Элизабет Стюарт - В объятиях врага

Она смотрела на темно-коричневую воду, лижущую камни у ее ног. Чем бы ни руководствовался Фрэнсис в своих поступках, суть дела от этого не менялась. Короткие дни счастья миновали. Вскоре вернется ее отец – и тогда закружится светская карусель; не успеет она оглянуться, как он выдаст ее замуж за какого-нибудь богатого лорда по своему выбору. Ей следует навсегда забыть о том, как она лежала в объятиях мужчины на залитом лунным светом морском берегу, а весь остальной мир куда-то исчез. Надо попытаться произвести хорошее впечатление на жениха, которого выберет ей отец, и, возможно, со временем преследующие ее воспоминания умрут.

Энн зажмурилась и потрясла головой, пытаясь прогнать горькие мысли о предательстве и разбитых надеждах. Зачем он был ей дан, этот краткий глоток свободы, этот крохотный кусочек жизни… той жизни, какой она должна быть? Подобно птице, выращенной в неволе, ей позволили на миг взмыть к небесам, изумиться ощущению свободного полета и тут же поймали, подрезали крылья и загнали обратно в клетку. На пиру жизни ей достались одни лишь крохи, а впереди расстилалась бесконечная череда пустых дней, и она не понимала, как может жизнь продолжаться, когда все хорошее уже осталось позади…

Ветер усилился и беспокойно завыл среди гранитных валунов, сваленных беспорядочной грудой у самой кромки воды. Легкая изморось вновь превратилась в дождь. Энн поплотнее закуталась в плащ. Пора было возвращаться назад.

Торопливо пробежав по тропинке, она скользнула в дом с черного хода и без всяких приключений прокралась по темному коридору к западному крылу здания. Она была уже почти у цели, когда с погруженной в полумрак лестничной площадки у нее над головой раздался холодный насмешливый голос:

– Итак, сударыня, я полагаю, вы получили удовольствие от своей прогулки. Хотя погода вряд ли благоприятствует подобному занятию, у вас, без сомнения, были свои причины для отлучки.

Энн застыла, словно прикованная к месту. Этот голос принадлежал Эдмунду Блейку, который, несомненно, следил за ней все это время! Она выпрямилась, стараясь держаться со всем возможным достоинством, какое только мыслимо было соблюсти, стоя в грубых башмаках и потрепанном плаще.

– Да, благодарю вас, я получила удовольствие от прогулки. В дожде и ветре есть нечто бодрящее, вы не находите?

Блейк загородил ей дорогу.

– Вы и в самом деле думаете, что поступаете мудро, вызывая неудовольствие своего отца, сударыня? – тихо осведомился он. – Многие могли заметить вас сегодня за стенами замка.

Она надменно взглянула на него.

– На самом деле никто меня не видел, кроме вас. Хотя я не сомневаюсь, что вы с удовольствием перескажете эту историю моему отцу при первой же возможности.

– Очень может быть… а может быть, и нет, – протянул он, и в его бесцветных, лишенных ресниц глазах мелькнуло странное выражение, смысл которого она не смогла разгадать. – Я мог бы попытаться… забыть о вашем сегодняшнем путешествии.

Его слова и сопровождавшая их кривая усмешка заставили ее похолодеть. Затаив дыхание и не говоря больше ни слова, она прошла мимо Блейка, высоко подняв голову. Он наверняка чего-то потребует от нее в обмен на свое молчание… Нет, она не станет вступать в торги с человеком такого сорта! Лучше уж вызвать гнев отца, каким бы он ни был страшным. Силой воли Энн заставила себя идти, а не бежать по коридору, все время ощущая лопатками тяжелый взгляд Блейка.

Граф Гленкеннон прибыл вместе со своей свитой на следующий день. Стоя в открытых воротах, Энн взволнованно смотрела на дорогу. Косые предвечерние лучи солнца били ей в глаза, но она изо всех сил старалась издалека разглядеть приближающихся всадников. Высокий господин с темной бородкой скакал рядом с ее отцом. Даже на расстоянии было видно, что он важная персона: об этом свидетельствовали и его богатая одежда, и чистокровный гнедой жеребец, на котором он ехал.

Во дворе поднялась невообразимая кутерьма, когда через распахнутые ворота в него ворвались всадники. Энн держалась в стороне, пока суматоха не улеглась, а потом вышла вперед, чтобы, как положено послушной дочери, приветствовать отца и прибывшего с ним незнакомца.

– Энн, дорогая, как видишь, я привез с собой гостей, – объявил Гленкеннон, поворачиваясь к ней. – Сэр Перси Кэмпбелл и его люди остановятся у нас на несколько дней. Кэмпбелл, хочу представить вам мою дочь Энн.

Прежде чем присесть в реверансе, она бросила быстрый взгляд на незнакомца, и у нее осталось смутное впечатление о темных волосах и глазах, о холеной, аккуратно подстриженной бородке и фатовских усиках, завивающихся колечками над тонкогубым ртом. «Наверное, когда-то он был хорош собой», – подумала Энн. Но преждевременные морщины, свидетельство беспутной жизни, уже успели избороздить его породистое лицо.

– Очень рад нашей встрече, сударыня, – церемонно поклонился Кэмпбелл. – Я давно мечтал посетить Рэнли, но теперь радуюсь своему приезду вдвойне. – Он взял руку девушки и поднес к губам, а затем вновь поднял на нее взгляд. – Боюсь, что отныне вашему бедному отцу придется сносить мое присутствие еще очень долго.

Его бородка неприятно кольнула ее нежную кожу, и Энн еле удержалась от желания отдернуть пальцы. Ей не польстила вспышка интереса, промелькнувшая в его глазах, и еще меньше понравился оскорбительно дерзкий взгляд, откровенно задержавшийся на ее груди.

– Мы будем рады оказать вам гостеприимство на любой срок, пока вам угодно оставаться у нас, милорд, – вежливо ответила она. – Для нас это большая честь. – Решительно отняв у него руку, Энн с вымученной улыбкой повернулась к отцу.

– Вы, должно быть, устали, проделав столь долгий путь. Прохладительное ждет вас в зале. Отдохните там, а я тем временем позабочусь приготовить комнаты для наших гостей.

Она провела всю компанию в большой зал, а сама поднялась к себе, чтобы переодеться к обеду. Сэр Перси Кэмпбелл… теперь ей вспомнилось это имя. Гленкеннон всегда желал установить более тесные связи с могущественным кланом Кэмпбеллов. Она нужна отцу только ради выгодного брачного союза и того золота, что за нее можно будет выручить. Ее продадут человеку, который сейчас выпивает внизу, если, конечно, он сочтет ее достаточно привлекательной, а цену, которую запросит отец, – не слишком высокой… Что ж, подобные сделки осуществляются каждый день. Браки заключаются ради богатства и могущества… и больше ни для чего.

– Бесс, – вдруг обратилась она к служанке, – что ты можешь мне рассказать о сэре Перси Кэмпбелле?

– О Кэмпбелле? Его в здешних местах хорошо знают, – ответила Бесс. – Он владеет здесь большими имениями, хотя его родовое поместье, Данбартон, довольно далеко отсюда.