Людмила Белякова - Темная арена

— А я что — не знаю? Сам маленьким был.

Они не очень весело, но все-таки рассмеялись.

— Ну, вы-то у нас гигант по определению. Да и немного вы были… маленьким. Это ужасно!.. Наверное, обмен веществ меняется. Меня все время мутило, и я не спал ни минуты.

— Не буду я их обижать, не беспокойся. Как закончим, так их сам и расколдуешь.

Юрасик запер за художником дверь и пошел на кухню, где отбывали первые часы заключения новообращенные лилипуты.

— Жрать, поди, хотите? — мрачновато спросил Юрасик, заглядывая в картонку, но народец, задрав головы, безмолвствовал. — Ща покрошу вам кой-чего, птенчики мои.

Юрасик отрезал им кусочек ветчины, пластик белого хлеба и налил воды в кофейную чашечку.

— Это вам для питья и подмывания.

Гуманный Юрасик порылся у себя в комнате и принес наказанным свое осеннее кашне, а в уголок картонки поместил пластмассовую крышку.

— Вот вам нары, а вот и параша. Все как у людей. За нарушение режима — карцер. Поняли? Не слышу ответа?

— Поняли, гражданин начальник, — злобно процедил Круль.

— Процесс исправления пошел, — в меру оптимистично констатировал Юрасик. — Всем жрать и отбой.

Юрасик еще раз прошелся по обставленным комнатам, умылся и лег спать. На душе было неспокойно, но скоро усталость взяла свое…

…И отдала чудесным, светлым сном, которых Юрасик не видел, наверное, с дошкольных времен. Тогда ему часто снилось, что он оказался в «Детском мире», совершенно один, посреди игрушек и конструкторов, надувных уток в бассейне и лошадок на карусели, и мать, стыдливо озираясь по сторонам, досадливо шипела: «Ну, нет у меня столько денег, нету… Мороженого хочешь? Мороженого куплю».

Юрасик, просыпаясь, каждый раз с острым разочарованием обнаруживал, что все эти чудесные вещи оставались во сне. Маленьким, проснувшись, он тщательно обыскивал все вокруг, перерывая одеяло, надеясь найти в кроватке случайно завалившуюся там игрушку, но всегда безысходно тщетно. Теперь он находился… да, тоже в доме, но не похожем на этот, свой, с Рублевки.

Этот дом был тоже двухэтажным, но дощатым, некрашеным и не очень большим. Сразу за ним, знал Юрасик, возвышается густой лес из темно-синих елей, а сам он сидел на открытой веранде, тоже дощатой, выходящей на большую поляну, ограниченную кустами.

Стол, за которым он пил чай, был покрыт застиранной тканой скатертью в пятнах. Глядел Юрасик на дорожку, посыпанную желтым песком, и глядел потому, что по ней шла девушка в легком желтом платье, а впереди нее бежал маленький мальчик, белоголовый и в синих шортиках.

Он протягивал к Юрасику ручки, и Юрасик, сойдя с крылечка, протянул ему свои. С удивлением Юрасик увидел, что руки у него толстые и покрыты седыми волосами, а нагибаться ему было трудновато, потому что побаливала поясница и мешал объемистый живот.

— Дедулечка, милый! — завопил мальчик и, обхватив его шею ручонками, повис на нем, как обезьянка.

Юрасик похлопал его по мягкой попке, и тут подошла девушка в желтом и ткнулась ему лбом в плечо.

— Привет, пап, ты как? Мама где?

— Сейчас выйдет, — ответил Юрасик, спуская мальчика на пол. — Как сама-то?

— Щас расскажу, — торопливо ответила она и пошла куда-то в сторону, к полноватой женщине в переднике, появившейся в проеме двери. — Мам, привет!.. Выглядишь отлично.

Вслед за женщиной из глубины дома приплыл запах наваристых щей из кислой капусты со свининой. Аромат натек Юрасику в ноздри, засвербел там и заставил его во сне яростно теребить нос.

От этого Юрасик и проснулся. За жалюзи угадывалось позднее ноябрьское утро.

Юрасик, наверное, сильно нанюхался и той штуки, которой художник покрывал свои творения, и бенгальских огней, что изрыгал трехногий увеличитель-уменьшитель, потому что голова была тяжелая, как с хорошей гулянки.

«А эти малявчики в косухах — не с «химии» ли мне привиделись?» — подумал Юрасик, спуская ноги на пол.

Нет, Круль со своими шестерками спали в складках Юрасикова кашемирового кашне. Ветчину с хлебом они подъели всю.

«Вот, Андрюха говорил — жрать ему не хотелось, интеллигенту… А этих корми да корми, — подумал Юрасик и фыркнул со смеху. — Надо подумать, чем заняться. Башка трещит… Прогуляюсь по воздуху — пройдет».

Тут он вспомнил, что после болезни не навещал Соседовых.

«Вот и занятие — решить, как будем оборудование перегонять в новое помещение».

К телефону у Соседовых подошла Лена.

— Привет, Ленок, как дела?

Оказалось, что вот-вот приедет Андрей.

— В принципе я тоже планирую подъехать, посовещаться с дедом и тобой. Не возражаете?

— Ну что вы, Юрьпетрович, вы у нас всегда желанный гость.

Ему показалась, что Лена была искренна.

Дед приветствовал его молча, протянув морщинистую в синих венах руку и слегка привстав. Одет он был в шикарный темно-синий бархатный халат в золотистых звездах.

— Чаю, Юрьпетрович?

Юрасик не успел ответить Лене, как зазвонил звонок, и вошел Андрей, сложил в прихожей вдрызг мокрый зонт.

— Теплый ноябрьский дождик, — прокомментировал он.

Погода действительно была мерзопакостная. Впору заболеть снова.

— Вам Георггеоргич не говорил, что мы придумали? — спросил Андрей, по дороге пожимая руку фокуснику.

— Я тока прибыл.

— Вот и чудненько. Сейчас сядем кружочком и все обсудим.

— Вы ничего обсуждать не будете, молодые люди. Вы просто внимательно выслушаете мои инструкции и постараетесь точно их выполнить, — наконец проскрипел старик из своего кресла.

— Я это как раз и имел в виду, — поспешно и примирительно протараторил Андрей.

План, измышленный Андреем и стариком, показался Юрасику опасным бредом — даже после всего того, что уже с ними всеми случалось.

— А может, уменьшим все эти штучки один к пятнадцати да и перевезем на моей машине? — боясь вызвать у старика припадок гневливости, спросил Юрасик.

— У нас на камере ресурс ограниченный, — огорченно заметил Андрей.

— Это не обсуждается, — прошипел фокусник.

— Ладно, звоним Юркевичу.

Юрасик прошел в прихожую, где стоял старый телефон с диском.

— Ленок, будь другом, набери, я просто не умею диск крутить… Ты будешь с дедом, когда… Але?

Юркевич стал уверять его, что все давно упаковано.

— Так, ящики пронумеруешь и составишь опись — так, приблизительно, что где, и передашь по факсу мне в контору. Нет, ты сам не нужен. Отдыхай. Просто предупреди охрану, что будут люди от меня.

Юрасик положил трубку.

— Я думала, мне лучше поехать с вами…

— Принимать товар по описи? — ухмыльнулся Юрасик.