Сандра Филд - Сладкое наваждение

А потом она замерла. Тело Келси содрогнулось от наслаждения. Волны удовольствия пронзили все ее существо. Они достигли экстаза одновременно и еще долго лежали на песке в объятиях друг друга.

— Ты должен записать это под буквой «Е» — единение, — первой нарушила тишину Келси.

— Нет. Под «Б» — безудержный.

— Люк, признайся, хоть мы и не хотели ничего подобного, между нами что-то большее.

— Между нами только секс, Келси. Невероятный, потрясающий секс. И давай не будем называть это по-другому.

— Я буду называть все так, как захочу.

— Иногда мне жаль твоих братьев. Ты очень авторитарна, знаешь это?

— Не стоит их жалеть. Они могут не только постоять за себя. Они не боятся быть настоящими.

— Проклятье, ты что, считаешь произошедшее сейчас ненастоящим?

— Я считаю, что это нечто большее, чем просто физическая близость.

— Я повторю еще раз, хоть мне уже начинает надоедать повторение одного и того же: мы с самого начала оговорили все условия.

— Да. Но сейчас я не ищу способ привязать тебя, я хочу, чтобы ты был честен.

— Скажу лишь одно — ты просто боец.

— Мне приходится бороться. Могу поклясться, что и тебе тоже.

— Ну, хорошо. Согласен, ты отличаешься от всех тех женщин, с которыми я встречался. Но, все же это остается всего лишь химией. Влечением. Я не собираюсь называть это по-другому или выпускать из-под контроля.

— Но ведь все уже не поддается контролю.

И разве Люк не кричит каждой клеточкой своего тела о ее правоте?

— Если так, — заявил он безапелляционным тоном, — тебе лучше покинуть остров через несколько дней.

Школа искусств и свой дом. Вот что главное. Помни об этом, Келси, сказала себе девушка, и не позволяй ему забрать твое сердце.

— Воспоминания… разве не это мы хотим сохранить друг о друге?

— К черту воспоминания. Здесь и сейчас, Келси. Я хочу касаться тебя, ласкать, подарить тебе все, на что только способен. Это самое важное, Келси. То, что здесь и сейчас.

— Да… — Слезы блеснули в ее глазах. — Да, ты прав.

И Келси прижалась к нему, упиваясь его красотой и силой. Не важно, что будет дальше. Люк Гриффин навсегда останется в ее памяти.

Медленно текли дни. Рико покинул остров. Люк отложил все дела, которые только мог, чтобы проводить больше времени с Келси. Он работал, когда она рисовала. Он научил ее серфингу, гребле и рыбалке. Они ели на побережье, вместе готовя еду для пикников, плавали в океане и загорали на пляже. И занимались любовью между всеми, этими занятиями.

Люк не смотрел в будущее и не гадал, когда закончится эта магическая интерлюдия. Он не хотел. Но всегда знал, что когда-нибудь всему приходит конец…

Однажды утром, лежа в постели в объятиях Люка, Келси сообщила, что пора возвращаться.

— Я приглашен на вечеринку для «Гео» завтра вечером. Останься еще на пару дней, Келси. Пойдем со мной, — попросил Люк.

— Мне нужно домой, — опустив ресницы, пробормотала она. — В конце недели первый экзамен в художественной школе. А еще надо продать дом.

— Всего пара дней. А потом самолет доставит тебя домой.

— Но у меня нет подходящего платья.

— Купи его в одном из здешних бутиков. Разве тебе не хочется пойти?..

Келси очень хотелось. Ведь Люк впервые изъявил желание появиться с ней на публике.

Но, что с того? Он всегда выходил в свет с женщинами. Она станет всего лишь очередной. И чем скорее она покинет остров, тем лучше. Ее тело уже принадлежало Люку, но не об этом она беспокоилась. Ее волновало то, что он завоюет и ее сердце.

— Наверное, я могу остаться.

Наверное… Звучит плохо, заключил Люк.

— Обещаешь?

— Хорошо, обещаю.

— Обещания нужно исполнять.

— Я пойду с тобой, я же сказала.

Люк встал с постели.

— Отлично. Почему бы нам не покататься на серфе? Скажем, в половине двенадцатого?

Келси собиралась порисовать этим утром. Предложение Люка удивило и обрадовало ее, но она не стала спрашивать, почему он решил нарушить свои планы.

Ведь правилом Люка Гриффина было: всегда следовать намеченному.

В день вечеринки Келси провела некоторое время в спа-центре. Она перекусила в своей комнате, приняла ванну, надела новое платье, украшения и сделала макияж.

Увидев свое отражение в зеркале, она сначала даже не поверила, что оттуда на нее смотрит Келси Норд.

Когда Люк зашел за ней, она игриво улыбнулась ему.

— Ты выглядишь потрясающе. — В смокинге Люк действительно смотрелся шикарно.

— А ты похожа на цветок. Иди сюда, Келси, — позвал он, целуя ее в пухлые губы.

Завтра она уедет. Как же он будет жить без нее? Но ведь ему и не придется. Его компания находится на Манхэттене. Ее школа тоже. Ура!

— Ты будешь самой сексуальной женщиной на вечеринке, — промурлыкал Люк на ухо Келси, слегка прикусив ее мочку.

— Лучше перестань, или мы не доедем туда сегодня.

— Да, — прохрипел Люк, снова целуя ее. — Плохо, что я важный гость.

Неожиданно в комнате раздался телефонный звонок.

— Это, наверное, меня. Ответь, Келси.

— Алло? — Девушка дрожащими пальцами сжала трубку, боясь услышать женский голос.

— Это Дуэйн. Рад, что застал тебя. Глен попал в аварию сегодня. Он поправится. Но пока находится в больнице, и я подумал, что тебе нужно это знать.

Келси побледнела и, сжав трубку, выдохнула:

— Как это случилось? Насколько он пострадал?

— Гололедица. Дорога была скользкой, и он столкнулся с «минивеном». У Глена сломано несколько ребер, ушибы и сотрясение мозга. До завтра его будут обследовать.

— Я прилечу, как только смогу. Ты останешься с ним?

— Конечно. Кирк тоже приедет. Вся семья Норд снова соберется вместе.

Как он может шутить в такой момент? — подумала Келси.

— Я свяжусь с тобой, когда буду готова к вылету. Спасибо, что позвонил, Дуэйн. Передай Глену, что я люблю его.

Девушка повесила трубку. Ее сердце бешено колотилось, внутри словно все похолодело. Как быстро все может измениться, пронеслось у нее в голове. Повернувшись, она заметила обеспокоенный взгляд Люка.

Стараясь говорить спокойно, Келси изложила ему все то, что сообщил Дуэйн.

— Я должна лететь прямо сейчас. Твой пилот может помочь мне?

— Сделай глубокий вдох, — скомандовал Люк. — И скажи, какая необходимость улетать сегодня?

— Я уже назвала причину!

— Не пойми меня неправильно, Келси. Мне жаль, что твой брат попал в аварию, и я рад, что его травмы несерьезны. Так почему ты паникуешь?

— Глен в больнице. Я должна быть рядом с ним.

— Он же не умирает. Не в реанимации. Не тяжело ранен. Или я не прав?