Евгения Грановская - Не смотри ей в глаза

Ознакомительный фрагмент

Глеб отсалютовал столу стаканом, допил остатки коктейля и вдруг вспылил, размахнулся, чтобы запустить стаканом в стол, но сделать этого не успел – зазвонил мобильный телефон.

Глеб поставил стакан и взял со стола трубку.

– Алло, Глеб, это Виктор, – услышал он голос приятеля.

– Да, Вить, ты у меня определился. Какие новости?

– Ты готов слушать?

– Да, я в твоем полном распоряжении.

– Ну, тогда слушай…

Глеб выслушал все, что сказал ему приятель, поблагодарил и отключил связь.

Некоторое время после этого он сидел неподвижно, размышляя о чем-то, затем потянулся за бутылкой и следующие две минуты был занят тем, что смешивал новый коктейль. Лед в вазочке растаял, но идти за новой порцией на кухню не хотелось. Пришлось пить безо льда.

После второго стакана Глеб вспомнил, что надо копать дальше. Он взял со стола газету с обведенной статьей, посмотрел на номера телефонов, указанные в конце статьи, взял аппарат и набрал один из них.

– Здравствуйте!.. – сказал он, когда на том конце откликнулись. – Кто у вас занимается делом убитой девушки?.. Да, простите, я забыл, что в Москве девушек убивают ежедневно, а порой и ежечасно. Я говорю про Анну Смолину… Нет, я не ее родственник. Имя? Глеб Корсак. Да, Корсак, с ударением на первом слоге… Я звоню, потому что в газете написано, что каждый, кто располагает какой-либо информацией, должен позвонить по номеру, указанному в газете. Вот я и звоню. Что?.. Да, черт возьми, я располагаю информацией! Соедините меня с вашими операми, пока я склонен к беседе! И имейте в виду: как только коктейль в моем стакане закончится, я брошу трубку!.. Нет, я не пьян. Но я выпил. Выпил, чтобы набраться решимости для звонка. Вы соедините меня с вашими операми или нет?.. Жду!

В трубке завыл Григорий Лепс, и Глебу пришлось прослушать почти полкуплета песни, прежде чем музыка оборвалась и строгий женский голос произнес:

– Капитан Твердохлебова слушает.

– Рад, что хоть кто-то меня сегодня слушает.

– Кто вы?

– Я? Представитель власти. То есть – четвертой власти.

– Вы журналист?

– Да.

– До свидания.

– Стойте! Не вешайте трубку. Я звоню вам не как журналист, а как гражданин.

– И что вы хотите сообщить, гражданин?

– У меня есть информация касательно убийства Анны Смолиной. Вернее – касательно того, кто мог это сделать.

– И кто же?

– Вы что, правда думаете, что я буду рассказывать об этом по телефону? Я хотел бы встретиться с вами.

На том конце повисла пауза.

– Алло, – проговорил Глеб в трубку. – Капитан… как вас там… Черствохлебова!

– Твердохлебова, – отозвался спокойный, холодноватый голос.

– Ну да, и я о том же. Когда мы можем встретиться?

– По-моему, вы сейчас не в том состоянии, чтобы встречаться.

– Хорошо. Тогда я перезвоню вам через час, и мы договоримся о конкретном времени. Идет?

– Идет. Вы сообщили ваше имя дежурному?

– Да. Но могу повторить его и для вас.

– Будьте так любезны.

– Меня зовут Габриэль Хосе де ла Конкордиа Гарсиа Габо Маркес Третий.

– Красивое имя. А покороче?

– Глеб Корсак.

– Хорошо, перезвоните мне, когда протрезвеете. Всего доброго, гражданин Корсак.

– Алло!.. Алло-о! – Глеб отнял телефон от уха, посмотрел на него хмурым взглядом и растерянно проговорил: – Повесила трубку. Ну что у нас за полиция такая, а? Ладно.

