Лиза Клейпас - Я так хочу

– Дрейк мне не друг, – пробормотал Кейд. – Он виноват в том, что меня отлучили от всего, чем я наслаждался. Мне больше не рады ни за одним игорным столом в городе, за две недели меня не пригласили ни в один чертов клуб. Я пал так низко, что вынужден играть в «двадцать одно» со ставками в несколько шиллингов. И как, интересно, я смогу получить достаточно денег, чтобы оплатить долги?

– Может, заработаешь?

Кейд фыркнул, будто ему нанесли смертельную обиду:

– Ни один представитель рода Хагривзов не занимался торговлей или бизнесом уже в течение по меньшей мере четырех поколений.

– Тебе следовало об этом вспомнить до того, как ты проиграл все, что оставил нам отец. Тогда нам не пришлось бы ехать на этот проклятый вечер, а мне – делать вид, что мне нравится человек, которого я презираю.

Кейд отвернулся от нее, неожиданно устыдившись.

– Мне жаль, Каро. Но удача почти вернулась ко мне. Я бы все отыграл и даже еще выиграл.

– Ох, Кейд. – Каролина подошла к нему и обняла, прислонившись щекой к его крепкой спине. – Давай наилучшим образом воспользуемся этой ситуацией. Мы поедем в поместье Скоттов, я буду смотреть на лорда Дрейка телячьим взором, а ты будешь милым со всеми. Однажды лорда Дрейка снова впишут в завещание отца, и он позаботится о твоих долгах. И жизнь вернется в свою колею.

Неожиданно их прервал голос экономки:

– Мисс Хагривз, приехал лорд Дрейк. Мне проводить его в гостиную?

– Мама еще там? – спросила Каролина.

– Нет, мисс, она пошла наверх, чтобы надеть дорожный плащ и капор.

Не желая оставаться с Дрейком наедине, Каролина обратилась к брату:

– Кейд, почему бы тебе не поприветствовать своего друга?

Он, очевидно, хотел видеть Дрейка не больше нее самой.

– Нет, я собираюсь показать лакеям, как нужно погрузить наши чемоданы и сумки в карету. Так что тебе самой придется вести с ним светскую беседу. – Кейд повернулся, чтобы посмотреть на нее, и на его лице появилась унылая усмешка. – Именно этим тебе предстоит заниматься все выходные, дорогая сестричка. Ты можешь начать практиковаться прямо сейчас.

Наградив его осуждающим взглядом, Каролина раздраженно вздохнула и направилась в гостиную. В центре комнаты она увидела высокую фигуру Эндрю, но его лицо было большей частью скрыто от нее, потому что он смотрел на висевший на стене пейзаж.

– Добрый день, милорд, – бесстрастно сказала она. – Я надеюсь, вы…

Когда он повернулся к ней, Каролина лишилась голоса. На долю секунды ей показалось, что посетителем был не Эндрю, лорд Дрейк, а какой-то другой мужчина. Остолбенев, она молча пыталась осознать произошедшие с ним перемены. Его длинные, вьющиеся темные волосы были по-новому подстрижены – совсем коротко на затылке и с боков. Прошла вызванная алкоголем одутловатость, и взору открылся прекрасный, четко очерченный подбородок и высокие скулы. Было похоже, что он провел какое-то время на свежем воздухе, потому что нездоровая бледность его кожи сменилась легким загаром, а скулы слегка обветрились. А его глаза... Без темных кругов и воспаленной красноты они стали чистыми и ярко-синими как сапфиры. И в них мелькнуло нечто – может, неуверенность? – что лишило Каролину самообладания. Эндрю казался таким юным и полным жизни и очень сильно отличался от мужчины, стоявшего перед ней в этой самой гостиной всего две недели назад.

Потом он заговорил, и стало очевидно, что, несмотря на внешние изменения, он все тот же невыносимый повеса.

– Мисс Хагривз, – беспристрастно произнес Эндрю. – Несомненно, Кейд счел возможным сообщить вам, что свою часть сделки я выполнил. Теперь ваша очередь. Надеюсь, вы отрепетировали влюбленные взгляды и полные кокетства реплики.

Каким-то образом Каролине удалось достаточно овладеть собой, чтобы ответить:

– Я думала, что вы хотели только «создать видимость того, что нам приятно быть вместе»… Вы ведь именно так сказали? Полагаю, просить о «влюбленных взглядах» – это уже слишком, разве нет?

– На прошлой неделе я получил полную информацию о долгах Кейда, – безжалостно сказал он. – За те деньги, которые я собираюсь заплатить, вы должны мне не только «влюбленный взгляд», но и нечто большее.

– Вы виноваты в этом сами.. Если бы вы не брали Кейда с собой так часто вечерами…

– В случившемся виноват не только я. Но не собираюсь спорить по этому поводу. Берите ваши вещи, и давайте наконец поедем.

Каролина кивнула. Однако она никак не могла заставить себя пошевелиться. Ее ноги не двигались, и она всерьез подозревала, что при попытке сделать шаг вперед ничком упадет. Она беспомощно уставилась на него; ее сердце тяжело и неровно билось, а по телу разлилось тепло. Никогда в жизни она ни на кого так не реагировала. Внезапно она очень остро ощутила его присутствие и поняла, как же сильно ей хотелось прикоснуться к нему, провести кончиками пальцев по его худощавой щеке и целовать его крепко сжатые губы до тех пор, пока ее страсть не смягчит их.

Не может быть, запаниковала она. Не могла она чувствовать ничего подобного к мужчине столь аморальному и испорченному, как Эндрю, лорд Дрейк.

Что-то во взгляде ее округлившихся глаз заставило Эндрю почувствовать себя неловко, потому что он переступил с ноги на ногу и злобно на нее взглянул:

– На что этовы уставились?

– На вас, – дерзко ответила она. – Я вижу, вы правильно застегнули все пуговицы. Вы даже причесались. И в кои-то веки от вас не несет спиртным. Я просто отреагировала на удивительное открытие, что, оказывается, вы можете выглядеть как джентльмен. Хотя ваш характер, похоже, так и остался отвратительным.

– Тому есть веская причина, – отрезал он. – Уже две недели я обхожусь без выпивки и шл… женского общества, и почти все время я находился в загородном поместье в непосредственной близости от отца. Я встречался с арендаторами и управляющими и чуть не ослеп, читая бухгалтерские книги. Если в ближайшем будущем мне не посчастливится сдохнуть от скуки, то я сам застрелюсь. И в довершение всего мне пришлось ждать этих чертовых выходных.

– Бедняжка, – сочувственно сказала она. – Так ужасно быть аристократом, правда?

При этих словах он нахмурился, и она улыбнулась.

– Однако вы действительно хорошо выглядите, – добавила Каролина. – Трезвый образ жизни вам к лицу.

– Но мне он не нравится, – проворчал он.

– И почему я этому не удивляюсь?

Он пристально посмотрел на то, как она улыбается, и выражение его лица стало мягче. Прежде, чем Каролина успела отреагировать, он подошел и снял с нее очки.

– Милорд, – сказала она встревожено, – мне бы хотелось, чтобы вы прекратили это делать! Немедленно верните мне очки. Я ничего не вижу.