Копоть - Максим Владимирович Виноградов

Что же, не отрицаю, все вышеизложенные выкладки сильно напоминают попытку натянуть факты на нечто заведомо невозможное.

Однако, не торопитесь с выводами. Прошу, дочитайте до конца, дайте мне шанс изложить остатки собственных изысканий. Быть может, ваше мнение в процессе чтения поменяется. А даже если и нет — все же вы ничего не потеряете.

Отнесемся к моим домыслам, как к некоей забавной теории. А любая теория хороша тем, что она позволяет объяснять некоторый набор фактов. И делать на их основе новые предсказания. Если предсказания сбываются — мы получаем доводы в пользу правдивости исходных предпосылок. Если же предсказания говорят об обратном, что же, тем лучше. Такую теорию можно считать опровергнутой.

Попробуем взять последующую историю рода Стюартов и наложить ее на «после-знание» теории «долгоживущего Генри».

Итак, новоявленный Стюарт, обосновавшийся в Улан-сити — что, как будто случайно, на максимальном удалении от Тиберии — активно взялся за предпринимательство. С такой прытью и опытом, что вряд ли ждешь от мужчины, едва входящего в степенный возраст. Очень скоро, буквально за десятилетие, «артель Стюартов» успела засветиться практически во всех начинаниях, приносящих деньги. Когда я говорю «во всех» стоит понимать это буквально: начиная от продажи пушнины и торговли священными книгами, до организации публичных домов и подпольных петушиных боев. И даже если некое предприятие, на первый взгляд, никак не связано с Генри, то, копнув чуть глубже, через третьи руки и подставные компании — выходим все туда же. Едва новорожденный клан взялся за дело с места в карьер.

Почти моментально — по историческим меркам, конечно — род Стюартов становится богатейшим в Улан-сити. А может, кто знает, а в целой стране. Точные размеры состояния клана нам, понятное дело, не известны. Но кое-какие косвенные выводы сделать можно.

Так, например, широко известна история, когда в одну из жестоких зим Генри сам, за свои деньги, организовал специальную столовую для бездомных. Где почти полгода бесплатно кормил и поил несколько тысяч человек. В другой раз Стюарт оплатил из собственного кармана ремонт целой улицы — без малого двадцать верст мостовой.

Казалось бы, такие вещи показывают главу роду исключительно с положительной стороны. Но не стоит заблуждаться. Во-первых, мы достоверно не знаем, зачем он пустился в подобную благотворительность. Есть все основания предполагать, что причиной служил отнюдь не исключительный альтруизм и человеколюбие. Напротив, позвольте заподозрить вполне меркантильные интересы, принесшие свои плоды, но другого, не материального рода. Ну а во-вторых, под прямым руководством того же самого Генри происходили и страшные вещи. Под предлогом реставрации снесены и сравнены с землей несколько древнейших соборов — церковников Стюарт особенно недолюбливал. Банкротились неугодные ему компании — людей буквально выкидывали на улицу. Об организации подпольных боев и казино я и вовсе умолчу, дабы не смущать целомудренного читателя.

По свидетельствам современников, клан Стюартов приобрел невиданное богатство и значительное влияние по всей восточной провинции. Ни одно мало-мальски важное решение не принимается без согласования с Генри. Руководящий состав городской власти разве что не назначается кланом. Во всяком случае сместить неугодного мэра — в порядке вещей для главы рода.

Так продолжается несколько десятилетий. Чем дальше, тем больше все замечают, что постаревший Стюарт замыкается в себе. Он постепенно отходит от дел, перестает участвовать в общественной жизни. Наконец, даже на людях появляется изредка, чуть ли не раз в год.

Ничего странного? Конечно. То, что интересно молодому, старику совсем не по нраву. Замкнутость и таинственность вполне объясняется «причудой» богача.

На этом история могла бы и закончиться, но внезапно у Генри появляется наследник.

Он представлен обществу, как Эйвон, «племянник» старика.

Удивительно, что ранее никто никогда слыхом не слыхивал не то что о племяннике, но и вообще о любых родственниках Стюарта. Впрочем, Эйвон настолько похож на Генри — с поправкой в пятьдесят лет разницы — что сомневаться в родстве не приходится.

Небольшая странность — они никогда не появляются на виду одновременно, будто избегают друг друга. А вскоре старик и вовсе отдает концы, оставив племяннику все нажитое имущество в наследство.

Свое последнее пристанище Генри находит на роскошном городском кладбище для богачей. Хоронят его в закрытом гробу, что вызывает пересуды определенного рода. Но сплетни со временем сходят на нет, тем более что молодой наследник идет по стопам предка, последовательно продолжая и развивая его начинания.

Безусловно, вы уже догадались, куда я клоню. Ну конечно, никакой Эйвон не «племянник». Скажу прямо: это Генри Стюарт, собственной персоной, только помолодевший на энное количество лет.

Примерно в то же время впервые упоминается о «жене» Стюарта. Почему я пишу слово «жена» в кавычках?