду, — деловито заметила Мелани.

— Какая же ты неугомонная, тетя! — восхитилась Бетти.

— Приходится! — многозначительно сказала тетушка. — Если бы не я, тут бы все бурьяном поросло. А Джереми разве есть до этого дело?

Мелани любила посудачить о своем брате. Однако Бетти была совсем не в том настроении, чтобы поддерживать эту беседу, поэтому оставила замечание тети без ответа.

— Мы немного полежим, хорошо?

— Да лежите сколько душе угодно. В конце концов, вы приехали сюда отдохнуть, разве нет? — примиряюще откликнулась Мелани…

Обнявшись, они легли на большой диван, покрытый пушистым синим покрывалом. Бетти сразу же задремала. К Марку же сон не шел.

Осторожно, чтобы не потревожить невесту, он поднялся и вышел в сад. Оглянулся — Мелани копалась в дальнем конце сада и не могла его видеть. Облегченно вздохнув, Марк направился к беседке. Ему очень хотелось посидеть на свежем воздухе и как следует обо всем подумать.

Итак, в его жизни произошло кое-что важное. Он, кажется, впервые по-настоящему влюбился. И случилось это так внезапно и так не вовремя, что хуже и не придумаешь. Через три недели у него свадьба.

Если он расторгнет помолвку, то нанесет сокрушительный удар прямо в сердце ни в чем не повинной Бетти. Но это еще полбеды. Главное — под угрозу будет поставлена его карьера. Уилкинс шутить не любит. И уж конечно жалеть Марка не станет.

А что он получит взамен? Любимую женщину. Не так уж и мало. Хотя, кто знает, возможно, это не настоящая любовь, а просто кратковременная вспышка страсти, которая через неделю пройдет…

Могло быть и так. Но могло быть и по-другому. Самое странное, что Марк нутром чуял: Пилар — это всерьез и надолго. Он дважды не смог устоять перед одной и той же женщиной, ее глазами, ее обворожительными манерами. Вчерашняя ночь, без сомнения, лучшее, что случалось с ним в жизни. И теперь он ощущал растущее нетерпение. Марк просто хотел, чтобы Пилар была рядом. Сейчас. Завтра. Всегда.

Но рядом была Бетти. Бедная влюбленная Бетти, которая отдавала ему всю свою душу и довольствовалась теми крохами вежливого внимания, которые он бросал ей взамен.

Марк зашагал взад-вперед по дорожкам сада. Что же делать? Ему мучительно хотелось хоть с кем-нибудь посоветоваться. Или хотя бы излить душу. Но он здесь один, друзья далеко, да и есть ли они, настоящие друзья? Том Шелти всегда рад пропустить с ним по кружечке легкого пива, но можно ли ему доверять? А Джордж Брайтон с радостью берет у него взаймы денег, но совершенно не годится на роль советчика.

Марк призадумался. Мысли были по большей части горькие. С ранней юности он был нацелен на карьеру. Друзья, девушки — все они были лишь элементами в его системе. Центром же была работа.

Как заведенный, он вставал в семь часов утра, репетировал перед зеркалом свои речи, тщательно выверяя мимику и жесты. Вечерами он не просиживал в барах, как его беспечные приятели. Нет, каждую минуту он старался проводить с пользой для дела. Марк заходил в библиотеку, посещал всевозможные семинары, участвовал в конференциях.

Вскоре его усердие начало приносить плоды. На одной из конференций его заметил сам Джереми Уилкинс, фигура в юридическом мире значительная. Сначала он пригласил Марка на очень скромную должность, затем сделал своим помощником. И вот не так давно Марк стал его компаньоном.

А потом его познакомили с Бетти. Девушка влюбилась в него с первого взгляда, это было ясно. Марк же, не испытывая к ней неземной страсти, рассуждал трезво и даже немного цинично. Он сразу понял, насколько трепетно Джереми относится к дочери. Отец Марка был более равнодушен к успехам и поражениям своего сыночка. И Марк подумал: а почему бы и не связать свою жизнь с этой неплохой, в сущности, девушкой? Их отношения развивались как по писаному. И все было бы хорошо, но вот в его жизнь властно и без приглашения вошла совсем другая женщина. И подчинила себе все его чувства и помыслы…