Мэри Патни - Странные клятвы

– Может, это и есть ответ на вопрос, – медленно произнес Адриан. – Когда в начале зимы я был в Нор­мандии, то слышал, что какой-то английский лорд рас­спрашивает о группах наемников, но это столь привы­чное дело, что я ничего не заподозрил. А что если Бургонь думает об усилении своего отряда, о пополне­нии его наемниками и о завоевании Шрусбери?

– Если ты не ошибаешься, то нам лучше нанести удар первыми. Игра в ожидание справедлива, когда силы соперников равны, но если Ги собирается нару­шить равновесие, мы должны разгромить его.

– Может, ты и прав, – неохотно признал Адриан. Он избегал подобной тактики, поскольку она прино­сила огромные разрушения, но, наверное, настало вре­мя перемен, когда тактику пора менять. – Я не готов выступить вот так, без подготовки, но пошлю гонца в Нормандию и узнаю у друзей, действительно ли Бур­гонь нанимает отряд.

Не успел Ричард и рта раскрыть, как дверь отво­рилась и показалось хорошенькое личико Мериэль. Увидев своего белокурого кумира, она чарующе улыб­нулась и вошла. Голубое роскошное платье, его по­дарок, было настолько искусно зашито, что следов починки не было видно. Ничего, кроме неуверенной походки, не выдавало в ней человека, стоявшего на волосок от смерти.

– Можно я немного посижу с вами? – спросила она. – Я буду вести себя тихо.

– Конечно, – безропотно согласился Адриан, со­вершенно не способный противостоять ее очарова­нию. Он указал на собеседника: – Это мой брат, сэр Ричард Фитц-Хью. Он сейчас уезжает. После его отъ­езда, если захочешь, мы можем прогуляться.

– О да, конечно, – Мериэль присела перед Ричар­дом в глубоком реверансе. – Большая честь познако­миться с вами, милорд.

Фитц-Хью, в свою очередь, почтительно покло­нился девушке. С таким же почтением он мог пок­лониться императрице. Его брат с радостным изум­лением наблюдал за этой сценой – помнила ли Мериэль правила хорошего тона, или же сказались уроки Марджери? Ему следует спросить об этом. Мужчины продолжили незаконченный разговор, а девушка не села, а стала бродить по комнате, иног­да беря в руки и с любопытством рассматривая без­делушки, которыми та была заставлена. Адриан мо­лился, надеясь что она так никогда и не узнает, что произошло с ней здесь.

Когда Ричард наконец поднялся, Мериэль нере­шительно подошла к ним.

– Прошу прощения, но я случайно подслушала ваш разговор. Вы собираетесь воевать?

– Да нет, это не совсем война, а скорее ссора с плохим соседом-забиякой, – объяснил де Лэнси. – Уорфилд не пострадает. Это один из самых укреплен­ных замков в Британии.

Наверное, мужчина сказал бы больше, но его осе­нила удивительная мысль, на время лишившая дара речи. Они с братом говорили по-нормандски, а Мери­эль не только поняла их разговор, но и заговорила на этом языке, причем так же грамотно, как и они. Девушка изумленно смотрела на белокурого ангела, чувствуя, что случилось нечто неожиданное. Беря себя в руки, Адриан произнес:

– Я не знал, что ты говоришь по-нормандски.

– По-нормандски? – с любопытством переспроси­ла Мериэль, затем ее лицо просветлело. – Ах да, это же другой язык. А до этого мы говорили по-английс­ки, разве нет?

– Да, – де Лэнси перешел на уэльский. – Ты ведь знаешь еще и этот язык? Можешь сказать что-нибудь?

– Да, – по-уэльски ответила девушка. – А это на латыни, – подойдя к книжному шкафу, она вытащила том, открыла его и прочла несколько строк на латы­ни. Затем подняла глаза, словно щенок, выучивший и показавший новый трюк.

Так как Адриан на некоторое время лишился дара речи, на помощь пришел Ричард.

– Ты знаешь, о чем эти слова?

– Конечно, это из Евангелия: «Вначале было Сло­во, и Слово было с Богом, и Слово и есть Бог», – извиняющимся тоном она продолжила: – Я не совсем понимаю, что означают эти слова, но чувствую, они важные и существенные. И звучат красиво, правда?

– Правда, и ты их правильно прочитала, – Уор­филд с трудом сглотнул. – Мериэль, ты не могла бы подождать меня в своей комнате? Я приду через не­сколько минут.

– Конечно, – радостно улыбаясь, согласилась та. Еще раз присев в реверансе перед Ричардом, кокет­ливо взглянула на Адриана и вышла из комнаты, а двое мужчин изумленно смотрели ей вслед.

– Она похожа на кельтку, – дрожащим голосом произнес Уорфилд.

– Но говорит как нормандская знатная дама. Ты как-то сказал, что у нее южно-уэльский акцент, так что девушка могла выучить язык там, прислуживая нормандской леди, – Фитц-Хью усмехнулся. – Тогда на охоте ты поймал весьма необычную добычу. Может быть, вскоре узнаешь, что она говорит по-гречески.

– У тебя отличное чувство юмора, – Адриан ни­сколько не обиделся на ироничное замечание брата.

– Ну да, – сердечно произнес Ричард. – Прощай, желаю тебе удачи в разгадке тайны твоей Мериэль.

После ухода брата де Лэнси погрузился в размыш­ления. Кто такая Мериэль на самом деле и что еще скрывает от него? Размышляя над этим, мужчина пришел к выводу, что пленница не отрицала своего знания нормандского, но и ничем его не объясняла.

Конечно, способность девушки говорить на этом языке удивила Уорфилда, но способность читать про­сто поразила. За этими знаниями стояло прекрасное образование. Однако нельзя сбрасывать со счетов, что Мериэль вполне могла оказаться уэльской простолю­динкой – ее соотечественники считались грамотны­ми людьми, ценящими образование, но она могла быть кем угодно. Несмотря на кельтскую внешность, де­вушку вполне можно считать нормандкой или полу­кровкой, однако это казалось маловероятным. Нор­мандская знатная дама никак не могла очутиться одна в лесу, да и одежда оставляла желать лучшего.

Вздохнув, де Лэнси направился к загадочной плен­нице. Вряд ли та могла раскрыть ему тайну своего происхождения – он не знал, а девушка не помнила, но размышляя над ее словами, случайно сорвавши­мися с языка, над поведением, вполне возможно уз­нать правду. Теперь, по крайней мере, Мериэль ниче­го не пытается утаить.

Девушка улыбнулась при виде входящего белоку­рого ангела, а тому показалось, будто засияло солнце. Не каждый мужчина способен так покорить жен­ское сердце, более того, Адриан считал себя недо­стойным такого отношения, принимая во внимание причиненное ей зло.

– Как ты себя чувствуешь? Выдержишь ли про­гулку по саду?

– О да, я сегодня чувствую себя совсем хорошо.

В глазах Мериэль светилась надежда, а Уорфилд вспомнил свои слова относительно поцелуев: «Мы поговорим об этом позже, когда ты поправишься». Интересно, что победит – его совесть или ее невин­ная чувственность? Спускаясь по лестнице и держа изящную ладонь девушки в своей руке, мужчина по­думал, что не стоит уповать на свою честь. Лорд Адриан счел нужным извиниться: