Копоть - Максим Владимирович Виноградов

до конца не ясна. Если они и уцелели, то наверняка сейчас пылятся где-то в церковных архивах, вместе с другими апокрифами.

Почему я столь подробно останавливаюсь на этой истории? Все просто — она достаточно типовая, когда речь заходит о «наследстве чернокнижника». Во все века найдутся люди, готовые обмануться и заплатить деньги за волшебную пилюлю, которая сделает из неудачника победителя в один момент, без всяких усилий с его стороны. А раз есть спрос, найдутся и те, кто готов обмануть и нажиться на доверчивых простофилях. К худу ли, или к добру, но таков мир, и его не изменить, пока живы люди.

Отсюда же растут ноги различных мифов о чудодейственных свойствах «темной книги». Якобы ее страницы чуть ли не живут «своей жизнью». Сами могут выбирать хозяев, исчезать из закрытых помещений и внезапно появляться в неожиданных местах. Показывают разным людям разное содержимое, именно то, какое они и желают увидеть по уровню своего скудоумия. Да и вообще, выходит, что эти листы обладают почти человеческим разумом. И могуществом архимага, не меньше. Что же, я оставляю на усмотрение читателю — верить таким небылицам или нет. С моей же точки зрения все это не более, чем выдумки.

Мое скромное мнение — оригинал «журнала» безвозвратно утрачен. Если его и можно восстановить, то для этого бы потребовалась воля и консолидация усилий научных работников всех стран и регионов Копоти, что, конечно же, является полнейшей утопией. Что же касается работы с так называемыми «копиями»… Она, безусловно, возможна. Но принесет ли эта неблагодарная деятельность хоть какой-то вменяемый результат? Тут у меня большие сомнения. Все-таки отделить правду от вымысла, найти рациональное зерно в безвкусной шелухе, приросшей к исходному тексту со временем — будет посложнее, чем воссоздать океан по капле воды.

Закрыв эту большую тему, перейдем, наконец, к истории рода Стюартов. И в начале я бы хотел немного остановиться на том, почему, собственно, мы говорим именно о них? Есть ведь, в конце концов, и более древние, уходящие корнями в глубокое прошлое кланы.

Так, да не совсем.

Любой род, семья — или если использовать новомодное словечко «клан» — стремится казаться древнее, чем он есть. Логика тут простая — чем старше род, тем сильнее его влияние, тем больше прав он может заявить на те или иные земли и ресурсы. В конечном итоге власть рода складывается из многих факторов — подробно углубляться в которые у меня нет ни сил, ни желания — но, безусловно, родовитость, количество предков, семейное древо, уходящее в глубокое прошлое, является одним из ключевых параметров. За примерами далеко ходить не нужно: сейчас даже семьи возрастом в триста лет считаются «середнячками». Ну а если роду не больше ста лет… с ним и разговаривать никто не станет. Что это для старожил? Так, рябь на воде. Когда за твоей спиной пять сотен лет потомственных аристократов, на жизнь сморишь совсем по другому. Доходит до крайностей: какой-нибудь щегол из рода, к примеру, Карнеги, которому и лет-то отроду не более пятнадцати, при взгляде на умудренного сединами Альдваго — воротит нос. И первым никогда не заговорит. А все потому, что род Карнеги вдвое старше Альдваго. И, грубо говоря, считается вдвое влиятельнее. Вот такая вот арифметика.

Но, как обычно, не обходится без исключений. И тут мы возвращаемся к повествованию о Стюартах. Об их странном семействе, без особого желания наводящем шороху на доброй половине Копоти.

Что в них необычно? Начнем с того, что это, насколько мне известно, единственный род, который не только не стремиться говорить о своей древности, но и наоборот, старается ее принизить. Каким образом — да очень просто. Вымарывают информацию из хроник, архивов, списков, каталогов. Дошло дело даже до газетных выпусков. Формально вам никто такого не скажет, но негласный запрет на распространение информации о клане Стюартов есть. Доказательства банальные — я самолично пытался провести такое исследование, а потом издать его результаты. Увы, мой опыт весьма плачевно закончился, и я никому не советую его повторять. Мне теперь терять нечего, но перепроверять это на своей шкуре будет явно не самой лучшей идеей.

Если кратко — я сунулся и получил отпор. Увы, выводы сделал слишком поздно. А выводы очень простые: упоминать фамилию Стюартов в прессе крайне не рекомендуется. И только по согласованию с правильными людьми. Издать же нечто… не то что порочащее, а даже и просто проливающее свет на жизнь этой семьи — невозможно.

Что же про древность рода? Сейчас вся эта информация вымарана откуда только можно… Пришлось вовремя подсуетиться, чтобы сохранить остатки данных. К сожалению, в таких реалиях предоставить весомые доказательства не представляется возможным. Придется читателю в этих вопросах поверить мне на слово. Или же посчитать сказанное ложью — на ваше усмотрение.

Итак, первое официальное упоминание Стюартов я датирую давностью около двухсот лет. К сожалению, точнее сказать невозможно, за это время много стерлось в пыль. Но именно на рубеже двух веков назад первый представитель клана оказался в Улан-сити.

Отдельный вопрос, откуда Генри Стюарт — а именно так звали «основателя» семьи — прибыл в восточнуюстолицу. Бытует мнение, что он родом с одного из южных островов. Я не склонен разделять это утверждение. При