Лисицын и Японамать - Titus

- Да ты что?!? Купить на все деньги, чтобы потом лапу сосать или к чему ты там привык? Нет уж!!! – на ценнике стояла неподъёмная сумма в четыреста с лишним тысяч йен, и это уже было со скидкой в пятьдесят процентов!

- Давай купим, давай купим, давай купим, - заныл он. Я посмотрел ещё раз на прозрачную скрипку, похожую на хрустальную. Не, так-то красивая, но жрать хочется каждый день, а зарабатывать искусством я пока не начинал.

- Да не сможем мы её купить, - начал объяснять соседу, как маленькому, - у нас ограничение на операции свыше ста тысяч йен!

- Ну давай, хотя бы, зайдём, попросим показать, - он продолжил ныть.

- Ладно… Но покупать не будем!

Мы зашли в музыкальный магазин, и я попросил продавца-консультанта показать скрипку.

- Отличный выбор, - молодой парень с бейджиком начал нахваливать инструмент. – Вершина технической и музыкальной мысли, её делал сам Торакусу Ямаха – внук основателя корпорации Ниппон Гакки, ставшей в последствии Ямахой.

Я бережно взял это произведение стимпанковского искусства и неуклюже попытался приладить к подбородку. Неудобная какая-то.

- Да вы можете попробовать сыграть, это только поначалу непривычно, потом не сможете от неё оторваться! – консультант неправильно оценил мои затруднения. Так-то я держал в руках скрипку в первый раз, это Ежик у нас к ней с детства привычный.

- Что, прямо здесь? – я обвёл глазами огромное помещение с множеством людей. Все занимались своими делами, не обращая на нас внимания.

- Конечно! Мы ведь музыкальный магазин! Как же покупать инструмент, не попробовав? Пойдёмте, - он приглашающе махнул рукой следовать за ним, взяв с витрины смычок от скрипки.

Мы подошли к небольшому возвышению в глубине зала, на котором стоял синтезатор, ударные и колонки с пультом управления. Парень взял с подставки провод, воткнул его в усилок и попросил передать ему скрипку. С некоторым трудом отдал инструмент – настолько Ежик не хотел выпускать её из рук. Консультант воткнул в неё провод и провёл по струнам смычком, из колонок появился звук. Уменьшив громкость, парень передал мне скрипку:

- Можете пробовать.

Я принял скрипку в руки, а в голове сосед прошептал на польском что-то из разряда «Моя ж ты прелесть!»

- Сыграешь? – спросил я его.

- ДА! Ванессу Мэй! – Ежик видел в моей памяти её выступление – именно с него мы вместе переписывали ноты длинными вечерами и только недавно закончили.

- Играй, - я передал ему управление телом, став сторонним наблюдателем.

Ежи встрепенулся, тряхнув головой, приладил скрипку к подбородку. Взяв несколько пробных нот, удовлетворённо кивнул и начал выбивать такт ногой.

- Ударников не хватает, - заявил он мне.

- Ой, всё! Плохому танцору всегда яйца жмут! Начинай уже, на вокзал ехать пора, а ты тут на скрипку дрочишь, - придал ему ускорение.

Он ничего не ответил, только оскалился и выдал такое… При первых аккордах люди в магазине замерли и начали оборачиваться, а затем в разнобой двинулись к нам, как зомби. Зависнувший в ступоре на добрые десяток секунд консультант подскочил к пульту и сделал погромче, а Ежик всё продолжал наяривать, даже глаза закрыл, чтобы не отвлекаться. Как самозабвенно он играл! Как в последний раз. Я же получил ни с чем несравнимое удовольствие, плывя по штормовым волнам Вивальди в обработке британской скрипачки с китайскими корнями. Нееет, богиня была не права, когда говорила, что скрипач не нужен. Ещё как нужен! Вот теперь я верю, что всё у нас получится – и стать айдолами, и денег заработать, и вообще…

Закончив играть, Ежи открыл глаза. Вокруг стояла толпа, начавшая вдруг аплодировать. Даже несколько человек, снимавших на магофоны, пытались хлопать. Скрипач поклонился, а я не стал отбирать управление обратно – пусть сосед искупается в лучах славы, заслужил. Через возбуждённую толпу протолкался какой-то растроганный худой японец в годах, он низко поклонился и с увлажнившимися глазами попросил повторить, так как застал только конец произведения.

- Можно, сыграю ещё? Только теперь другую, Контраданцу, - попросил меня Ежик.

- Ага, давай, жги, - согласился я. Мы записали ноты нескольких композиций Ванессы, Contradanza была в их числе и являлась одной из лучших. – Только потом сразу делаем ноги, а то уже опаздываем на встречу с Дашкой.

- Окей, босс!

Сосед кивнул японцу, прижал подбородком скрипку, задал себе темп притопыванием и зажёг.

***

Я быстрым шагом спешил к метро, сильно опаздывая.

- Нет, а ты видел, как людям понравилось?!? Некоторые даже расплакались! – сосед в голове трещал не умолкая. – А какой получился эффект! Оказывается, это был сам Торакусу Ямаха!

Да уж, тот самый растрогавшийся японец неожиданно оказался главой корпорации, сам проектирующий различные инструменты. А прозрачную скрипку он вообще сделал собственноручно три года назад, назвав её «Хрустальной слезой богини». По мне так получилось чересчур пафосно, но кто я такой, чтобы осуждать полёт фантазии Мастера? Собственно, он предложил мне рекламный контракт и скрипку в счёт оплаты, я же, сославшись на отсутствие сейчас свободного времени, обещал прийти к ним в магазин завтра. Назначив встречу на час дня, я спешно покинул музыкальный магазин.

- Да видел, видел! Молодец, возьми с полки пирожок! – мысленно отмахнулся от перевозбудившегося соседа. Так-то он, и правда, молодец. Дивная музыка лилась из динамиков и звала за собой, люди стояли в ошеломлении от неожиданного концерта. Судя по бурным овациям и множеству гаджетов, на которые меня снимали, очень им зашло. Только бы теперь не опоздать – понадеявшуюся на меня Дарью подводить не хотелось.

Успел на поезд впритык, девушка уже приплясывала от нетерпения. Загрузившись в сразу же тронувшийся вагон, она только укоризненно посмотрела мне в глаза.

- Что? Не опоздал же!

- А если бы опоздал? – она обвиняюще ткнула в меня пальцем.

- Если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой! – как смог, куртуазно отмёл её наезд. Вульгарность спасла – фыркнув, она отвернулась к окну, не став больше возвращаться к моему опозданию.

Приехав в Киото и найдя офис Нинтендо, мы попали на встречу с молодой японкой, руководившей отделом перспективных разработок. Обладая послезнанием, я в красках расписал ей весёлых