Целительница из дома брошенных жен - Юки

надо мной появилось лицо чудного старика в белом одеянии, не слишком похожем на халат доктора. Длинная бородка, морщинистое лицо, и неожиданно ясный взгляд, а на лице обеспокоенность, будто случилось нечто неординарное.

— Очнулась, что ли? И как только смогла? — ворчливо проговорил он, словно и не был рад этому. — Вот беда то... Опять придется поить тебя отваром. Эх, как же мне все это надоело...

Я напряглась, вслушиваясь в то, что он говорит. Отваром? О чем это он?

Язык все еще меня не слушал, и спросить я ни о чем не могла. Да и вряд ли бы старик ответил, кем бы он ни был.

— Хотя... — мужчина сочувственно посмотрел на меня. — Ты ведь такая молодая. Жалко мне тебя, травы-то ядовитые, помрешь же быстро. А вдруг муженек твой возьмет, да и передумает? Заберет тебя отсюда. Так что, пожалуй, в этот раз использую магию.

С каждым его словом я все больше впадала в прострацию, окончательно теряя связь с реальностью.

Он что, специально меня травит? Какой еще муженек? И какая, к дьяволу, магия? Что происходит?!

Глава 2

Не знаю, страх или злость придали мне сил, но я вдруг ощутила странный прилив энергии. Жар в груди, что с каждым мгновением все больше разрастался, растекаясь по венам жидким огнем, но не обжигая. И когда этот недоврач положил на меня руки, неожиданно засветившиеся пугающим синим светом, энергия внутри словно взбунтовалась. Ее поток, ощутимый почти физически, хлынул наружу, и доктор изумленно охнул, отпрянув от меня.

— Что... Что это? — сдавленно выдавил он.

А я вдруг поняла, что снова могу нормально шевелиться, и даже говорить. Словно вся та гадость, которой напичкал меня этот старик, разом испарилась из организма.

— Кто вы? — требовательно спросила я, усаживаясь в кровати.

Небольшая слабость все же осталась, но хотя бы голова не кружилась, и не было ощущения, что я умираю. Впрочем, о своем чудесном исцелении можно будет подумать позже. Сейчас же главное разобраться в ситуации. А ситуация, похоже, была откровенно дерьмовая.

Чтобы понять это, мне хватило одного взгляда на место, где я оказалась. Это и вправду, пусть и отдаленно, напоминало больничную палату. Даже койки имелись, а на них лежали женщины.

С первого взгляда казалось, что они уснули, вот только болезненная бледность, заострившиеся, исхудавшие лица и круги под глазами выдавали истинное положение дел. Похоже, всех их тоже травили. И виновник их состояния стоял прямо передо мной.

— Я Сэмюэль, целитель этого приюта, — пояснил мужчина, но ясней не стало. — Но как ты...

Он замолчал, будто прислушиваясь к чему-то, и снова подался ко мне. Я инстинктивно выставила руки, готовясь защищаться до последнего. Но старик лишь проделал какой-то пасс руками, и я с изумлением увидела развернувшуюся прямо в воздухе призрачную сеть. Словно голограмма какая-то.

— Это что? — с опаской поинтересовалась я, на всякий случай отодвигаясь подальше.

Чем дальше, тем страньше, как говорила героиня детской сказки.

Но доктор не ответил, внимательно разглядывая меня, будто видел насквозь. А спустя пару минут долгого, изматывающего молчания, вдруг выдал недоверчиво:

— Ты тоже целитель. Но как? Этого не может быть, я же проверял тебя при поступлении!

Происходящее все больше стало напоминать какой-то бред. Может, я головой стукнулась, и это мне мерещится?

Я даже ущипнула себя за руку, и тут же ойкнула, почувствовав боль. Старик же укоризненно покачал головой, но комментировать не стал.

— Что же с тобой делать... — растерянно протянул он. — Хозяева если узнают, плохо будет и тебе, и мне, что проворонил.

— Да что это за место?! — не выдержала я, устав от недомолвок.

— Сказал же, приют для женщин. Для тех, у кого помутился разум, и кто не выдержал тягости бытия.

Я посмотрела на него, как на дурака. Кто еще чокнулся, вопрос. Не было и нет таких заведений у нас в стране! Психдиспансерны да, но не только же для женщин! А на антикризисный или реабилитационный центр это место ну никак не походило.

А старик тем временем подошел к кровати вплотную, его руки снова засветились, и на меня будто свежим ветром дохнуло. Взбодрило не по-детски, словно укол адреналина, и я ощутила, что смогу сейчас марафон пробежать. Это еще что за магия такая? Стоп. Магия. Неужели?..

Я все больше начала сомневаться в собственном рассудке. Какого черта тут происходит? Может, это место — подпольная лаборатория, где на живых людях ставят опыты? Выводят очередных сверхлюдей, таких, как этот Сэмюэль? Хотя нет, староват он для опытов.

— Иди за мной, девочка, — окликнул целитель меня, направляясь к двери и по-стариковски шаркая. — Вместе будем думать, как нам быть. Твой дар слишком ценен, чтобы оставить тебя здесь.

Глава 3

Я раздумывала недолго. Всего минуту, за которую поняла, что выбор у меня небольшой. Сбежать, воспользовавшись беспечностью старика, или пойти за ним. В первом случае, возможно, я вернусь домой. А может, снаружи меня караулят и снова поймают. Приволокут сюда, вколют новую порцию какой-нибудь гадости, и я опять буду пускать слюни и ходить под себя.

Спохватившись, я оглядела себя и принюхалась. Странно... Сорочка пусть и необычная, старомодная, но чистая, будто недавно постиранная, и физиологических потребностей я пока не испытываю.

Вот только... Руки на мои не похожи — бледные, исхудавшие, словно меня в каком-то анабиозе держали. Кошмар, сколько же я проспала?

Я пригляделась к соседкам по несчастью, втянула ноздрями воздух и удивленно подняла брови. Пахло привычно формалином, хлоркой, и слегка лишь потом и затхлостью. Будто этих женщин каждый день обмывали и переодевали. А в туалет так они вовсе не ходили. Что за чудеса?

Кстати о чудесах — та магия мне ведь не примерещилась? Кажется, все же придется пойти за Сэмюэлем, если хочу хоть что-то понимать.

С опаской свесив ноги с кровати, я прислушалась к себе. Вроде бы все в порядке: голова не кружится, перед глазами не темнеет, и ни сухости во рту, ни металлического привкуса.

Я ступила на холодный каменный пол, чувствуя себя непривычно, словно тело было не моим: слишком легким и худым. Я даже чуть не потеряла равновесие, не привыкнув к такому балансу веса.

Что за чертовщина тут творится?

Медленными шажками, держась за спинки кроватей, за тумбочки и стены, я добралась до выхода, и остановилась, тяжело дыша. Кажется, я переоценила свои силы.

По пути я успела прощупать пульс одной из пациенток, и он был совсем нитевидным. Как и думала, они в том же