Мэри Патни - Странные клятвы

В глазах Мериэль светилась надежда, а Уорфилд вспомнил свои слова относительно поцелуев: «Мы поговорим об этом позже, когда ты поправишься». Интересно, что победит – его совесть или ее невин­ная чувственность? Спускаясь по лестнице и держа изящную ладонь девушки в своей руке, мужчина по­думал, что не стоит уповать на свою честь. Лорд Адриан счел нужным извиниться:

– Боюсь, тебе вряд ли понравится сад. Видишь ли, замок только недавно построен, и саду уделялось мало внимания.

Несмотря на заверения в полном выздоровлении, Мериэль чрезвычайно быстро устала. Молодые люди нашли укромную каменную скамью в тени деревьев, стоящую в уголке большого, обнесенного стеной сада. Живая изгородь из колючего кустарника разделяла пространство на две половины: в одной росли травы, необходимые кухаркам для приправы блюд, фрукто­вые деревья и виноград, а на другой располагались цветочные клумбы с пышными цветами, однако боль­шая часть поросла травой.

– Да, здесь еще многое нужно сделать, – задумчи­во сказала Мериэль. – Может, построить фонтан? – она указала на участок земли. – Как вы думаете, можно провести сюда воду?

– Если ты хочешь, я сделаю это.

– А вокруг него разбить цветочные клумбы и засадить их розами, такими же прекрасными, как эти, —Мериэль поднесла чудесный цветок к лицу и вдохну­ла нежный аромат. Может быть, он пахнет так пре­красно потому, что его подарил Лордадриан? – Но здесь нужно еще посадить фиалки, лилии, маргарит­ки – в общем, много разных цветов, чтобы сад зеле­нел и пестрел красками от ранней весны до поздней осени. Многолетние растения можно на зиму перене­сти в дом, – заметив удивление на лице спутника, девушка смутилась и замолчала. – Простите меня, Лордадриан, за мою болтовню – я не имела права вмешиваться в ваши дела.

– Не извиняйся, дорогая. Я большую часть времени провожу в сражениях и охране границ, поэтому не ус­певаю смотреть за садом, – мужчина указал на усажен­ные цветами немногочисленные клумбы. – За садом замка должна следить хозяйка. Поскольку ты обнару­жила большие познания в этой области, то можешь заняться этим делом, если оно нравится тебе. И не зови меня «лордадриан». Мне больше нравится Адриан.

– Адриан – это прозвище? А лорд?

– Лорд – это титул, – объяснил де Лэнси, сохра­няя серьезное выражение лица, однако в глазах поя­вились искорки. – Мое имя – Адриан де Лэнси.

– А, это как с Братомпитером. Брат – это тоже титул, а Питер – имя, да?

– Именно так, но «брат» означает другой титул, – мужчина задумчиво посмотрел на нее. – Ты сразу вспо­минаешь о некоторых вещах, стоит тебе только упомя­нуть о них. Может, если я задам тебе несколько во­просов о твоем прошлом, ты вспомнишь что-нибудь?

– Хорошая мысль, – Мериэль почесала затылок и терпеливо ждала начала разговора.

– Ты помнишь, где твой дом?

Она задумалась, но безрезультатно. Тогда Уорфилд попытался снова.

– Ты помнишь, как звали твоего отца?

Опять тот же результат, вернее, его отсутствие. Расстроившись, Мериэль закусила губу.

– Ты прекрасно владеешь тремя языками, но ка­кой из них твой родной? Ты нормандка? – девушка не ответила, и Адриан продолжил: – Кельтка?

– Простите меня, – несчастным голосом сказала девушка, жалобно наморщив лоб. – Я не могу ничего сказать. Я помню латынь и то, что нужно делать с цветами, но не помню прошлое.

– Не волнуйся, дорогая, – быстро произнес Адри­ан, обняв ее за плечи. – Может, память еще вернется к тебе. А если нет, то не вижу особой причины пере­живать.

Мериэль прильнула к Адриану, чувствуя тепло его тела. В это же самое время у нее возникло странное ощущение, что мужчина испытал облегчение от того, что она мало что помнит. Как такое может быть? Размышляя над этим, девушка пришла к выводу, что в Уорфилде сложилась довольно странная ситуация. Чем больше девушка думала над этим, тем все более необычной она ей казалась.

– Адриан, можно спросить вас кое о чем?

– Конечно, о чем пожелаешь. Если смогу, то от­вечу.

– Как получилось, что ничего не известно ни обо мне, ни о моей семье? Ведь у меня должны быть ро­дные?

Граф тщательно выбирал слова.

– Тебя нашли одну в королевском лесу недалеко отсюда. Ты немного пострадала от неудачного падения с лошади и отказывалась говорить о себе, только упомянула, что приехала из Гвайнеда, который находится в Уэльсе. По твоим словам, у твоего брата там неболь­шое хозяйство, еще у тебя есть сестра в Линкольне.

– Но ведь вы не поверили мне? – уверенно сказа­ла девушка, правильно поняв подоплеку сказанного.

Уорфилд покачал головой.

– Ты противоречила самой себе, говорила бессмыс­лицу. Возможно, часть сказанного – правда, но ка­кая, не знаю.

– Зачем мне было лгать? – возмутившись, вос­кликнула Мериэль. – Не могу поверить, чтобы я бес­причинно сказала неправду.

– Нет, конечно, у тебя имелась веская причина, но не могу себе представить, какая, – де Лэнси лука­во улыбнулся. – Если я спрошу, то вопрос и будет являться ответом.

Девушка, нахмурившись, вновь поднесла розу к лицу, вдохнув нежный аромат. Чем больше мужчина говорил, тем больше она смущалась. Но самый глав­ный вопрос еще не был задан. Мериэль нерешитель­но сказала, указав на высокий замок.

– Я не понимаю своего положения здесь. Это ваше поместье, вы самая важная персона в Уорфилде, а я —таинственная незнакомка, которую вы подобрали в лесу, ничего из себя не представляющая и, к тому же, отъявленная лгунья. Вы уделяете мне много вре­мени и внимания, но почему? Кто я для вас?

Последовало долгое, напряженное молчание. На­конец Уорфилд сказал:

– Ты женщина, на которой я хотел жениться.

Ошеломленная, Мериэль взглянула на собеседни­ка, полагая, что тот шутит, однако чистые, серые гла­за оставались абсолютно серьезными. Видя ее реак­цию, Адриан спросил:

– Ты помнишь, что такое женитьба, или мне объ­яснить?

Мериэль с трудом сглотнула и опустила глаза, теребя лепестки розы. Мысль о том, чтобы стать же­ной этого доброго прекрасного человека, заставила ее задрожать от радости.

– Я… я помню, что это означает. Но почему вы хотите жениться на мне? Насколько я помню, люди обычно женятся на равных себе, поэтому лорд, вла­делец огромного поместья, может вступить в брак со знатной богатой леди, а я совсем не такая. Наверное, я даже не знатная дама.

Адриан накрыл своими ладонями ее хрупкие руки, останавливая нетерпеливые движения пальцев, пере­биравших лепестки.

– Мериэль, мне все равно, кто ты по рождению, потому что я полюбил тебя с первого взгляда. Ты казалась такой красивой, обаятельной и свободной, как птица, что я сразу понял – моя жизнь будет пус­та и бессмысленна без тебя.