Хелен Диксон - Невинное предложение

— Элистер признался мне, почему вы женитесь с такой поспешностью, — проговорила Джулия уже серьезно, с едва заметным укором в голосе. — Но не в моем характере осуждать вас в деле, которое касается только вас двоих. Вы решили пожениться из-за ребенка, но я не сомневаюсь, что вы испытываете друг к другу глубокие чувства, — продолжала Джулия.

Элистер грозно взглянул на Луизу, но она не поняла, что это должно означать. Тихий, проникновенный тон Джулии мог тронуть любое сердце, и Элистер не стал исключением, так как это была его сестра, которую он любил и уважал. Но если бы это сказал кто-нибудь другой, он встретил бы подобные слова с яростным отпором.

— Ну как, проповедь окончена, Джулия? — только и спросил Элистер.

Она широко улыбнулась и беззаботно рассмеялась.

— Да. Обещаю не мучить вас расспросами. Мне только остается пожелать вам обоим счастья. — Она снова взглянула на Луизу и улыбнулась. — А теперь пойдемте ужинать. Не знаю, как вы, но я ужасно проголодалась.

За ужином Элистер молчал, дав сестре возможность рассказывать об их усадьбе. Луиза пыталась внимательно слушать, но это у нее плохо получалось. Она не могла дождаться, когда закончится ужин и можно будет вернуться в свою комнату.

Она почувствовала, что ее начинает мутить, и, извинившись, направилась к двери столовой, но у нее подкосились ноги, в глазах потемнело, и она тяжело осела на пол.

Элистер подбежал к ней и взял ее на руки.

— Она еще совсем ребенок, — проговорила Джулия с тревогой.

— Найди кого-нибудь из слуг и пошли за доктором, — распорядился Элистер. — Я отнесу ее в комнату.

Очнувшись, Луиза открыла глаза и вдруг обнаружила, что лежит на чем-то мягком. В темноте она различила фигуру, склонившуюся над ней, и узнала Элистера. Она попыталась подняться, но почувствовала невероятную слабость и откинулась на подушки.

Элистер с тревогой смотрел на нее, а когда она открыла глаза, облегченно вздохнул.

— Где я? У себя? Да? — едва слышно спросила она дрожащими губами.

— Да, — прошептал он. — Все будет хорошо. Вам не надо разговаривать.

Он говорил так проникновенно, что у Луизы сразу потеплело на душе.

— Я чувствую себя совершенно разбитой. Не знаю, что со мной, — прошептала она.

— Не знаете? — спросил Элистер и нежно ей улыбнулся. Эта улыбка удивила ее, и на какое-то время она подумала, что он ведет себя как заботливый и любящий муж. Но острая боль тут же пронзила ей сердце, и Луиза велела себе не быть настолько глупой: пора бы уже привыкнуть к мысли, что его нежность относится не к ней, а к ребенку, которого она носит под сердцем. — Я думаю, это из-за того, что вы ждете ребенка.

— Да, это так. Но сегодня я чувствую себя гораздо хуже, чем обычно, — тихо проговорила Луиза.

— Не волнуйтесь, долгое путешествие утомило вас. Вам нужно отдохнуть, — заботливо сказал он и снова улыбнулся. — Не вставайте, лежите. За доктором уже послали.

— Спасибо.

Прибывший доктор осмотрел ее и подтвердил, что в ее положении нередки случаи такой внезапной слабости. Он дал ей какое-то лекарство, и вскоре слабость прошла, а на щеках появился привычный румянец.

Джулия вышла, чтобы проводить доктора, а Элистер вернулся в комнату Луизы. Ее взгляд был прикован к нему. Сердце у него бешено забилось. Он посмотрел на ее распластанное тело под легким пледом, такое беспомощное и в то же время зовущее. Он вдруг поймал себя на мысли, что снова страстно желает ее, и едва удержался, чтобы не сорвать с нее плед и не слиться с ней в тесных объятиях… Но тут же спохватился, объясняя такое внезапное влечение воспоминаниями о той ночи.

Луиза продолжала молча смотреть на него, и вдруг ее охватило такое томительное блаженство, что она закрыла глаза, стараясь избавиться от наваждения, навеянного воспоминаниями о той ночи, когда он так горячо целовал и обнимал ее.

Она поняла, что не может жить без него и безмерно рада, что станет его женой — даже нелюбимой и нежеланной. Как и раньше, он снова словно околдовал ее. Как она хотела признаться ему, что любит его и что ребенок, которого она носит под сердцем, плод ее огромной любви!

Элистер смотрел на нее, и она казалась ему такой же ребячливой и невинной, как его младшая сестра Софи. Он протянул руку и убрал золотистую прядь, упавшую ей на лоб.

— Вам лучше?

— Да. Просто я очень устала.

— Тогда не буду вас больше утомлять. Спокойной ночи, Луиза. Оставляю вас на попечение моей сестры, — сказал он и вышел из комнаты.

Она грустно посмотрела ему вслед, и ее глаза снова наполнились слезами. Буквально через минуту вернулась Джулия.

— Мне так неловко. Я не понимаю, что со мной происходит, — проговорила Луиза слабым голоском, когда Джулия подошла к кровати. — Боже мой! Что вы обо мне можете подумать! Уверяю вас, обычно я очень выносливая и спокойная, — сказала Луиза, как бы оправдываясь.

— Не волнуйтесь, доктор сказал, что это объясняется вашим теперешним положением, — успокаивала ее Джулия.

Луиза кивнула, вытирая слезы.

— Я понимаю.

— Жаль, что у нас с Джошуа никогда не было детей. Я не могу помочь вам советом. Но, признаюсь, я рада, что брат наконец-то остепенится и обзаведется семьей. Я понимаю, что ему тяжело терять независимость и свободу, но это позволит ему порвать кое с кем из его друзей, дружбу с которыми я не одобряю.

— Вы имеете в виду леди Брикнелл?

— Да. Вы с ней знакомы?

— Мы с ней раскланиваемся, и только, ответила Луиза. — Скажите, Джулия, как вы встретили новость, что ваш брат скоро снова станет отцом? Ведь он женится на мне только из-за ребенка, — сказала Луиза прерывающимся от волнения голосом.

— Я до сих пор не могу поверить в перемены, произошедшие с моим братом. Он забросил светские развлечения и намерен заботиться о вас и о ребенке. К тому же, как мне кажется, вы ему небезразличны, Луиза. Да и вы, как я заметила, неравнодушны к моему брату, — сказала Джулия дружеским тоном.

— Да, — прошептала Луиза, осознавая с новой силой, что любит Элистера еще сильнее, чем прежде.

— Не переживайте, Луиза. Элистер еще переменится. Мне кажется, что чувство к вам со временем пробьется сквозь его мужской эгоизм и стремление быть независимым. Я уверена, что он тоже любит вас. Вот увидите.

— Нет, Джулия, он заботится обо мне только из-за ребенка.

Джулия покачала головой.

— Наберитесь терпения, Луиза. Вы необыкновенно красивы и обаятельны. Любой мужчина гордился бы такой женой. И Элистер не станет исключением. Он же не каменный!

— Джулия, расскажите о… Марианне. Она была очень красивая? — спросила Луиза, приподнимаясь с подушек.