Бетани Кэмпбелл - Язык цветов

     Джефф снова угрюмо обратился к Александру:

     – Надеюсь, она не навсегда отвратила тебя от женщин. Слушай, я встречался с нею; она того не стоит.

     – Нет-нет. – Лицо Александра исказила боль. – Я хочу сказать: когда придет время, я найду кого-нибудь. Мне очень нравится одна девушка – частенько встречаю ее в церкви. Вот подумываю о том, не пригласить ли ее куда-нибудь. Уже давно собираюсь это сделать.

     Джефф обнял его за плечи.

     – Так приглашай же скорей. Приглашай на пикник, который устраивает наша компания. Не оплакивай до конца жизни эту надменную Чейз-Спенсер. Честное слово, она того не стоит.

     – Я стал взрослее, – серьезно ответил Александр. – И не завожу романы очертя голову. А что касается Лори, я ее ни в чем не виню. Она необыкновенная.

     Джефф крепче обнял друга.

     – В ней нет ничего необыкновенного. И если это тебя хоть сколько-нибудь утешит, то знай: я тоже приглашал ее провести со мной вечер, и она мне отказала.

     Александр взглянул на него с искренним удивлением.

     – Ты приглашал ее? И она отказалась? Отказала тебе?

     – Да. Отказала. Но мне, наверное, придется попробовать еще раз. Ради друга, не ради себя. – Отпустив плечи Александра, он ушел в дальний угол монтажной. – Ты не обиделся?

     – Конечно же, нет! – искренне воскликнул Александр. – Что бы ты ни говорил, в ней есть нечто чарующее. Тебе известно, что однажды в нее влюбился принц?

     – Принц? – недоверчиво переспросил Джефф. – Настоящий принц королевской крови?

     – Настоящий, – кивнул Александр. – Кажется, в Италии. Лори там училась искусству. И этот принц – откуда-то с Востока – влюбился в нее. Он даже хотел жениться на ней, но Лори отказала ему. Видишь, в этом нет ничего страшного – она отказала самому принцу!

     Александр взглянул на часы.

     – О Боже! Чуть не опоздал! Мне пора бежать: совсем забыл про съемку рекламы...

     Собрав на поднос стаканчики и салфетки, он поспешно выбежал из монтажной.

     Покачав головой, Джефф снова уселся перед экраном и нажал на кнопки.

     Лори Чейз-Спенсер.

     Она унизила Александра, отказала принцу; теперь она не обращает внимания на него.

     Надев наушники, Джефф снова погрузился в раздражающий пульсирующий ритм.

     Чего бы это ему ни стоило, он обязан сбить спесь с этой Снежной Королевы.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

     В среду Джефф с посыльным прислал Лори три дюжины свежесрезанных желтых нарциссов. В записке, написанной размашистым почерком, говорилось: «На языке цветов прошу: дайте мне шанс».

     Нарциссы. Лори непроизвольно прикусила нижнюю губу. Где ему удалось достать столько нарциссов? Эти цветы означают: «Ответьте на мое чувство». Но какое чувство может испытывать к ней Джефф? Он ведь почти не знает ее.

     Зазвонил телефон. Обычно на звонки отвечала Мэйвис, но сейчас она ушла обедать. Лори взяла трубку.

     – Алло. Слушаю.

     Молчание на противоположном конце линии длилось секунду-другую. Затем раздался низкий мужской голос, который Лори совершенно не хотелось слышать. При звуках этого голоса в ее душе прокатилась волна смешанных чувств.

     – Лори? Это Джефф. Вы получили цветы?

     Она снова прикусила губу. Ей нужно говорить как можно отчетливее.

     – Да. Но вы ошиблись. Цветы посылают... из цветочного магазина. А не в магазин.

     – Я не ошибся.

     Лори взглянула на нарциссы. Их бездумно засунули в дорогую вазу из ирландского хрусталя. Цветы, ваза и услуги посыльного стоят кучу денег. А нарциссы прекрасные; кажется, их срезали только сегодня утром.

     – Лори? – сказал Джефф.

     Он произнес ее имя так, что у нее защемило сердце.

     – Зачем? – наконец выговорила она. – Зачем... вы все это делаете?

     – Я бы хотел узнать вас получше. Давайте как-нибудь после работы сходим в кафе?

     – Нет.

     – Почему вы всегда отвечаете этим словом? Вы не знаете других слов?

     – Нет.

     – Ну хоть как-нибудь я могу заставить вас произнести «да»?

     - Нет.

     – Лори, ну вы можете хотя бы выслушать меня?

     – Нет, – с чувством произнесла она, опуская трубку.

     Лори попросила своего рассыльного отнести цветы Джеффу в студию. К нарциссам она добавила львиный зев. На языке цветов львиный зев означает: «Вы слишком самоуверенны». И никакой записки.

     В четверг вечером Джефф Ремингтон появился в магазинчике, держа в руках растение, выглядевшее так, словно его мучили и пытали в застенках инквизиции.

     Прежде Лори никогда не доводилось видеть азиатский ландыш в таком ужасном состоянии. Она перевела глаза с растения на лицо Джеффа, стараясь не смутиться под его пристальным взглядом.

     – Не знаю... что вы сделали с этим... растением, – процедила она сквозь зубы. – Но вас... наверное... следует привлечь к уголовной ответственности.

     – Оно хворает, – как ни в чем не бывало сказал Джефф. – Я принес его вам, чтобы вы его вылечили.

     Джефф стоял по одну сторону прилавка, Лори, упрямо скрестив руки на груди, – по другую. Ландыш, понуро опустив длинные пожухлые листья, стоял между ними.

     – Послушайте, – сказал Джефф, подвигая к ней растение, – если вы не сможете вылечить его, никто не сможет.

     – Никто не сможет... вылечить его, – отодвинула растение назад Лори. – Оно мертво. И вам должно быть стыдно за то, что вы довели его до такого состояния.

     – Ничего я с ним не делал. – Джефф снова подвинул растение к ней. – Я нашел его. И решил, что только вы способны спасти его.

     Прижав руки к вискам, Лори покачала головой.

     – Это растение ничто не спасет. Никогда бы не подумала... что можно убить азиатский ландыш, но вам каким-то образом удалось сделать это.

     Отвернувшись, она устало провела рукой по волосам. Джеффу уже в который раз удалось вывести ее из равновесия. Оставалось только удивляться, как она не запнулась на словах «азиатский ландыш».

     Больше всего на свете Лори хотелось убежать в безопасную тишину оранжереи, но, если она выйдет из-за прилавка, Джефф немедленно схватит ее. А если он снова прикоснется к ней... Лори не смогла закончить мысль. Она только знала, что не может позволить Джеффу Ремингтону еще раз прикоснуться к ней.

     – Лори... – сказал он, и от его тихого голоса по ее телу пробежала дрожь, – Лори, хотя бы взгляните на меня.

     Но она не смела сделать это. Интересно, как он провел утро? Наверное, снимал где-нибудь за городом, предположила Лори. На нем были потрепанные джинсы и белоснежная рубашка с засученными рукавами, контрастирующая с загорелой кожей.