Записки о сломанном мире - Ольга Войлошникова
— Что ж вы такие нервные, господа? Если вы хотели сохранить свой разговор в тайне, то уж громкость-то нужно было убавить. Тем не менее, у меня к вам совершенно деловое и прагматичное предложение. Позволите? — Я присел на скамью рядом с цыганом. — Спрячьте оружие и давайте просто поговорим.
— Хочу заметить, милостивый государь, мы не имели чести быть вам представленными, — буркнул Симон, не торопясь убирать револьверы.
— И весьма сомневаемся, — прищурился цыган, — нашего ли поля вы ягода.
Я слегка пожал плечами:
— Господа, я совершенно не разбираюсь в реалиях того, как я должен отвечать на ваши коварные вопросы. Касательно поля — думаю, своего собственного. Но! — я, предупреждая вопросы, приподнял ладонь. — Поскольку я невольно слышал ваш разговор, у меня возникло предложение. Итак. Насколько я понял, вы в процессе… — все трое напряглись, и я на ходу перестроился: — Так, это пропустим… назовём его «посещением». Да, именно. В процессе посещения неназванного банка вы наткнулись на неких Псов. Я прав? Можете не произносить этого вслух, просто кивните.
Еврей резко дёрнул головой. Что ж, это уже можно считать началом диалога. Я сложил руки домиком:
— Отлично. Итак, предложение. Вы — абсолютно на добровольной и безвозмездной основе — называете мне упомянутый банк, а я, в свою очередь, угощаю вас пивом, даю вам некую (небольшую, сразу скажу) сумму. И, главное, — я поднял указательный палец, — совершенно забываю, как вы выглядите и как вас всех зовут.
— Что-то не сходится ваше «безвозмездно» и «небольшая сумма». И раз уж речь пошла о сумме, о какой идёт речь? — пробурчал горбоносый.
— Допустим, по ливру на нос.*
*Ливр — золотая монета в десять церлингов,
Церлинг, в свою очередь — золотая монета, равная десяти серебряным скиллингам.
В обращении Великой островной империи имеются и более мелкие медные монеты — бенни, которых в одном скиллинге тоже десять.
— Негусто, — криво усмехнулся цыган.
— Так название-то вы скажете безвозмездно, а вот помочь мне в предстоящей трактирной драке — за это я готов заплатить. Кстати, о пиве! — Я поднял руку, привлекая разносчицу: — Миссис, пару кувшинов хорошего, — я выделил это слово, — пива мне и моим друзьям.
— Мисс! — сверкнула на меня серыми глазами девушка.
— Прошу прощения, мисс. И этих ваших кальмаров к пиву тоже несите.
Пока я делал заказ, троица успела переглянуться и, похоже, прийти к какому-то единому мнению. Надеюсь, эти их многозначительные прищуры и шевеления бровями не означают, что сейчас они попытаются вытеснить меня из своего жизненного пространства силой. Как-то не было у меня сегодня настроения калечить людей, пусть даже и не вполне пребывающих в ладу с законом.
— А вам, сэр, зачем название банка-то? Так и не сказали, — упрекающе покачал пальцем Симон.
— А, голова моя рассеянная. Простите, после ранения ещё не вполне оправился. Словил тут с полгода назад проклятие полураспада, до сих пор аукается. Всё дело в работе. Видите ли, согласно регламенту, заслышав о наличии в зоне моего доступа вредоносной твари, я обязан убедиться в её существовании и по мере сил сделать так, чтобы оное существование было с максимальной скоростью закончено.
Теперь они переглядывались уже испуганно, ёжась от накатывающих воспоминаний. Но сомнения продолжали терзать их, и горбоносый, откашлявшись, спросил:
— А что достойному сэру делать в подобном трактире? Это если вы, простите, не лжёте.
— Забавно, что именно три неудачливых медвежатника поднимают сейчас вопросы правдивости. Тем не менее, для продолжения нашей беседы я представлюсь. Уильям Андервуд, эквайр. Я являюсь сотрудником оперативного отдела того самого Департамента по противодействию нечисти, который вы тут вскользь упоминали, — последнее предложение я произнёс, заметно снизив голос и слегка отворачивая лацкан плаща, чтобы можно было углядеть отсвечивающий значок.
Быстрые взгляды (о, сколько их уже сегодня было!), и все трое начали смотреть на меня как-то по-иному. Они даже сидеть стали ровнее, словно ученики перед директором.
— Да, господа, я служу в указанном департаменте, хоть сейчас и пребываю на отдыхе по ранению. Вас заинтересовало, что я тут делаю? А вот это забавный вопрос. Видите вон того громкого джентльмена, что действительно весело проводит время? — я оглянулся и указал на Джеральда. — Именно он меня сюда и привёл. Обещал, негодяй, развлечения. Пиво, жаренную рыбу, доступных дамочек и даже трактирную драку… Пиво и рыба, допустим, были предложены и оказались весьма неплохи. Распутные дамочки тоже имеются, но убей меня, те, что подошли — страшноваты, как на мой вкус. Не говоря уже о том, вы не поверите, господа, что их бестолковый управляющий попытался подослать ко мне даже мальчика. Фу-у-у!
Троица согласно сморщилась. Ну, хоть в этом, мы с ними сходимся.
— Так, мистер Андервуд, вам надо было тому мальчику… — Тут сморщился я. — Нет, вы дослушайте! — продолжил Симон. Он, казалось, сразу совершенно успокоился, услышав про место моей работы. — Надо было намекнуть, чего желаете. Тут очень разные красотки есть. Некоторые даже с магическими сертификатами о гарантированном отсутствии всяких болезней. И нежелательные беременности исключены. А уж внешность тоже можно описать. Главное — поподробнее.
— Спасибо, милейший. Как говаривал мой папаша, «век живи — век учись». — Никакого папашу, конечно же, я не помнил, но фразочка показалась мне уместной и так ловко встроилась в разговор… наверное, пиво виновато.
— Якоб Брилль, к вашим услугам, — внезапно отрывисто произнёс горбоносый.
Я воззрился на него с некоторым изумлением:
— Действительно, к услугам?
Он коротко кивнул:
— Ставить препоны сотрудникам Департамента мы совершенно не желаем. И в Вашей работе кровавой, только кивните — поможем.
Какой занятный образец гражданской позиции.
— Учту, любезный Якоб. И… — я помолчал, — спасибо.
— А что, драка обязательно будет? — спросил цыганистый. — Меня Исаак зовут. Квятек по фамилии.
— Что ж, будем знакомы. А насчёт драки, не знаю, но Джеральд был в этом уверен. Боюсь, если она не начнётся по какой-либо иной причине — с него станется и самому её устроить. В качестве, так сказать, необходимого пункта развлекательной программы.
В этот момент подавальщица принесла два глиняных кувшина с пивом и большую тарелку вяленых осьминогов.
— Мэгги! — Симон приобнял довольно улыбнувшуюся девицу. — Господин Андервуд недоволен вашими девочками. Ты уж
