Кощей. Перезагрузка - Ксения Чепкасова

головы ринулись на меня. Гибкие шеи вдруг удлинились настолько, чтобы как раз достать до противника.

Я поспешно вытащил одну из рун. Повернув знаком вниз, я выставил ее перед собой. Голова, опередившая остальные, наткнулась зубом прямо на руну. Знак вспыхнул ярким светом, и голова повисла замертво. Ее длинная шея мешала чудищу ходить.

- Сожрууу! – завопил монстр.

Я ловко уклонялся от острых зубов и проскакивал под толстыми веревками из шей. Меч Василисы придавал мне сил. И я сумел отрубить еще одну голову. На этот раз черная кровь забрызгала всего художника и его картину. Тот в панике упал на землю и закрылся испорченным полотном.

Осталось шесть голов. И всего три руны.

Головы уже догадались, что руны были в кармане. И теперь пытались укусить меня за руки, не давая опустить туда пальцы. Пришлось как следует потрудиться, чтобы достать еще одну.

Но, едва я схватил руну, как одна змея все-таки цапнула меня за кисть. Прямо как собака! Я вскрикнул и уронил руну. Она укатилась прямо в огненный поток.

Шесть голов, две руны и одна прокушенная рука. Эта зараза перекусила связки, так что кисть почти не слушалась. Хорошо хоть не ведущая рука. Теперь мне становилось по-настоящему трудно.

Оставшиеся головы кидались как бешеные собаки, и мне уже приходилось откровенно убегать от них, на ходу размахивая мечом. Острые клыки порвали мне весь кафтан, сбили шапку и оставили несколько глубоких порезов на моем теле. А мощное тело монстра с основной головой оставалось на месте и ржало надо мной. Пока длинные шеи преследовали меня повсюду.

Силы были слишком неравны. Я даже попытался подбежать к Злате и Серому. Потряс их, пока головы догоняли меня.

- Злата, Серый! Очнитесь! Мне нужна помощь.

Но все глухо. Они по-прежнему спали беспробудным сном. А рядом со мной уже щелкали зубастые змеиные пасти.

Оставалось только продолжить бой.

Глава 23

Я специально медлил, чтобы длинные шеи почти достали меня. Когда клыкастые пасти раскрылись над моей головой, я резко перекатился по земле, проскочив под шеями. Лежа на спине, рубанул мечом, и очередная голова упала замертво, а шея повисла, словно кусок трубы. Оставались еще пять голов. Одна из них – самая главная – оставалась возле туловища. Остальные ринулись ко мне, но запутались друг с другом и принялись кусаться.

- Ай! Не себя кусайте! Хватайте мальчишку! – вопило Чудо-Юдо.

Я ринулся к телу. Его охраняла лишь одна основная голова. Она дико зашипела, разгадав мой маневр. Чудище выставило когтистые лапы и приготовилось встретить меня.

Я на ходу вынул руну, но Чудо-Юдо первым бросилось в атаку. Оно изловчилось и так стукнуло меня лапой по голове, что вогнало по пояс в землю. Да-да, я сам не понял, как это произошло. Почувствовал тупую боль в макушке, как будто на нее упало что-то тяжелое. А затем обнаружил, что провалился прямо в землю. А меч мой валяется рядом.

Чудо-Юдо загоготало и замахнулось, чтобы добить меня. Я быстро зашевелился. Благо, что земля оказалась мягкая, рыхлая. Я сумел освободить одну руку. И, когда чудище склонилось надо мной, захватил горсть песка и швырнул в основную голову.

- Глаза! Глаза! – закричало Чудо-Юдо.

Ненадолго ослепив противника, я выбрался целиком и схватил меч. Когда Чудо-Юдо снова ринулось на меня, я встретил эту чешуйчатую массу мечом. Любой другой сломался бы – такая толстая была чешуя. Но меч Василисы выдержал. С мерзким лязгом он пробил чешую, и Чудо-Юдо завопило так, что я чуть не оглох. Все головы разом бросились ко мне.

Но у меня уже была заготовлена руна. Я рубанул мечом одну из голов, добравшихся до меня, и сломал ей пару клыков. А сам высоко поднял знак Альгиз. Рука плохо слушалась, и я с трудом сжимал в ней руну. Но адреналин в сочетании с зачарованным мечом придавали сил. Знак на руне был направлен вниз, что означало смерть.

Руна вспыхнула ярким светом, а Чудо-Юдо издало предсмертный крик. Я не стал проверять – убьет ли руна сразу все оставшиеся головы или только главную. Бросился вперед и изо всех сил толкнул монстра прямо в огненный поток.

Чудо-Юдо повалилось в пылающую реку и мгновенно сгорело. В воздухе запахло шашлыком. Вот так-то!

Я устало опустился на землю и сморщился. Рука дико болела. Да и многочисленные мелкие раны от зубов чудища давали о себе знать. Жаль, что здесь ничего не растет – хоть бы подорожник какой-нибудь приложить.

Рядом послышалось копошение. И я только сейчас вспомнил про бедного художника.

- Беги, друг, ты свободен!

- Я буду восхвалять твой подвиг в картинах!

- Да-да, беги уже.

Парня не нужно было просить дважды. И я с завистью наблюдал, как счастливчик убирается куда подальше от этого гиблого места. Наблюдая за ним, я не заметил пару светящихся желтых глаз по ту сторону моста. Змеиные глаза зловеще сверкали в темноте и следили за каждым моим движением. Если бы я их заметил, то смачно бы матюкнулся. Ведь я только что одолел Чудо-Юдо! Какого черта там два этих желтых фонаря? Выходит, монстр все-таки не сгорел в огненной реке.

Но, едва я снова обернулся к мосту, глаза потухли. Так что я так ничего и не заметил.

Оставалась еще одна проблема: как пройти по мосту? Инженер был так себе и не предусмотрел живых людей. Судя по рассказам, по нему могут пройти лишь бестелесные духи. Но ведь Вася как-то сумела перебраться на ту сторону. Про Чудо-Юдо мне тоже много чего рассказывали. Может и с мостом все окажется не так страшно.

Надо проверить. Сперва бросил камешек на мост. Ничего не произошло. Тогда я поставил одну ногу, но вес на нее пока не переносил. Тоже ничего. Приободрившись, я надавил чуть сильнее и попытался сделать шаг. Но мост угрожающе задрожал и заскрипел. Я тут же отпрянул назад. Похоже, и вправду рухнет подо мной. Что же делать? Не бомбочкой же в огненную реку?

Тут я заметил рядом какое-то свечение. Сперва я решил, что это проснулась Жар-Птица. Но ее свет был желтым, золотым. А этот непонятный источник освещения был холодным.

На всякий случай я спрятался за большим валуном. Осторожно выглянув, я увидел жуткую и одновременно прекрасную фигуру.

Вдоль берега шла молодая, красивая женщина с бледным лицом. Ее глаза были совершенно белыми, без зрачков. Одета она была в простое черное платье,