Сабрина Джеффрис - После похищения

Джульет рассмеялась.

– Полагаю, что так. – И действительно, будучи благопристойной молодой леди, она чувствовала себя всеми забытой и одинокой. Временами благопристойность ужасно тяготила ее. – А меня вы не находите скучной? – Джульет взглянула на него с улыбкой.

Его ответный взгляд, казалось, прожег ее насквозь.

– Вы знаете ответ на этот вопрос.

– Поцелуйте меня, – прошептала она.

Их губы слились в поцелуе, и Джульет отдалась этому поцелую со всей страстью распутницы. Как ни странно, она не почувствовала ни малейших угрызений совести. Видимо, потому, что знала: ни один другой мужчина ей не нужен. Вот почему она никогда не думала ни о каком другом мужчине с того дня, как встретила его. Вот почему она сейчас была уверена, что сможет принять его объяснения. Мысль о жизни без него казалась невыносимой – не хотелось даже думать об этом.

Когда их поцелуй прервался, Себастьян снова посмотрел ей в лицо; глаза его были черны, как душа дьявола.

– Позвольте мне ласкать вас, – прошептал он, запустив руку под ее рубашку. – Я хочу ласкать вас, милая.

Джульет отстранила его руку и покачала головой. Разумеется, она желала его ласк, жаждала их, но ведь он сам сказал, что теперь она будет все решать.

– Вы же сами сказали, что именно я буду... контролировать ситуацию. Кажется, так вы выразились, верно?

Он тяжело вздохнул.

– Действительно, сказал. Хотя уже начинаю жалеть об этом.

Джульет усмехнулась и задумалась. Что же делать дальше? Только не просить, чтобы он ласкал ее, потому что тогда он подумает, что она ему уступила. Указав на его бриджи, Джульет сказала:

– Снимите их. Бриджи, башмаки и чулки.

Его брови поползли на лоб. Однако он повиновался. Оставшись в одних кальсонах, спросил:

– А вы не собираетесь снять рубашку, моя милая?

Она покачала головой.

– Нет, не собираюсь. Пока не собираюсь, – добавила Джульет, покраснев. – Сначала я хочу насмотреться, понимаете?

– Тогда, может быть, мне снять и все остальное? Или это слишком много для вас?

Намек на насмешку в его улыбке раззадорил ее, и она заявила:

– Да, снимите их.

«Неужели я приказала ему раздеться передо мной догола? – подумала Джульет. – Даже не верится...» Но она действительно это приказала, потому что Себастьян снял с себя кальсоны и снова выпрямился, теперь уже совершенно обнаженный. Джульет замерла; зачарованная, она смотрела на восставшую мужскую плоть. И почему-то ей казалось, что она выглядела ужасно дерзко и агрессивно...

Джульет медленно обошла вокруг Себастьяна, рассматривая его со всех сторон. Потом вдруг спросила:

– А можно я потрогаю... это?

– О Господи, да! – прохрипел он.

Она осторожно провела пальцем по возбужденной мужской плоти. Когда же Себастьян вздрогнул под ее прикосновением, она в испуге отдернула руку, пробормотав извинения. Но он тут же схватил руку Джульет и вернул ее обратно.

– Вам так нравится? – прошептала она.

– Больше, чем вы можете себе представить. Да-да, вот так, моя дорогая. Держите этот пистолет так же крепко, как держали тот, другой.

Пистолет? Да, действительно похоже на пистолет. Хотя... Тут Себастьян вдруг издал гортанный крик и отстранил руку девушки. Затем крепко сжал ее запястье.

– Все, довольно, моя милая богиня.

– Но почему?

– Еще немного, и я потеряю контроль над собой.

– Потеряете контроль? – Ее губы тронула улыбка. – Что ж, ничего страшного. Мне бы очень хотелось посмотреть, как вы его потеряете.

Он еще крепче сжал ее запястье и прорычал:

– Но я этого не хочу!

– Вы сказали, что я могу задавать тон, не так ли?

– Да, но я не имел в виду...

– Вы не сдержите свое слово, Себастьян?

– Господи, но я... Конечно, сдержу.

– Тогда отпустите мою руку.

Он разжал пальцы, потом проворчал:

– Вы не понимаете... я не могу... я не...

– Не желаете терять контроль. Это я уже поняла. – Хотя она, конечно же, не понимала, что Себастьян имел в виду.

Она знала только одно: он находился в ее власти, в ее полной власти, и ей хотелось этой властью воспользоваться.

Рука Джульет снова потянулась к мужской плоти, и из горла Себастьяна вырвался стон.

– Вы действительно не понимаете... Проклятие! Джульет, я... О Боже, перестаньте... перестаньте... перестаньте!

Внезапно он отступил на несколько шагов и отвернулся к кровати с хриплым криком, прозвучавшим почти как крик боли. Джульет увидела, как его спина конвульсивно дернулась, и услышала, как он вполголоса выругался, когда, схватив простыню, прижал ее к паху.

Джульет в растерянности пробормотала:

– Ах, простите, Себастьян. Я сделала вам больно? Что с вами?

Он по-прежнему держал простыню у паха, и на лице его было какое-то странное выражение – странная смесь блаженства и гнева.

–Я сделала вам больно! – в ужасе воскликнула девушка.

– Нет, мне не больно, – ответил он отрывисто. – Но я не хотел, чтобы... – Он на мгновение умолк, потом со вздохом пробормотал: – Ваши ласки заставили мой пистолет выстрелить слишком рано.

Джульет уставилась на него в изумлении. Наконец, вспомнив рассказы Розалинды, сообразила, что имел в виду Себастьян, когда говорил о «потере контроля».

– О-о... – прошептала она, краснея до корней волос. – И теперь ваш... м-м... пистолет не может больше стрелять.

– Разумеется, может. И он выстрелит, уж поверьте. – Бросив простыню на пол, Себастьян повернулся к девушке. – Но если вы думали избежать...

– Нет-нет. – Она энергично покачала головой. – Я не хочу ничего избегать.

Он что-то пробурчал себе под нос и принялся развязывать шнурки ее рубашки. Казалось, он все еще злился.

– Я... я не знала... – пролепетала Джульет. – А вы сказали, что я могу контролировать...

– Я ужасно сглупил. Мне не следовало доверять вам контроль над моим пистолетом.

Глаза Джульет наполнились слезами.

– Я не хотела все испортить.

Он криво усмехнулся.

– Ничего вы не испортили. Простите мою вспышку. Просто мне теперь понадобится какое-то время, чтобы... перезарядиться, вот и все. – Себастьян стащил с нее рубашку. – Но поверьте, вы тоже потеряете контроль, моя своенравная Афродита.

«И я потеряю?.. – думала Джульет. – Каким же образом он собирается этого добиться?» Тут она вспомнила, как Себастьян ласкал ее в оранжерее, и по телу ее пробежала дрожь. О, ей тогда очень понравились его ласки...

Внезапно Себастьян подхватил девушку на руки и тут же усадил на кровать. Поцеловав ее в губы, он принялся снимать с нее сапожки, а затем – панталончики. Когда же она осталась в одних чулках, он окинул ее сверкающим взглядом и прохрипел:

– Разрази меня гром, я знал, что вы – совершенство во всем. Да, я знал это с того самого момента, как увидел вас впервые.