Лилиан Пик - Сердце, молчи

— Значит, вы новозеландец? Ни за что бы не догадалась. Но теперь, когда вы мне сказали, я могу уловить в вашем произношении чуть заметный акцент.

Макс засмеялся.

— Выходит, мой акцент так и не пропал за годы жизни в Англии?

— К счастью, нет, — ответила Салли и, робко улыбнувшись, добавила: — Мне он нравится. — Она осмотрелась по сторонам, потом окинула беглым взглядом свою скромную белую блузку и цветастую юбку. — Счастье еще, что мне удалось это отыскать, а здесь не надо одеваться строго по этикету.

— Это верно. — Макс пересел поближе к углу диванчика, откинулся и поглядел вниз на ее ноги в сандалиях. — Не знаю, случайно вы это выбрали или нет, но, по-моему, вам очень идет.

Могу поручиться, подумала Салли, что ваша бывшая невеста — кажется, Дерек Уинтертон назвал мне ее имя: Фрэнсин-как-то-там, — одевалась по последней моде. И также могу поручиться, добавила она про себя, что вы любили ее, а вслух произнесла:

— Спасибо, вы меня приободрили.

— Завтрашний день свободен, — сообщил он ей после обеда, — так что у вас есть возможность освоиться со сменой часовых поясов. — Он достал план мероприятий из кармана пиджака. — Через день раздача автографов в главном книжном магазине города, затем встреча с фанатами, а после ряд переговоров. Потом, в конце недели, уедем из Окленда. Машина уже заказана, я сам ее поведу. — Он спрятал расписание в карман. — У вас хватит времени все осмотреть.

— Да, пожалуй. — Салли сжала руки. Лицо у нее раскраснелось, она непроизвольно зевнула, и ее глаза заслезились от утомления. — Макс, извините, мне так стыдно…

Он встал.

— Смена времени дает о себе знать. Я провожу вас в номер.

Он взял в регистратуре ее ключ, отпер дверь и придержал плечом, чтобы она не захлопнулась от порыва ветра.

— До завтра, Макс. — Салли нерешительно поглядела на него. — Можно мне побродить по городу и купить себе платье или даже два?

— Делайте все, что хотите, — разрешил он. — Наверное, вы не любите, чтобы во время покупок вас сопровождал мужчина?

Салли рассмеялась.

— Если этот мужчина, — она задорно вскинула голову, — предложит свои услуги гида, то ответ будет таков: вот это я люблю.

— Отлично. Я встаю рано, недолго гуляю, немного пишу, а потом иду завтракать. А вы?

— Я просыпаюсь как по часам, делаю зарядку, что-нибудь проглатываю и составляю план на день. А затем иду в школу.

— А… — Он улыбнулся, и складки вокруг его рта стали глубже. — Но теперь обстоятельства требуют, чтобы вы изменили свой распорядок, вы не находите? Тогда было так, теперь иначе. Ваше положение тоже стало другим.

— Вы правы. Наверное, мне следует поступить вот как. — Салли начала загибать пальцы: — Подъем, зарядка, еда, а затем я в вашем полном распоряжении.

Он чуть отвел взгляд, словно пытаясь отыскать в ее словах скрытый смысл. Всего лишь на мгновение, но Салли покраснела и решила запомнить, что он легко откликается на чувственные сигналы, пусть даже непроизвольные.

— Спокойной ночи, Макс, — сказала она, взявшись за ручку двери, которую он придерживал своим плечом. Теперь Салли тоже ощутила ее тяжесть. — День получился такой длинный, просто бесконечный! Спасибо вам за все. Надеюсь, вы не пожалеете, что предложили мне работать секретарем.

— Наверное, об этом пожалеете вы, — сказал он и повернулся, собираясь выйти. — Я могу оказаться сущим дьяволом.

— Что касается работы, то вполне возможно, но как человек вы… — Салли покачала головой: — Нет, никогда!

— Зря вы за это ручаетесь, — ответил он и двинулся по коридору.

День выдался жарким, солнечным. Большая его часть ушла на магазины и осмотр города. Салли вернулась в отель усталая, но довольная и предупредила Макса, что позднее еще раз выберется за покупками. Затем приняла душ и переоделась к обеду.

Ей удалось отыскать магазин с одеждой близкой ей по стилю, и она приобрела там три костюма, которые можно было хорошо комбинировать. К тому же они вполне подойдут к ее новой социальной роли — секретаря Макса. Пока она отбирала и примеряла их, он отлучился позвонить своим оклендским издателям.

Вернувшись через час, он вручил ей билет на круиз по заливу Уайтемата. Кофе они пили уже в кафе на палубе. Вокруг кружили птицы, жадно склевывали хлебные крошки со стола и с пола, а после улетали к берегу и ждали прибытия очередного теплохода с туристами.

Салли устроилась на солнечной стороне, на скамье рядом с Максом. Окруженная разноязыким гомоном, она, как зачарованная, наблюдала за паромом. Тот курсировал взад-вперед в северной части города, тогда как каноэ сновали по всем направлениям, а чайки кружили и парили в небе, наслаждаясь свежим морским воздухом. Они пронзительно кричали, откликаясь на музыку из громкоговорителей, настигавшую их даже в вышине.

По возвращении в отель Салли приняла ванну вместо душа, а после легла и, закрыв глаза, с удовольствием вернулась мыслями к прогулке на теплоходе. Вспоминала, как после кофе стояла у борта, вдыхая свежий воздух, а ветер трепал ей волосы. В те минуты она полностью осознала, что с прежней жизнью покончено, она свободна и это произошло на другом конце света.

В прошлом границы ее собственного мира были так узки из-за стесненности в средствах и необходимости помогать родителям, что она даже не позволяла себе заглядывать в туристические справочники и буклеты, не говоря уже о дальних поездках во время отпуска…

Яхты и маленькие буксировочные суда бороздили воды залива, яркие, разноцветные паруса надувались от порывов ветра. Моторные лодки барахтались в пене проходивших мимо крейсеров, выпрыгивая из волн, словно пойманная на крючок рыба. Когда они приблизились к огромному пролету моста над заливом Окленда, поверхность моря поразила ее своей сине-зеленой зеркальной гладью.

— Местные жители называют этот мост «вешалка», — сообщил ей Макс, встав за ее спиной у борта. — Из-за формы. За последние годы объем перевозок так возрос, что к мосту решили добавить еще четыре ряда. Их удалось мастерски скрепить и впаять в общее основание, хотя без технических трудностей здесь не обошлось.

Больше он ничего не сказал, заглядевшись на проплывающие мимо яхты и паромы. Но, судя по всему, тепло, солнечный свет и синева небес радовали его так же, как и ее. Салли вдруг захотелось откровенно поговорить с ним, поведать, о чем она думает, но молчание воздвигло вокруг него непреодолимую стену. Похоже, он скрылся за нею, погрузившись в какие-то свои размышления. Что-то тревожит его, почувствовала Салли. Возможно, несмотря на неизменную вежливость, он сожалеет о ее бесцеремонном вторжении в его жизнь…