Лиза Клейпас - Я так хочу

– Это все из-за тебя! – неожиданно взорвалась она.

– Из-за меня? – Каролина недоверчиво уставилась на нее. – Почему ты так говоришь, мама?

– Мы не были бы в столь затруднительном положении, будь ты замужем! Богатый муж оплачивал бы небольшие шалости Кейда с его друзьями и о нас бы позаботился. Но ты ждала слишком долго… Пора твоего расцвета прошла, и тебе уже почти двадцать семь… – Сделав паузу, Фанни немного всплакнула при мысли о том, что у нее есть незамужняя дочь такого преклонного возраста. Она вынула из рукава кружевной платочек и изящно промокнула глаза. – Да, твои лучшие годы позади, и теперь семья разорится. А все потому, что ты отказалась завлечь какого-нибудь богатого мужчину.

Каролина открыла рот, собираясь поспорить, но потом раздраженно его закрыла. С человеком, настолько не умеющим логически мыслить, спорить было невозможно. Раньше она пробовала спорить с Фанни, но в результате они обе только расстраивались.

– Мама, – медленно сказала она. – Мама, не плачь. У меня есть новости, которые могут тебя обрадовать. Сегодня меня навестил один из друзей Кейда, лорд Дрейк… Ты его помнишь?

– Нет, милая. У Кейда столько знакомых, я все время их путаю.

– Дрейк – единственный законный наследник графа Рочестера.

– А, этот. – Лицо Фанни просветлело, на нем отразилось любопытство, и слезы мгновенно испарились. – Да, он унаследует огромное соcтояние! Я действительно его припоминаю. Красивый мужчина, помнится, с длинными темными волосами и синими глазами…

– И свинскими манерами, – добавила Каролина.

– С таким наследством, Каро, можно смотреть сквозь пальцы на некоторые незначительные нарушения этикета. Скажи же, о чем говорил лорд Дрейк во время визита?

– Он… – Каролина замялась, обеспокоенная тем, что собиралась сказать. Она не осмелилась сказать Фанни, что ухаживание Дрейка будет только фарсом. Мать была неисправимой сплетницей, и то, что она могла кому-нибудь проболтаться, было лишь вопросом дней или даже часов. – Он выразил желание ухаживать за мной, – с каменным лицом сказала Каролина. – В связи с этим в одни из выходных в ближайшие две недели мы с тобой позволим ему сопровождать нас на прием, который устраивают мистер и миссис Логан Скотт.

Для того, чтобы Фанни сразу все переварила, новостей было едва ли не слишком много.

– Ох, Каро, – воскликнула она. – Сын графа заинтересовался тобой… Мне с трудом верится… Это по меньшей мере чудо! И если ты заставишь его решиться на это… какой богатой ты станешь! Какие у тебя будут земли, какие драгоценности! У тебя, конечно, будет свой собственный экипаж, счета в лучших магазинах… О, это ответ на все наши проблемы!

– Кажется именно так, – сухо сказала Каролина. – Но не надейся на слишком многое, мама. Ухаживание еще не началось, и нет гарантий, что результатом будет свадьба.

– О, будет, будет! – Фанни практически танцевала по комнате. Ее светлые кудри трепетали, и округлая фигурка всей позой выражала восторг. – Я всей душой это чувствую. Теперь, Каро, послушай моего совета. Я тебе подробно расскажу, как забросить наживку и подцепить его. Ты должна во всем с ним соглашаться, льстить его самолюбию, смотреть на него восхищенными глазами… и никогда-никогда с ним не спорить. И нужно что-нибудь сделать с твоей грудью.

– С моей грудью, – безучастно повторила Каролина.

– Дашь мне пришить на корсаж твоей нижней рубашки стеганую подкладку. Ты симпатичная девушка, Каро, но тебе определенно не хватает объема.

Раздираемая горьким смехом и возмущением Каролина покачала головой и улыбнулась:

– Стеганая подкладка никого не обманет. Особенно лорда Дрейка. Но даже если бы мне удалось ввести его в заблуждение, то тебе не кажется, что для него стало бы огромным разочарованием обнаружить в брачную ночь, что у меня фальшивая грудь?

– Но тогда он уже ничего не сможет поделать, будет слишком поздно, – практично заметила ее мать. – И я не стала бы называть подобное обманом, дорогая Каро. В конце концов, каждый должен пытаться представить себя в наилучшем свете… В этом и заключается смысл ухаживания. Штука в том, чтобы скрыть от мужчины все мелкие неприятные недостатки, которые могут его оттолкнуть, и поддерживать загадочную атмосферу до того самого момента, когда ты окончательно его заполучишь.

– Неудивительно, что мужа я так и не поймала, – сказала Каролина со слабой улыбкой. – Я всегда старалась быть с мужчинами открытой и честной.

Ее мать грустно посмотрела на нее:

– Не знаю, откуда у тебя взялись эти мысли, милая. Никогда еще честность не раздувала огонь мужской страсти.

– Попробую запомнить, – серьезно промолвила Каролина, борясь с желанием рассмеяться.

– Карета приехала, – взвизгнула Фанни, посмотрев из окна гостиной на движущийся вдоль парадного подъезда экипаж. – Ох, какая же она красивая! Красный лак, ящик для сумки под сиденьем кучера, изогнутая дрога[3] и такое хорошее багажное отделение из кованого железа. И по меньшей мере четверо верховых. Скорее, Каролина, ты должна подойти и посмотреть.

– Понятия не имела, мама, что ты столь сведуща в деталях устройства карет, – сухо сказала Каролина. Она присоединилась у окна к матери, и у нее от тревоги скрутило желудок, когда она увидела сбоку на экипаже герб Рочестера. Пришло время начинать представление. – Где Кейд? – спросила она.

– Думаю, что в библиотеке. Фанни продолжала зачарованно смотреть в окно. – Милый, милый лорд Дрейк. Из всех знакомых Кейда он всегда был моим любимчиком.

Несмотря на нервозность, Каролина удивленно рассмеялась:

– Ты даже не могла вспомнить кто он, пока я тебе не рассказала.

– Но потом я вспомнила, как сильно он мне понравился, – возразила Фанни.

Криво улыбаясь, Каролина побрела из гостиной к небольшой библиотеке, где в ящиках из красного дерева как сокровище хранилась ее коллекция книг. Кейд стоял у серванта и наливал стакан бренди из хрустального графина.

– Ты готов выехать? – спросила Каролина. – Экипаж лорда Дрейка прибыл.

Кейд повернулся со стаканом в руке. Его лицо, так похожее на ее собственное, исказила злость.

– Нет, не готов, – кисло сказал он. – Может, когда я допью оставшееся в бутылке, то буду готов.

– Давай же, Кейд, – проворчала она. – Можно подумать, что тебя отправляют в Ньюгейт, а не на вечеринку с друзьями в выходные.

– Дрейк мне не друг, – пробормотал Кейд. – Он виноват в том, что меня отлучили от всего, чем я наслаждался. Мне больше не рады ни за одним игорным столом в городе, за две недели меня не пригласили ни в один чертов клуб. Я пал так низко, что вынужден играть в «двадцать одно» со ставками в несколько шиллингов. И как, интересно, я смогу получить достаточно денег, чтобы оплатить долги?