ЭнергоМорф III. Защитник. Том II. Летучий отряд. - Максим Балашов
«Поселение, однозначно поселение, — мысленно обрадовался Крас с лёгким оттенком сарказма. — Обезьяны, даже самые умные, не способны построить мосты, у них лапы кривые и профсоюз запрещает. Хм, уже лучше, не совсем глухомань. Может, у здешних обитателей будет связь, и я смогу позвать подмогу, а не высасывать из пальца способы выживания. А то пока в голову не приходят мысли, как выслеживать и мочить мерзкого гада-хамелеона. Только одна: как бы самому не сдохнуть по-идиотски. Ещё и темнеть начинает, быстро так, по-тропически, словно кто-то выключает свет над клопами. Необходимо найти укрытие на ночь, сегодня я уже ничего не сделаю, только кровь потеряю и нервы себе вымотаю. Так, выбираюсь на берег и двигаюсь в сторону мостка, нечего в воде торчать, как поплавок для крокодила».
Выйдя из реки, мокрый, злой и слегка обалдевший от собственного везения, Крас двинулся в направлении деревянного настила, уходящего на пару метров в речную муть, точно немощный палец утопленника. Не дойдя десятка шагов, он нырнул в кусты и затаился, превратившись в памятник самому себе, прислушиваясь к происходящему вокруг с той жуткой сосредоточенностью, какая бывает только у мыши, чующей кота за углом.
Изучая когда-то литературу по выживанию в джунглях, Сергей понимал одну простую вещь: быть постоянно начеку, даже когда ссышь за кустом, потому что именно в этот момент тебя и сожрут. Обилие ядовитых растений и насекомых пугало парня вдвойне, ведь никаких антидотов с собой у него не было. Как и провизии на длительное время, если не считать пару энергетических батончиков, которые по вкусу напоминали опилки с сахаром.
Ориентируясь на прошлый поединок, Сергей и обмундирование собирал под стать ему. Он надеялся на честный, быстротечный бой лицом к лицу, на мужской разговор с использованием холодного оружия и без дураков. А тут, похоже, в Рембо играть придётся. В Рембо, у которого из всего арсенала, две косы, пидроб, и мокрые трусы, а ещё безмерное облегчение от того, что он ещё не в желудке у ящера.
Осмотревшись вокруг с хирургической тщательностью страдающего параноика, Крас заметил небольшое строение со стенами из бамбуковых стволов, связанных лианами, и двускатной кровлей, покрытой высохшими пальмовыми листьями. Лачуга была поднята сваями на метр от земли, как будто в детстве её обижали, и она решила отрастить ноги. Так строились все здания в джунглях. Местные жители защищали себя от ползучих пресмыкающихся, обрабатывая сваи сильно пахнущим раствором из гниющих растений. Вонь стояла такая, что змеи, пауки и прочие опасные насекомые обходили хижину стороной, давясь и матерясь. Люди, кстати, тоже. Возле входа валялась дырявая лодка каноэ, вырезанная из ствола крупного дерева. Рядом одиноко лежало сломанное весло, чья карьера закончилась ударом о чью-то толстую голову. Движений или источника света внутри не наблюдалось, только тишина, какая бывает в могиле или в рыболовной хижине после смены хозяев.
«Рыбацкая хижина, — констатировал факт Сергей, сдувая с лица прилипшего комара. — Судя по сломанному инвентарю, либо заброшена к чертям, либо рыбаки уплыли на рабочей лодке, навсегда и без сожаления. Да и не видно никого внутри, ни одной живой души, кроме тараканов разве что. На сегодня, думаю, сгодится. Не „Хилтон“, конечно, зато тёплый трупный запах не мешает спать. Один вход проще защищать, чем три или четыре, особенно когда у тебя оба глаза спят. Сейчас надо набрать листвы посуше, раскидать перед дверью и внутри лачуги. Шуршать будет как на концерте симфонического оркестра, и пресмыкающийся гад не застанет меня врасплох. Если, конечно, он не научился летать. А если научился, то я просто перестану убиваться и закажу пиццу».
Внутри пристанище рыбаков оказалось практически пустым, как кошелёк после зарплаты. Два разорванных матраса, явно набитые соломой и чьими-то радостными воспоминаниями, валялись на полу. В углу красовалась куча перепутанных сетей, в которых запутались бы даже те, кто их плёл. Единственное, что порадовало Краса, — это натянутый посреди комнаты гамак. Старый, местами перетёртый, но ещё способный держать вес взрослого мужика без внезапного знакомства с полом. Сегодня ему не придётся спать на досках, под которыми бегают полчища сороконожек.
Ползающие насекомые до него, может, и не доберутся, чего нельзя было сказать о жутко надоедливых москитах. Даже закрытый плотный армейский костюм и балаклава не спасали от маленьких, жужжащих тварей. Казалось, они смеялись над тканью, проходили её навылет с гоготом и залезали под одежду просто ради спортивного интереса. А затем кусали, с удовольствием, какое бывает только у налоговиков или стоматологов. Сергей, чертыхаясь и матерясь вполголоса, раскидал сухую, хрустящую листву вокруг лачуги и по всему полу, создав себе систему раннего оповещения. Затем с трудом, матерясь уже вслух, залез в гамак, покачался пару раз, чтобы проверить надёжность креплений, и стал размышлять. Размышлять о том, как он дожил до жизни, в которой спит в гамаке как обезьяна, а за ним охотится рептилия с головой-пирамидой. Жизнь, определённо, любила чёрный юмор. И сейчас она хохотала громче всех.
«И где же наш друг? — подумал Крас, вглядываясь в темноту над головой. — Что-то он не торопится завершать задание. Такое ощущение, что со мной играют, как кошка с мышью, только без удовольствия. На самом деле, меня можно было прикончить ещё в самом начале, когда я рубил его куклу. — Сей факт не давал покоя Сергею, но он решил подумать о более насущных темах. — Если физиология хамелеона схожа с представителями нашей планеты, то он плохо видит в темноте. Значит, ночью нападения можно не опасаться, хотя полагаться на это не стоит. Зато днём хладнокровные пресмыкающиеся становятся замечательными наблюдателями. Их глаза, эти живые окуляры, замечают всё, что происходит вокруг на триста шестьдесят градусов. Глаза анализируют изображение из обоих окуляров в режиме онлайн, как две разные картинки, сведённые в один кровавый коллаж. Это примерно так же, как сидеть за двумя мониторами и понимать, что происходит в реальном времени на каждом. Только цена ошибки здесь не штрафной выстрел в игре, а собственная шкура.»
— Хех — усмехнулся Крас своей шутке.
«По запаху он меня точно не найдёт, хотя его надувной двойник принюхивался, когда меня искал. Скорее всего, просто уловка, дабы выманить меня из укрытия. Но на ночь всё же стоит отключить потоотделение, хотя бы частично, иначе насекомые съедят заживо, даже не
