Людмила Белякова - Темная арена

— Да… То, что они придумали, — это не всякому по плечу…

— Вот поэтому ты будешь присматривать за дедом и Андрюшкой — иначе я ни за что не ручаюсь.

— А вы?

— А я сеструху твою на сверхурочные вызову.

Лене эта мысль явно не понравилось.

— Стоит ли ее посвящать… в наши дела?

— Так она и так посвященная. Я вообще, пока тебя искал, стольких людей посвятил, что мое почтение…

— Ну, как считаете нужным.

— Так когда завтра начнем? — довольно громко спросил Юрасик, возвращаясь в комнату.

— В десять утра, если вам это не рано, — не отрываясь от толстой книги, процедил фокусник.

— Лишь бы вам было не рано. Андрюха, привозишь команду на место и звонишь мне на мобилу. Время «че» десять ноль-ноль.

Из машины Юрасик позвонил Лене-сестре. Она как-то вяло согласилась приехать и проассистировать ему.

Утром в воскресенье Юрасик подобрал ее у метро.

— Как дела? Почему не показываешься?

— Вот, показалась. Вообще-то я работаю, а не появляюсь.

— Ой и нравные вы люди, Соседовы! На хромой козе не подъедешь!

— А та Лена — тоже?

— Ну, по сравнению с дедом ваще ангел без крыльев, но и ее тоже долго приручать пришлось.

— Приручили? — кривовато усмехнулась циркачка.

— В той степени, что нужно для дела, да. У меня опыт по приручению имеется. — Юрасик мельком глянул на девушку. — А чё ты, Лен, всегда такая смурная? Я и работу тебе подыскал, вроде с голоду не умираешь, и при родном деле, сама молодая, красивая…

— Вы считаете?

— А кто б не посчитал? Ну, рассказывай, может, я тебе помогу…

— Может быть. Давайте потом? Отработаем сегодня, а там видно будет. Вообще-то это погода на меня так действует.

По голосу Юрасик услышал, что она улыбается. Он повернулся к ней, и теперь эта Лена показалась ему даже лучше сестры. Просто бледненькая какая-то… Подкормить бы ее, приодеть… Но додумать эту мысль до конца не удалось: в конце аллеи тоненьких, только что посаженных деревцов замаячил красный ангар. Зазвонил мобильник. На дисплее было девять пятьдесят две. Звонил Андрей.

— Але? Да, подъезжаем. Начнем вовремя.

На входе их остановил незнакомый охранник и попросил документы.

— Извините, у нас такой порядок.

— Я сам этот порядок устанавливал. Сколько сейчас человек дежурит?

— Трое. Двое у входов и третий обходит помещение.

В ангаре было безлюдно и как-то гулко, пустынно тихо. Невнятный говорок телевизора у поста на входных дверях только подчеркивал необжитость помещения.

В зале, в котором от цирка была еще только арена и концентрические полосы направляющих для установки зрительских кресел, эхо от их шагов разбивалось на множество кусочков и улетало вверх. Горели в зале только тусклые аварийные огни над входами.

— Лен, найдешь, где свет включить?

— Как не найти — не чужая.

Лена ушла, а Юрасик, поставив на пол сумку, достал оттуда реквизит — черный шелковый плащ, широкий, свистящий при движении, белую чалму с султаном, который напомнил Юрасику про конягу в гараже, и волшебную палочку, только не ту стекляшку с металлический требухой, а полированную деревяшку, напоминавшую школьную указку. Дед сказал, что все это необходимо для создания атмосферы, традиционной для подобных представлений, и Юрасик, чтобы не нарваться на крик, положил ее к остальному реквизиту. Сейчас он надел это, просто чтобы развлечь Лену.

Зажегся свет, и Юрасик тотчас разглядел в одном из проходов к арене большущий, выше его, ящик на колесном ходу, с двумя дверцами, нижней и верхней. Когда-то ящик, похоже, был расписан золотыми загогулинами, а сейчас выглядел потрепанным и усталым.

Юрасик выкатил его на середину арены, развернул на ближний прожектор и для порядка заглянул внутрь. Внутри, за двумя дощатыми дверками, ящик выглядел как обычная тара, только покрашенная черной краской.

Появилась Лена.

— Света довольно?

— В самый раз.

— Это от номера «Исполнение желаний», — озарясь улыбкой, сказала девушка, погладив ящик по боку ласково, как старое цирковое животное.

— Да? — сказал Юрасик, наряжаясь в плащ.

— На детских спектаклях огромный успех был… Исполнял желания детишек.

— А как он угадывал? — удивился Юрасик.

— Угадывали взрослые. Вы сами чего в детстве хотели?

— Ну…

— Игрушек и сладкого, да?

— Типа да.

— Ну вот то из волшебного ящика и появлялось. Все просто. В его время, — Лена снова почесала прибалдевший ящик за ушком, — ни компьютеров, ни сиди-плееров не было, и угадать было несложно.

— Лен, тесемки завяжи мне.

Девушка, с интересом наблюдавшая за ним, слегка улыбнулась.

— Это дед настоял, — пояснил Юрасик. — Говорит, так надо для чистоты операции. А ты что подумала? Что я сбрендил?

— Нет, вы не из тех, кто сходит с ума. Просто я подумала — развлекается человек по полной программе.

«Правильно поняла».

— Ух, Ленчик, как я с вашей гоп-компанией связался, развлекухи мне хватает по полной, твоя правда.

— Жалеете?

— Да нет, просто было несколько трудных моментов…

Зазвонил мобильник в куртке.

— Ну что, Юрьпетрович, готовы? — спросил Андрей.

— Готов. Щас чалму напялю, и все. Вы как?

— Мы нормально. Вы помните, что надо делать?

— Да помню. Вот увидит меня кто-нибудь…

Андрей захихикал в трубку.

— Ладно, цирк он и есть цирк. Репетиция, и все, — непонятно кого, его или себя, успокоил Юрасик.

— Первые два посыла — пробные.

Юрасик отключился, сунул телефон в карман брюк и сказал Лене:

— Значит, так. Как сказал дед, я произношу заклинание, три раза стучу палкой по ящику, а ты, как товар прибудет…

Лена прыснула.

«Отогрелась девчонка», — подумал Юрасик самодовольно.

— Да… как товар прибудет, открываешь дверцы, и мы с тобой руки вверх и так — «Х-ха!» — как настоящие артисты. Сможешь?

— Я в цирке с семи лет.

Юрасик встал с одного бока ящика, Лена с другого, Юрасик прокашлялся и громко, с выражением, как на детсадовском утреннике, произнес:

— Собирайтесь, дети, в кучу! Я вам чучу отчебучу!

Невидимая Лена опять фыркнула, а Юрасик три раза легонько, как в дверь к нервнобольному, тюкнул кончиком палочки в облупившийся бок ящика. Через секунду там что-то глуховато стукнуло. Лена отворила нижнюю дверцу, тихо скомандовала Юрасику «три-четыре!», и они дружно «х-хакнули».

В ящике оказалось старое цинковое ведро в пятнах побелки.

— Ну, спасибо Георггеоргичу, — сказал Юрасик, брезгливо, двумя пальцами, вынимая ведро.

— А что, нужная вещь, — совсем развеселилась девушка. — Только помыть.