Он швырнул мобильник на стол, опустил локти на колени и взъерошил волосы. Посидел так минуту, разомкнул губы и произнес:

– В это трудно поверить, но, кажется, я действительно пьян. Пора приводить себя в порядок.

Он опустил руки и поднялся с дивана. Постоял несколько секунд, приводя тело в равновесие, затем повернулся и двинулся к ванной, тихонько напевая себе под нос:

Я хотел бы быть рекой,Гладить вас своей рукой,Гладить волосы и тело —Вот я ласковый какой…

Глава 2

1

День был сухой и холодный. Воздух словно остекленел, и черные очертания деревьев выглядели на его фоне гравюрным оттиском.

– Ну что, Мух? Ты голоден?

Пес посмотрел на Максима преданными глазами и вильнул хвостом. Мальчик вздохнул:

– Знаю, Мух. Я тоже. Будь у меня деньги, я бы купил тебе самую большую котлету в мире! Или полкило сосисок. Мух, ты ведь любишь сосиски?

При упоминании о сосисках пес радостно гавкнул. Максим засмеялся.

– У тебя губа не дура. Знаешь, в детдоме нам давали сосиски только по пятницам. В понедельник были котлеты. Во вторник тефтели. Между нами говоря, это только называется «тефтели», а на самом деле – такая гадость, что ты бы и в рот не взял. Сплошные хлеб и соя. Хотя… – Мальчик вздохнул. – Сейчас бы ты, наверное, слопал их с радостью. Да и я тоже.

Максим посмотрел на двух попрошаек, закутанных в немыслимое тряпье. Они сидели у двери магазина, перед каждым стояла картонная коробка с мелочью.

– Как ты думаешь, Мух, не слишком позорно быть попрошайками? – снова заговорил мальчик.

Пес вильнул хвостом. Максим облизнул губы и проговорил задумчиво:

– В детдоме у нас многие этим занимались. Я тоже пару раз пробовал. Противно было… Хотя деньги получил. Двадцать пять рублей! Вот ты, Мух, знаешь, что можно купить на двадцать пять рублей? Нет? А я тебе скажу. – Максим поднял правую руку и принялся загибать пальцы. – Полбуханки хлеба – раз. Плитку китайской лапши – два. И еще хватило бы на один бульонный кубик.

Он весело посмотрел на собаку:

– И ты думаешь, я все это купил? Как бы не так! Я купил шоколадный батончик! Представляешь, каким дураком я был? Э-эх… Сейчас бы нам с тобой эти двадцать пять рублей, мы бы такой пир закатили! Подожди… – Максим вопросительно посмотрел на Муха. – Но ведь ты, наверное, не любишь хлеб? У нас во дворе детдома жила собака Найда, она ела все подряд. И хлеб, и картошку… Один раз Леха Каморин подсунул ей в хлебе кусок свежего огурца, так она и его смолотила. Тощая была – ужас! Никак не могла отъесться.

Максим засмеялся. Мух, понимая, что хозяин ожидает от него какой-то реакции, привстал на задние лапы и весело тявкнул.

– Ладно, давай попробуем, – все еще посмеиваясь, сказал Максим. – Только сделай морду попроще. И смотри на людей пожалостливее.

Мух снова уселся на землю и, склонив голову набок, посмотрел на мальчика жалостливым взглядом.

– Да, вот так, – одобрил Максим. – И вот еще что. На улице мы стоять не будем – я не хочу, чтобы ты отморозил себе копчик. Пойдем в метро. Там народу полно, кто-нибудь да подаст. Ну, пошли!

Он повернулся и зашагал к подземному переходу с красной буквой «М». Мух вскочил на лапы и потрусил за ним.

К полной неожиданности Максима, подавали в метро хорошо. За полчаса он заработал больше пятидесяти рублей. Пересчитав деньги, Максим потрепал Муха по голове и довольным голосом сообщил:

Конец ознакомительного фрагмента