ЭнергоМорф III. Защитник. Том II. Летучий отряд. - Максим Балашов
Воздух был тёплым и очень влажным, от него волосы мгновенно слиплись в противные сосульки, а футболка прилипла к спине, словно вторая кожа, задумавшая предательство. Джунгли гудели от непрекращающегося жужжания мириад насекомых, которые моментально, тучей голодных вампиров, облепили лицо и руки, явно намереваясь утащить бедолагу в своё гнездо. Вдалеке слышался грозный, утробный рёв диких животных, то ли обезьян, решивших устроить вечеринку, то ли крупных кошек, собиравшихся на совещание по поводу меню. Проверив ещё раз все свои электронные гаджеты с видом заядлого параноика, Крас с унылым и каким-то даже привычным сожалением понял, что они абсолютно бесполезны в незнакомом месте, как зонтик в ураган. Даже старый добрый компас, верный друг и товарищ, на которого он собирался полагаться в самых жопных ситуациях, крутился как бешеная юла и не показывал строго на север, словно над ним жестоко подшутил весёлый электромагнит.
Парень присел на корточки, хрустнув коленями, и внимательно осмотрелся, щурясь на пробивающиеся лучи.
'Что мы имеем на текущий момент? — продолжил он размышлять, машинально смахивая с шеи жирного жука. — В Афганистане накануне переноса солнце было ещё высоко, палило так, что плавились камни. Тут же светило уже вовсю садится, лениво так, по-курортному… значит, разница во времени составляет пару-тройку часов, это однозначно. Похоже, я сместился на восток, если, конечно, меня не зашвырнуло в параллельную реальность, что тоже вариант. Хотя, не-е-т, старый вроде говорил что турнир проводится строга на территории принимающей стороны.
Судя по растительности, высокой температуре и липкой влажности воздуха, я сейчас в настоящих тропиках, так сказать, в парном молоке джунглей. Скорее всего, это южно-азиатский регион: Таиланд, Лаос, Мьянма, Вьетнам. На худой конец — Филиппины, там тоже пальмовых красот навалом. Да что гадать, всё равно точнее не определю, не лесничий я, в конце концов! В любом случае, сейчас тепло и сухо, уже хорошо! Могло быть хуже: ливень, гроза, цунами. В дальневосточном регионе всюду должен лить сезон дождей, как из ведра, сутками без перерыва, а тут на голову не капает, так что радуйся, Серёжа, считай, подфартило по-крупному.
Солнце почти село, так что ночевать, видимо, придётся прямо здесь, в непролазных джунглях, на голой земле, под аккомпанемент комариного оркестра. И где, мать его, мой противник, с которым нужно сражаться? Небось прячется за кустом и ржёт, глядя на мои мучения'.
Не успел Сергей закончить свою мысль, как услышал сзади отчётливый шорох листвы, будто кто-то очень крупный и на редкость нахальный продирался сквозь заросли, не особо церемонясь. Объект находился метрах в двадцати от него, не дальше вытянутой руки гиганта. По одним только звукам стало ясно: это однозначно не зверь, потому что звери обычно умнее! Они двигаются не так шумно и прямолинейно, как прущий на пролом субъект, у которого, видимо, рычагов осторожности нет вообще. А тот, кто сейчас спокойно, без всякой опаски, топал в его направлении, не особо заботился о скрытности, ни на грамм. Казалось, наоборот, наглый тип на полном серьёзе хочет, чтобы его заметили и вышли навстречу, да ещё и ковровую дорожку раскатали.
Крас принял решение не рисковать своей единственной шкурой, а пройти немного вперёд и забраться на ближайшее мощное дерево, благо росло оно на редкость удобно. Ствол у растения был толстый, с широкими и прочными ветвями, растущими в разные стороны, точно рога у оленя-мутанта. Величественное растение наверняка выдержит вес взрослого человека в тяжёлом обмундировании, если только не окажется картонной декорацией. Забравшись на высоту нескольких метров, пыхтя и матерясь вполголоса, Сергей прижался спиной к шершавому, пахнущему прелой смолой стволу, замер, превратившись в памятник самому себе, и стал внимательно наблюдать вниз, сквозь листву, как заядлый болельщик за финальным матчем. То, что он увидел, его немного шокировало и одновременно позабавило до икоты.
«Так вот ты какой, северный олень! — мысль обожгла сознание едкой, почти весёлой злостью. — Ну, иди к папочке, сейчас я тебя упокою, не встанешь уже, красавчик». Крас хищно усмехнулся собственному внутреннему монологу, завёл руку за спину и намертво схватился за шершавую рукоять косы, легко холодившую его руку от предвкушения лёгкой добычи.
Недалеко от него, по тропинке, явно протоптанной то ли нервными животными, то ли местными жителями с хронической нехваткой асфальта, брёл очень интересный персонаж. Это однозначно был ящеролюд, но отличался он от прошлого варианта, как вступительный экзамен от выпускного. У того, первого, голову украшала вытянутая вперёд морда с серо-коричневыми роговыми чешуйками, напоминавшая наконечник копья. Глаза — небольшие, каплевидные, жёлтые, полные равнодушной злобы. На макушке гордо возвышался гребень, точно петушиный, только без намёка на кукареку. А сегодняшний «товарищ» оказался будто из другой оперы. Башка у него выросла в виде почти идеальной пирамиды, прямо архитектурное излишество. Глазницы крупные, круглые, как иллюминаторы, а внутри прячутся мелкие, бисерные зрачки, осматривающие мир с подозрительной придирчивостью. Ушей не было совсем, по крайней мере, так казалось на первый взгляд, ни намёка на раковины или хотя бы дырки. Кожа, также чешуйчатая и грубая на вид, радовала глаз неожиданной цветовой гаммой: зелёной с синеватым холодным отливом, да ещё и с красными вкраплениями, точно у аллергичного дракона.
«Где-то я уже видел похожую зверюшку, только размером поменьше, — промелькнуло в голове у Краса. — В детской энциклопедии, кажется. Или в передаче про рептилий, которую крутили по телику во время зубной боли».
Ответ на свой вопрос не заставил долго томиться и пригласил на чашечку кофе. Ящеролюд остановился именно на том месте, где Крас стоял всего минуту назад, ещё даже не остыл след. Затем пресмыкающийся наклонился, с хрустом принюхался к кусту, втянув влажный воздух всем своим пирамидальным нутром. А потом началось представление: его кожа, как живой дисплей, поплыла пятнами, заиграла оттенками и на глазах слилась с местной растительностью, превратив охотника в зелёное привидение с синевой.
«Значит, хамелеон, — мысленно хмыкнул Сергей, поправляя ворот. — Любопытно, однако. Живой разведчик-невидимка, мать его. Только пулемёта ему не хватало».
Интересовал ещё один факт: одежда на ящере тоже меняла окрас, подстраиваясь под каждую веточку и каждый лист. Если в прошлый раз обмундирование противника состояло в основном из ткани, дешёвой и практичной, то в сегодня ему явно пошили костюм из кожи. И была это кожа другого животного, более крупного
