Долг человечества. Том 6 - Артем Сластин
— Муромец, берешь своих людей и занимаешь оборону, — начал я шепотом, — Катя, хватай Егора, Микаэля и Владимира и принимай командование защитой базы, Варя, под твою опеку отдаю хозяйственников. Мы не высовываемся, я выйду туда один — поговорить, вы меня по мере сил прикрывайте, но я не хочу впускать кого-то внутрь.
— Безумие, — шикнул Илья, — нужно выйти боеспособными и показать численный перевес.
— А если у нас его нет, дуболом? — Катя потянулась дать Илье подзатыльника, но в последний момент остепенилась, поняв, что субординацию все же стоит соблюдать, несмотря на то, что она мой заместитель.
— Может, там и правда кому-то помощь нужна… — Всхлипнула навострившая ушки Лиза.
— Короче, делайте как я сказал. — Начал я злиться и команду отдал так, чтобы ни у кого не возникло даже мысли перечить. — Я пошел. Наблюдайте из бойниц на первом этаже, я их у входа задумывал.
Вдохнув поглубже, я постарался подготовиться к чему угодно. Толкнув двери, решительно вышел за порог, продвигаясь к воротам крепостных стен, а вскоре покинул и их, оказавшись один на один с темнотой чужого леса. Инстинктивно перехватил оказавшееся у меня в руках копье, кристалл в навершии которого тускло пульсировал, готовый в любую секунду выплеснуть накопленную энергию.
Но применять магию я не спешил. Успеется, случись что.
— Эй! Пожалуйста, кто-нибудь! — Голос в ночи раздался совсем близко, метрах в пятнадцати, чуть восточнее моего положения, и доносился он из густого кустарника на краю расчищенной артефактом площадки. Голос надломленный и сиплый, полный ужаса.
Медленно, осторожно переставляя ноги, держа в уме возможную ловушку, я ступил на мягкую землю. Мои глаза, привыкшие к мраку за этот долгий месяц, легко выхватили силуэт. Мда…
Голосил под стенами моей базы не матерый выживальщик, не боевик, не один из цепных псов Леонида, а кто-то совершенно зеленый, как цыпленок, впервые оторвавшийся от собратьев. Выглядел он жалко, сжимался от каждого шороха в ночи и безбожно трясся.
Выглядел ночной визитер так же, как я в первые часы после апокалипсиса. Такой же растерянный, испуганный, облаченный в легкую кожаную броню категории «эф» и с луком за плечами. Что за мода брать лук, не пойму никак?
Меня гость тоже заметил. Медленно повернул на меня голову, отчетливо выдернув мой силуэт на фоне черноты окружающего мира, и, перепугавшись до смерти, попятился назад, вскинув руки и хватая воздух ртом. Что ж, если моя догадка подтвердится, то я мог его понять.
— С-стой! Не подходи! — Он перешел на фальцет, хотя это был вполне солидный в рамках возраста мужчина. Однако, могу предположить, что я в его представлении нифига не был похож на спасателя, скорее уж наоборот. — Где я? Что это за место? Там… там в лесу… что происходит?
— Успокойся и не голоси, ты привлекаешь внимание. — Голос мой нарочито прозвучал низко и жестко, ведь я все еще не мог поверить в то, что это возможно. Увиденное мной… нужно получить подтверждение. — Кто ты такой? — Мой взгляд на миг скользнул в сторону здания позади меня, и я разглядел тени Кати и Ильи в бойницах.
— Меня… меня зовут Валерий Турчанов. — Он сглотнул, не отрывая взгляда от витиеватого острия моего копья. — Я не один!
— Нда? — Вскинул я бровь? — Ты меня напугать решил?
— Н-нет! Нам помощь нужна! Мужик, я не знаю, кто ты такой, но выглядишь разумно, давай все обсудим! — Залебезил он, чем мгновенно вызвал у меня неконтролируемую волну презрения, но я заглушил в себе эту эмоцию, отдавая себе отчет в том, что он вполне мог прямо в эту минуту вообще не понимать, что происходит. — Ты видел что в лесу творится? Там твари какие-то, собаки на двух лапах, мы еле ноги унесли! Пожалуйста!
Стало быть, греллины. Видимо, недобитки расползлись по округе. Но это позже.
— Валера, — я чуть опустил копье, чтобы он перестал дрожать хотя бы на секунду, но держал в голове, что все происходящее вполне могло быть какой-то глобальной подставой, — ответь мне на один чрезвычайно важный вопрос. Только четко. Какой сейчас день? И сколько времени?
Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего.
— В смысле какой день⁈ Третье ноября, понедельник. Когда вся эта задница приключилась, был обед! Полдень, не знаю точно, но чуть позже двенадцати! — Голос мужика сорвался на истеричный визг. — Мужик, ты издеваешься⁈
— Я предупреждаю только один раз, сейчас ты в позиции просящего, и если я задаю вопрос, будь любезен, отвечай на него. Чем раньше ты это усвоишь, тем дольше проживешь. Усек? — Ответил я хлестко, не желая развозить полемику и становиться в невыгодную для себя позицию сердобольной няньки, лучше сразу дать это понять, так как я не нанимался.
Но еще сильнее меня поразил ответ. По первому впечатлению я смог выдвинуть гипотезу, сейчас получил фактически прямое подтверждение. Это новообращенный инициированный. Сердце пропустило удар, а я застыл неподвижно, пока в голове с пугающей ясностью складывался пазл, от масштабов которого становилось дурно.
Для нас прошел месяц. Долгий, кровавый, сочетающий в себе самые говёные факторы, вообще мыслимые и немыслимые. Смерти, смерти, вымораживающие душу предательства и вывернутое наружу человеческое нутро, порой, кстати, не фигурально. Но ноябрь давно закончился. Мы пережили тут позднее лето, осень и скоротечную зиму, и сейчас расцветала весна. А вот для него апокалипсис произошел только что… буквально минуты назад, или, быть может, часы, но сути это не меняет.
Похоже, вопросов к наблюдателям у меня еще больше. Прекращение нашего обучающего протокола запустило новый, но пока непонятно, какой именно. Требуется как можно скорее разобраться с этим, но вначале решить, что делать с этим трясущимся недоразумением.
— Расскажи, как ты сюда попал, — потребовал я, продолжив после небольшой паузы, — когда закончишь, позови сюда своих людей, которых ты упомянул раньше.
— Я… — Валерий нервно сглотнул. Видать, подействовало на него мое нервное состояние. — Я вышел на обеденный перерыв в магазин, за булочкой, жена написала, что завезти тормозок не сможет, курил стоял у входа, потом началась ЖОПА. Все вокруг
