Розалинда Лейкер - Сокровища любви

Девушка очень изменилась со времени их последней встречи. Она похудела, осунулась и уже не излучала прежней радости.

— Моя дорогая Айрин! Ты чудесно выглядишь. Как я счастлива тебя видеть!

— Я думала, вы с Леоном вернетесь только к концу недели, — сказала Айрин, сердечно обняв Марию.

— Леону надоела рыбалка. Они с приятелями ловили семгу во фьордах, а потом все рассорились. Поездка оказалась короче, чем ожидалось, но я даже рада этому.

Айрин поняла, что брак Марии оказался не таким счастливым, каким она сначала его рисовала. Она вспомнила разные сплетни о выходках Романовых в Монте-Карло. Все, чего когда-то опасалась София, полностью подтвердилось.

— Мне еще надо встретить Леона, — проговорила Мария. — Он приезжает сегодня вечером. Ты познакомишься с ним в Ковент-Гардене, а потом все вместе поужинаем.

Айрин с Софией собирались остановиться в своем доме на Милтон-сквер. Как хорошо было вернуться в старый родительский дом, где ничего не изменилось с тех пор, как она вернулась из Швейцарии. София приготовила Айрин приятный сюрприз: оборудовала для нее новую просторную спальню вместо тесной детской комнаты на чердаке. Тогда она впервые увидела Грегори, а сейчас они опять расстаются, не успев насладиться радостью долгожданной встречи. Айрин щадила Софию, чтобы не причинять ей боли лицезрением чужого счастья.

Вечером, ровно в назначенный час, Грегори явился на Милтон-сквер.

Айрин была в светло-зеленом облегающем атласном платье с единственной брошью с изумрудами, а София — в соответствии со своим положением вдовы — надела темно-синее бархатное платье, на котором сверкало роскошное колье из изумрудов.

В опере им пришлось немного подождать Марию и ее супруга, а когда они появились на красной дорожке заполненного публикой фойе, Айрин поразилась: у Марии был очень грустный и подавленный вид. Она пыталась улыбаться, но не могла скрыть опухших от слез глаз. Рядом с ней шагал Леон — еще не пьяный, но и не вполне трезвый. Такого красавца Айрин никогда не видела в своей жизни: божественный профиль, утонченные черты лица, ослепительная улыбка, способная свести с ума любую женщину.

Но его красивый чувственный рот выдавал в нем жестокого циника, а голубые глаза были холодны как сталь. Впрочем, когда он изредка посматривал на Айрин, во взгляде проскальзывала похоть.

— Я слышал, вы живете в Монако? — спросил он Айрин, когда они поднимались по широкой лестнице.

Айрин вопросительно подняла брови.

— Разве Мария не говорила вам, что у меня ювелирный магазин в Монте-Карло?

— Ах да, конечно, — сказал он, щелкнув пальцами. — Кажется, это вы сделали для нее какую-то побрякушку к свадьбе — колье или брошь, уж не помню.

Удивленно покосившись на него, Айрин подумала, что он решил ее подразнить. Как можно забыть, что было на невесте в день свадьбы?

— Да, я сделала эскиз свадебной тиары.

— Ах да. Сейчас припоминаю, — ответил он, и его странная забывчивость не казалась наигранной. — И долго вы собираетесь пробыть в Лондоне? Мария уговорила меня заехать в Англию ради того, чтобы повидаться с вами.

— Я пробуду здесь дней десять. Мне надо закупить камни для работы.

Он недоверчиво посмотрел на нее.

— Вы хотите сказать, что круглый год живете в Монте-Карло? Когда кончается сезон, там, вероятно, страшная тоска?

— Я так не считаю. Конечно, жизнь замирает, отели закрываются, но казино всегда открыто, даже летом — для тех, кто любит жаркую погоду.

— Боже мой! Представляю себе это пекло. Наверное, в третьеразрядные гостиницы стекается разный сброд и играет по копеечке.

Айрин покоробили его слова.

— Смотря по тому, что вы понимаете под «сбродом». По моему, «сброд» — это те, кто дурно воспитан, независимо от их положения в обществе.

На лице Леона появилось жесткое выражение.

— Я вижу, у вас прогрессивные взгляды, мисс Линдсей.

— И не у меня одной. Но многие женщины боятся открыто выражать свои взгляды.

— Вы, разумеется, не относитесь к их числу?

— Именно так, — резко парировала Айрин, — я думаю, говорю и делаю все, что хочу. Отношусь к категории работающих женщин и самостоятельно пробиваю себе дорогу в бизнесе, где, как известно, преобладают мужчины. Я всегда к этому стремилась и, смею вас уверить, добилась кое-каких успехов на этом поприще.

Поднявшись по лестнице, Айрин стала ждать Грегори. Он бросил на нее хорошо знакомый ей выразительный взгляд, который всегда приводил ее в трепет. Какой бы эмансипированной она ни казалась, она бы отдала все на свете, чтобы до конца дней быть с этим мужчиной.

После прекрасного спектакля — это была «Богема» — вся компания на двух каретах отправилась в ресторан. У входа произошла небольшая заминка. За несколько минут до их прихода в ресторане появилась одна высокопоставленная пара — член королевской семьи с дамой, которых через потайную дверь проводили в отдельный кабинет на верхнем этаже.

Официант провел их к заранее заказанному столику. В роскошном зале, выдержанном в красно-золотых тонах, было множество зеркал, в которых отражались шляпы с плюмажем и сверкающие драгоценными камнями изысканные прически дам. Этот ресторан пользовался популярностью среди представителей высшего общества и театральных кругов. Леон мало ел и много пил, но неплохо держался. За столом царила непринужденная атмосфера, и Айрин с Марией могли обсудить последние новости, но, когда ужин закончился и вся компания направилась к выходу, случилось нечто совершенно непредвиденное. Перед ними вдруг распахнулась дверь, и в ресторан вошла Лилиан Роз — явно после спектакля в «Гейэти». Играя страусовым боа, она вызывающе упиралась в бедра руками в белых шелковых перчатках. На ней была полупрозрачная шифоновая накидка с кружевами поверх атласного платья перламутрового цвета. Все взоры мгновенно обратились к этому ослепительному созданию. Лилиан сопровождал высокий красавец с роскошными черными усами и моноклем на шелковой ленте.

— Какой сюрприз, — с наигранной веселостью воскликнула она. — Мисс Линдсей! Грегори! Вы уже уходите? Нет, я этого не допущу. Позвольте представить вам господина Юргенса. — Повернувшись вполоборота к своему спутнику, она позволила ему сделать поклон и снова заполнила собой все пространство. — Мой друг настаивает, чтобы вы составили нам компанию. Шампанское, коньяк, ликер — что желаете выпить? — продолжала она, не обращая внимания на недоуменный взгляд своего кавалера, который ничего не понял из ее слов. Грегори пытался отклонить ее бестактное предложение, но она впилась своими фиолетовыми глазами в Леона, который с нескрываемым восхищением смотрел на нее. — А вы, сэр, — продолжала она, обратившись к нему, — извольте представить мне ваших друзей. Я Лилиан Роз из театра «Гейэти». А кто вы?