Целительница из дома брошенных жен - Юки

А в сочетании с вытяжкой из листьев лунного трехлистника, что рос исключительно на кладбищах, питаясь некротической энергией эффект усиливался. И в итоге сводил с ума, а в большинстве случаев доводил до летального исхода.

— Ну что? Есть надежда? — нетерпеливо спросил главврач. — Я сам не сумел нащупать разум, но все же...

Выпрямившись, Саймон вздохнул.

— Мозг пациента почти неактивен. Магическая кома. Но... Есть одно средство, — неохотно отозвался он. — Вот только он может умереть.

Дарен пожевал губами и кивнул.

— Действуй!

Неодобрительно покачав головой, Саймон снова обратился к магии, сосредоточив ее в один жесткий пучок, похожий на иглу. А после резко отпустил энергию, вонзив ее в область затылка маркиз. Мужчина захрипел, выгибаясь, а потом вдруг резко открыл глаза. Растерянно огляделся, и Хотфиш с удовлетворением заметил блеск разума в его взгляде.

— У тебя пять минут, — сообщил он Дарену. — И мне надо быть рядом, иначе он снова отключится.

Главврач поморщился недовольно, но все же обратился к Эстье при нем.

— Рональд, ты меня слышишь? Помнишь, кто ты? Где документы Реймуса? Те, что ты должен был передать Елаю? Вспомни, это очень важно!

Вздрогнув, Эстье медленно повернул голову в сторону Дарена, и Саймон с тревогой заметил промелькнувший во взгляде огонек безумия. Странно, но мозг пациента был стабилен, однако поведение его беспокоило.

— Мадлен... — вдруг пробормотал мужчина, и его лицо скривилось, а сам он дернулся так, что ремни натянулись до предела. — Мэри... Убью!

Саймон похолодел от ненависти в голосе маркиза, а главврач отшатнулся, но тут же взял себя в руки. Повернулся к Хотфишу и приказал:

— Забудь о том, что слышал. Надеюсь, ты понимаешь, что все, что мы сейчас услышим, должно остаться в стенах этой комнаты?

Саймон лишь кивнул. Если бы он не умел держать язык за зубами, вряд ли бы столько времени продержался на этой должности. А то и вовсе закончил свои дни где-нибудь в придорожной канаве.

Глава 33

— Маркиз доставлен в больницу. В нашу легенду поверили, пациента приняли без проблем, — сообщил Дональд, довольно усмехнувшись.

Я выдохнула, а Мадлен улыбнулась.

Подстроить все так, будто Эстье баловался запрещенкой, а после заявился в кабаре, чтобы продолжить веселье, оказалось достаточно просто. И когда он сначала начал буянить, будучи не в себе, а потом ему стало плохо, мужчину тут же погрузили в заранее запряженный экипаж и отвезли в психушку. Жаль, не в ту, где содержались неугодные, но туда так просто было не попасть.

— Хорошо поработал, Дональд. Можешь идти.

Парень кивнул и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Завтра вечером в восемь, здесь. Свидание. Я буду ждать.

Выдав это с самым серьезным видом, он развернулся и быстро вышел, не дав мне и слова сказать в ответ.

Я ошарашенно глянула ему вслед, чувствуя странное волнение. Это что сейчас было?

Мадлен откинулась в кресле и рассмеялась.

— Решился-таки. Молодец, мальчик. А ты, Мэри, уж не обижай его отказом. Запала ты ему в душу.

Я смущенно улыбнулась.

— Ну, видимо, придется пойти. Не хочется его обижать.

— Вот и правильно! — подняла палец женщина. И добавила тихо, глянув на дверь. — То, что я сейчас расскажу тебе, должно остаться между нами. Я успела убедиться, что тебе можно верить, и что мы хотим одного и того же. Дональд в курсе, так что с ним можешь не скрытничать, но если еще кто узнает... Боюсь, тогда не только ты, но и все мы будем в опасности.

Я подобралась вся, гадая, что же она такого важного хочет мне рассказать.

— Ты меня пугаешь.

— Боюсь, что все действительно очень серьезно, — поджала губы Мадлен. — Но если хочешь наказать тех, кто создал места, подобные приюту, где ты работаешь, то тебе лучше знать правду. Видишь ли, это кабаре лишь прикрытие для кое-чего другого. Для людей, которые, как и ты, хотят перемен.

Я посмотрела на нее удивленно.

— Какая-то оппозиция, что ли? Переворот готовите?

Я ляпнула это наугад, вспоминая историю родного мира, и по изменившемуся лицу женщины поняла, что попала в точку.

— Откуда знаешь? — напряженно спросила она, чуть привстав в кресле.

Я заметила, что Мадлен спрятала руку под стол, будто пряча там что-то, и поспешила добавить, чтобы развеять подозрения:

— Просто догадалась. Не бойся, я на вашей стороне, и тоже хочу все изменить. Поможешь мне в этом?

Я медленно встала с места, стараясь не делать резких движений, и протянула женщине руку. Помедлив немного, Мадлен глянула на меня с растерянностью. А потом встала, отвечая на рукопожатие.

— Думаю, мы обе сумеем друг другу помочь.

Я вздохнула.

— Ты же слышала Эстье. Против нас будут люди с самого верха. Просто так, нахрапом взять не получится.

— Знаю, — печально отозвалась Мадлен. — И у нас мало ресурсов, чтобы вести полноценную войну с теми, кто имеет и власть, и влияние.

Я задумалась. В голову пришла одна безумная мысль, но если все провернуть как надо, то это сработает.

— Мне кажется, я знаю, что мы можем сделать, — усмехнулась я. — Как думаешь, если мои пациентки вдруг вернут себе разум и расскажут о себе правду, что тогда начнется? А если все сделать с умом и широкой оглаской? Журналисты, статьи в газетах, неподкупные полицаи, крепкая доказательная база?

Лицо Мадлен расплылось в дьявольской улыбке.

— Пожалуй, это похоже на план!

* * *

Интерлюдия

Арнольд Эренгейл, младший советник самого короля, неторопливо поднялся навстречу Валису, своему информатору. Сидящий рядом глава имущественного управления города тоже подорвался на ноги, ведь это дело касалось его лично.

— Ну что? — нетерпеливо спросил он Валиса. — Эстье сказал что-нибудь?

Мрачно усмехнувшись, информатор пожал руку Арнольду и опустился в кресло.

— Сказал. Да толку то. Он совсем разум потерял. Про документы ни слова, все о каких-то бабах твердил.

— Бабах? — поднял бровь Эренгейл.

— Ну да, докторишка его разговорил, но он как заведенный повторял имена каких-то Мадлен и Мэри, и орал, что убьет их.

Глаза Реймуса изумленно расширились, и он подался вперед, нависнув над Валисом.

— Мадлен? Это точно?

— Да, главврач назвал именно это имя. А в чем дело? Наверное, бросила его дамочка, вот и злится.

Арнольд напрягся, заметив, как изменилось лицо его союзника.

— Свободен, — махнул он рукой Валису. А когда тот вышел, повернулся к Дорсену и спросил:

— В чем дело? Ты знаешь, кто это?

Знаю, — сквозь зубы процедил тот. — И сомневаюсь, что это совпадение. Не так давно я вместе с Эстье провернул одно дельце, касающееся некой Алисии Сейтон. Так вот, ее сестру зовут как раз таки Мадлен.

— Думаешь, они