Франческа Шеппард - Семь соблазнов

— Была и будет всегда, — уточнила бывшая невеста.

— Ну, не знаю даже, что и сказать, — с наигранным огорчением произнес Эрнесто. — Опять мне не хватило реплики!

— А для меня найдется роль в вашем спектакле? — раздался неуверенный голос.

— Папочка, как хорошо, что ты вернулся! — воскликнула Бетти. — Садись скорее!

— Да, роль злодея мне не удалась, — смущенно признал Джереми Уилкинс. — Придется подыскать что-нибудь более подходящее. Да, молодежь, хороший вы урок мне преподали!

— Папочка, ты тоже еще будешь счастлив, вот увидишь! — горячо ответила Бетти.

Уилкинс махнул рукой. А впрочем, чего на свете не бывает? Он оглядел счастливые, сияющие лица молодых людей. Улыбающаяся Бетти, и думать забывшая о головной боли. Гордая Пилар, преданно смотрящая на Марка. Кто мог знать, где и с кем они найдут свое счастье?

— Кстати, Бетти, не завалялась ли у нас бутылка шампанского? — спросил он нарочито небрежным тоном, пытаясь скрыть обуревающие его чувства.

— А что, это идея! Сейчас принесу!.. Потом звенели бокалы и сияли улыбки, и каждый понимал, как глупо лгать, притворяться, удерживать кого-то силой. Ведь рано или поздно любой обман раскроется, любая фальшь обнаружится и все станет на свои места. Потому что жизнь есть жизнь, а любовь есть любовь.

Эпилог

— Красота-то какая! И даже немножко странно: на этом берегу Аргентина, а на том уже Парагвай! — восхищенно заметил Марк.

— Да, а вот в ту сторону — уже Бразилия! — со смехом добавила Пилар. — Здесь проходит тройная граница.

В связи с этим Марк немедленно наградил ее пылким поцелуем.

— Слушай, я даже не подозревал, что бывает на свете такая красотища! — искренне сказал он, переведя дыхание.

— Это еще что! У нас в Аргентине есть места и получше!

Однако Марк вовсе не был уверен, что в мире существует что-то прекраснее этого тихого уютного местечка, в двух шагах от которого низвергался водопад.

— Конечно, не Ниагара, но все-таки. И потом, это наша гордость, и для меня нет ничего более великолепного.

Да, водопад Игуасу поражал воображение. Бурлящие пенные струи обрушивались вниз и, разбиваясь на мириады прозрачных струй, стекали в ущелье. Даже толпы туристов не могли прогнать впечатление древней силы, беснующейся в этой воде.

Но это было утром. А сейчас Марк и Пилар, держась за руки, стояли на тихом берегу реки Парана и любовались причудливыми деревьями, яркой зеленью и высоким синим небом.

— Пилар, ты открыла мне всю красоту мира, — прошептал Марк, нежно погладив ее по плечу.

— Ну, что ты! Красота мира открыта для каждого. Нужно только уметь видеть.

— В таком случае ты раскрыла мне глаза, — настаивал Марк, с любовью глядя на жену.

С этим Пилар спорить не стала. Внезапно лицо ее чуть омрачилось.

— Знаешь, через два дня мы уже должны будем вернуться в Буэнос-Айрес. Ну почему время летит с такой бешеной скоростью?

— Да потому, что мы счастливы, дорогая! Но разве что-то изменится, когда мы вернемся домой?

— Конечно нет, любимый, — с нежной улыбкой ответила Пилар. — И я так рада, что мой город стал для тебя домом.

— Да, теперь это и мой город тоже. Ведь именно в нем я впервые увидел тебя!

Пилар зажмурилась.

— Мне так хорошо, что хочется, чтобы все-все люди на свете были так же счастливы. Послушай, мальчик, ты счастлив? — по-испански обратилась она к стоящему невдалеке парнишке лет двенадцати.

Тот с недоумением взглянул на нее, а потом сверкнул дерзкой улыбкой и побежал по своим мальчишечьим делам.

— Пилар, ты в своем репертуаре! Пристаешь к незнакомым мужчинам, — уколол ее Марк.

— Прошу прощения, сэр, больше этого не повторится! — шутливо отрапортовала Пилар и добавила уже серьезно: — Боюсь, что никогда в жизни уже не захочу приставать ни к одному мужчине.

— Боишься?

— Конечно, ведь ты, пожалуй, еще зазнаешься, — усмехнулась она.

Марк притянул жену к себе, нежно поцеловал в уголок рта.

— Не смей даже думать так, слышишь, Пилар?

— Прости, эта была неудачная шутка. Я знаю, я верю, что мы будем счастливы с тобой всю жизнь.

— Так оно и будет, Пилар.

Незаметно спускались сумерки, но воздух оставался все таким же прозрачным и пьянящим.

— Пилар, знаешь что…

— Тсс… давай немного послушаем птиц, — прошептала она, нежно проведя пальцем по губам мужа. — В городе мне будет очень не хватать этого.

— Мне тоже, — согласился Марк.

Они долго еще стояли на берегу и слушали птиц, боясь одним неосторожным звуком разрушить дивную гармонию природы. А потом, когда от реки потянуло прохладой, взялись за руки и побрели назад в городок, где ждал их уютный коттедж и бесконечная пламенная ночь…