Стефани Слоун - Ангел в моих объятиях

Маркус обтерся полотенцем.

— В некотором роде — да.

— Что, беззубая и толстая, как бочка?

— Нет, совсем нет. — Маркус усмехнулся. — Она очень привлекательная.

Он бросил мокрое полотенце на комод и подошел к шкафу.

— Я имел в виду ее манеру поведения. Нельзя сказать, что она грубая. Было в ней… что-то такое.

Что-то очень хорошее. Любому ясно, что девушка была сильно смущена, учитывая обстоятельства. Но, помимо этого, она обращалась с ним так, будто он принадлежал к числу хорошо знакомых ей особей мужского пола — английских, шотландских, собачьих или еще каких-нибудь.

Салли неспешной походкой проследовал за хозяином.

— Это всего лишь похоть, милорд. Чего еще можно ожидать от сельской простушки? Разве могут эти девицы вести себя как-то иначе при встрече с таким сногсшибательным лондонским джентльменом?

Даже не оборачиваясь, Маркус знал, что Салли улыбается.

— Нет, это точно была не похоть, хотя ловлю тебя на слове… — Он замолчал, играя рельефными мускулами рук. — Я и вправду прекрасный представитель рода человеческого, даже несмотря на хромоту.

— Истинная правда, милорд, так и есть, — ответил Салли, посмеиваясь. — Это вам очень пригодится, когда будете танцевать завтра на балу.

Маркус бросил перебирать сорочки и, обернувшись, посмотрел на слугу.

— Я?! Танцевать? — спросил он с легким раздражением в голосе.

— Именно так, милорд, — коротко и серьезно бросил Салли, а затем прошел мимо Маркуса к рубашкам, чтобы помочь ему с выбором. — Мы это уже обсуждали. Вам придется быть паинькой с местными, если хотите выудить из них какую-нибудь информацию о контрабандистах.

Маркус даже зубами заскрежетал при упоминании о цели своего расследования.

— Ты думаешь, в подозрениях Кармайкла все-таки есть доля правды?

— Я думаю, что мы должны заняться делом, — сухо ответил Салли. — Кармайкл не просто так послал вас сюда.

Салли был прав, и Маркус знал это. И хотя шансов на то, что в этой глуши творится беззаконие, было ничтожно мало, задание должно быть выполнено.

— А почему ты вообще решил, что местная знать явится на бал? — упорствовал Маркус. — Тем более что мы их не предупредили заблаговременно.

Салли наконец выбрал одну из дюжины аккуратно сложенных сорочек и передал хозяину.

— Бросьте, милорд. Мы с вами оба прекрасно знаем, что они душу дьяволу продадут, лишь бы попасть в замок. Тем более вы для них загадка. И не важно, что вы англичанин только наполовину, титул-то у вас настоящий, и с этим не поспоришь.

Салли был абсолютно прав, но от этого легче не стало, наоборот, Маркус почувствовал еще большее презрение к жителям графства. Их враждебное отношение к его семье на протяжении стольких лет вызывало, по крайней мере, уважение, ведь это требовало преданности делу и упорства. Но в одночасье пренебречь своими убеждениями ради добротного кларета и возможности посмотреть на грубого шотландца? Это было так примитивно.

— Логично, — сказал Маркус, натянув сорочку и переходя к пуговицам.

— Это выходит за рамки приличия! — воскликнула Ленора, но ее голос утонул в грохоте методично вращающихся колес экипажа. — Да, именно.

Отец Сары, сэр Артур Тисдейл, притворялся спящим, прикорнув в углу, но неровное дыхание выдавало его с головой.

— Если это выходит за рамки приличия, — с чем я полностью согласна, — зачем мы тогда трясемся в этом экипаже, чтобы попасть на бал в замок Лалуорт? — резко спросила Сара, явно не собираясь потакать матери.

Она приложила массу усилий, чтобы сбить Ленору со следа в ее охоте за графом, и все напрасно. Зря они туда едут. Ничего хорошего из этого не выйдет.

Ленора закатила глаза и с оскорбленным видом отвернулась, как будто в жизни ничего глупее не слышала.

— Послушай, Сара, то, что граф в такой спешке организовал этот бал, говорит о его высокомерии и уверенности в том, что все туда побегут сломя голову, я очень хорошо это понимаю, — заговорила Ленора, аккуратно снимая ниточку, приставшую к светло-зеленому платью Сары. — И что прикажешь мне делать? Почти все наши знакомые будут на этом балу. Разве мы могли отказаться?

— Мне только и остается, что спросить у графа, как высоко я должна прыгать, — ответила Сара, прекрасно понимая, какую опасную игру она затеяла, но остановиться уже не могла. — В этих тапочках мне трудно будет плясать под его дудку. Надо было надеть что-нибудь покрепче. Чтобы легче скакать…

— Сара Элизабет Тисдейл! — Ленора крепко сцепила руки на коленях, с трудом удерживаясь, чтобы не придушить свое непослушное чадо. — Ты невыносима и…

— Кажется, я задремал? — раздался голос сэра Тисдейла, и его тяжелая, сильная ладонь сжала руки жены.

Ленора тут же пришла в себя и успокоилась.

— Да, Артур. Ты всегда дремлешь в дороге.

— Сожалею, — сказал он, взглянув на дорогу. — Кажется, я выбрал неподходящее время, чтобы отправиться в страну сновидений, но, похоже, вернулся оттуда как раз вовремя.

Сара и ее мать проследили за взглядом сэра Артура. Они подъезжали к замку Лалуорт. Сейчас грозный, мрачный замок выглядел гораздо приветливее в окружении многочисленных карет и экипажей местного света, которые один за другим подъезжали к главному входу.

Экипаж Тисдейлов замедлил ход, и только когда он остановился, сэр Артур отпустил руки жены.

— Граф ждет, — скомандовал он и вышел из экипажа, приглашая жену последовать его примеру.

Ленора одарила Сару красноречивым взглядом, поправила шелковую шаль и грациозно спустилась на землю, опираясь на руку супруга. Хорошо поставленным голосом она приветствовала миссис Ратбоун и присоединилась к группе женщин, беседовавших на ступенях замка.

— Поправь меня, если ошибаюсь, — обратился сэр Артур к Саре, провожая Ленору взглядом. — «Веди себя пристойно, иначе мне придется читать проповеди на твоей могиле…» — об этом говорил взгляд нашей мамочки? Я прав?

Сара весело рассмеялась.

— Я бы на твоем месте поостереглась, папа. А то и тебе достанется на орехи, — предупредила она отца и, легко спрыгнув на землю, оказалась в объятиях теплой летней ночи.

Опираясь на руку отца, она подошла к ступеням замка.

— А то я не знаю, — ответил он, смешно пошевелив кустистыми бровями.

Отец и дочь вошли внутрь и поднялись по парадной лестнице, из зала лилась нежная мелодия струнного оркестра, едва перекрывая жизнерадостный гвалт многочисленного собрания.

— Мы здесь из-за этого? — спросила Сара отца, пытаясь охватить взглядом роскошный, внушительных размеров, декор замка. — Посмотреть на замок изнутри, а заодно и на Блудного Графа?