Записки о сломанном мире - Ольга Войлошникова
Тот сердито посопел, топорща бакенбарды:
— Если б я знал, что вы из ищеек, мистер, я бы не стал иметь с вами дела.
— Я из особых ищеек, — я продемонстрировал значок, на пару мгновений озарив пространство лавки золотым светом. Поэтому ваша профессиональная честь тут не задета.
— Допустим, — он обошёл свою стойку и запрыгнул на высокий табурет, как и в прошлый раз. — Хотите что-то докупить?
— Нет, я хочу попросить вас усовершенствовать мои любимые револьверы. Насколько это возможно.
Тут я выложил на прилавок мои РШ, заставив коротышку присвистнуть от удивления. Он вопросительно посмотрел на меня и, получив разрешающий кивок, принялся осматривать стволы, прицокивая, шевеля бровями, выпячивая губы и выражая одобрение всяческими мимическими способами.
— Немногие способны к повседневному общению со штурмовыми револьверами! — сказал он наконец. — У вас не болят руки, простите за нескромный вопрос?
— Отнюдь. Иглы императора, если вы слышали, характерны заметно более крепким против обычного сложением.
Теперь он смотрел на меня уважительно:
— Наслышан. Но думал, что в этих рассказах есть доля преувеличения, — он положил РШ на стойку. — Итак, чего бы вы хотели, мистер? Увеличить кучность? Добавить дальность? Скорострельность?
— Всё это и ещё увеличить убойную силу.
— Ещё увеличить⁈ — поразился коротышка. — С ним и так можно ходить на слона!
— И тем не менее. Тогда, быть может, у меня появится шанс быстрее перегрузить щиты магической защиты.
Мастер пожевал губами.
— Есть у меня пара артефактов… Как раз на солидный калибр. Но должен предупредить вас, мистер, они из новых. Статистика пока не собрана, возможны, можно так сказать, шероховатости в работе.
— Погодите. Правильно ли я понял, эти артефакты позволят увереннее пробивать энергетические щиты?
— Более чем, — веско сказал мастер. — Достаточно двух попаданий, и ваши противники будут чрезвычайно удивлены.
— Я беру.
— Как скоро вам необходимо вернуть оружие?
— Сегодня. Простите, но без него я словно голый.
— Это я понимаю, но…
— Вам нужно время, верно? Ничего, я подожду. У меня есть с собой пара книжек.
Коротышка посопел:
— Пожалуй, я сварю нам кофе. Вы же не откажетесь?
* * *
Тем же вечером я возвращался домой в весьма приподнятом настроении. Каково же было моё удивление, когда у ворот я увидел экипаж Джеральда, а рядом — выставленную садовую скамейку, на которой в ряд сидели зарёванная горничная (не помню, как её зовут), сурово поджавшая губы Анна и сам сердитый Джеральд.
— И что сие должно обозначать? — спросил я, останавливаясь около них.
Горничная тут же снова принялась плакать, утирая слёзы мятым платком, а Анна и Джерри заговорили разом.
— Погодите! Дорогой брат, давай дадим даме возможность высказаться, иначе, я чувствую, её нервы не выдержат.
— Спасибо, мистер Андервуд! — на нерве начала Анна. — Это всё ваш приборчик.
— Прошу прощения? — не понял я.
— Пирамидка, — односложно подсказал Джерри.
— А-а! Тот защитный артефакт! Неужели кто-то сразу попытался меня заколдовать?
— Нет! — хором ответили кузен с экономкой, но Джеральд тут же сделал приглашающий жест рукой, и она продолжила:
— Сегодня днём Мэри прибиралась у вас в комнате…
— Та-ак?..
— И, вытирая пыль, она решила приподнять эту… пирамидку, чтобы протереть под ней тоже!
Тут Мэри зашмыгала носом ещё активнее.
— Кажется, я понимаю.
— Я забыл предупредить, — сказал Джеральд, — артефакт реагирует на чужие прикосновения как на попытку воздействия.
— Так значит, его никому кроме меня нельзя трогать?
— Ну да.
— Великолепно! И дальше?
— Дальше началась обычная реакция.
— Грина мне пришлось отпустить, — снова нервно начала Анна, — потому что в саду невозможно было находиться. Он вынес нам скамейку и ушёл.
— Понятно, — я посмотрел на кузена: — А ты здесь зачем?
— Держу звукоизоляционный купол, — пожал он плечами, — и жду тебя.
— А. То есть то потрескивание, которое я слышу — это только часть звуков?
— О! Это лишь остаточный фон. Вот, держи, — он протянул мне коробочку.
— Это что?
— Магические беруши. Иначе ты ещё дня три будешь слышать сверчков. А так остаётся шанс.
Потрясающая перспектива!
— Мистер Андервуд, — нервно сказала Анна, — вы не будете против, если я куплю по комплекту для всей прислуги? Они бы весьма выручили нас сегодня.
— Я не против, — сказал я, обречённо затыкая уши берушами. Надо полагать, иного выхода всё равно нет. — Идёшь, Джеральд?
— Я подожду здесь. Должен же кто-то держать звуковой купол.
— Хм. Я так и думал.
Я шагнул в калитку и сразу почувствовал звук — резкий и вибрирующий, он ощущался буквально всей кожей, несмотря на наглухо заткнутые уши. Не теряя и секунды я поспешил в спальню, чувствуя, как у меня начинают ныть зубы. Бегом!
Взлетев на второй этаж, я рывком распахнул дверь спальни, прыгнул к тумбочке и схватил злосчастную пирамидку. Дрожь пространства прекратилась, однако мерзкий зуд во всём теле сохранялся после этого ещё минуты три. Мне казалось, что чешутся все нервы — хотя так, верно, не бывает.
Я вернулся к калитке и пригласил всех войти. Скамейку мы с Джеральдом оставили у садового домика.
— Простите меня, мистер Андервуд, сегодня придётся подать ужин попозже, — держась за висок, скорбно проговорила Анна.
— Не нужно, — возразил Джеральд, — мы поужинаем в ресторане.
Мне осталось только согласно кивнуть:
— Отдыхайте сегодня. И примите что-то от головной боли.
Выйдя из калитки, Джеральд решительно распахнул передо мной дверцу своего экипажа:
— Прошу, кузен. Это даже кстати. Мне нужно тебе кое-что рассказать без лишних ушей.
28. ЗЛЫЕ ТЕНИ ФРОБРИДЖА
КАЖЕТСЯ, МЫ ИМЕЕМ ДЕЛО С МАГИЧЕСКИМ МАНЬЯКОМ
Мы остановили свой выбор на одном из небольших уютных ресторанчиков Почтамтской улицы и устроились в отдельном кабинете, чтобы поговорить спокойно.
— Департаменту передали дело, — начал Джеральд, дождавшись, пока официант расставит наши блюда и удалится, — о пропаже целой серии девушек. Все они были молоды, красивы и, что весьма немаловажно — состоятельны. Как правило, они приходили на бал, званый вечер или иное подобное мероприятие, а потом исчезали.
— А приглашающая сторона?..
— Естественно, это было проверено в первую очередь! Каждый раз это было новое собрание, с
