Режиссер Советского Союза - Александр Яманов

страшного. Как ты, говоришь, зовут мою «дочку»? Оксана Пузик? — Валентина Васильевна уже начала улыбаться, — Такая рыженькая и веснушчатая. Помню. Светлая девочка, не обижай её. Пойду-ка я с ней побеседую, и обсужу кое с кем некоторые детали. А ты не переживай, всё будет хорошо.

Выйдя из театра, я подпрыгнул и стукнул ногами друг от друга. Получилось забавно, что оценили две молоденькие девушки, шедшие навстречу. Блин, какие здесь у людей открытые лица и замечательные улыбки. У девушек, конечно. Мужиков я особо не разглядываю. Довольный, как кот, объевшийся сметаны, двинулся в сторону Краснопресненской. Поддержка, пусть и бывшей, жены Симонова — это уже совсем иной уровень. Да, Серова сейчас в забвении, но в стране правит поколение, прошедшее войну. А фильм «Жди меня» был культовым и ассоциировался именно с Валентиной Васильевной, исполнявшей главную роль. В голове уже прокручиваю варианты сюжета и отдельные сценки. Приеду домой — необходимо будет всё набросать на бумагу, а то чего-нибудь забуду.

Решил зайти в гастроном около дома и посмотреть, чем радует советских граждан отечественная торговля. Ранее я больше слышал об огромных очередях, пустых полках и прочих непотребствах. Но судя по довольным лицам, голодных и озлобленных людей в Москве не так уж много. Я даже ни одного попрошайки или нищенки пока не видел.

Покупателей радуют много чем, как это ни странно. А я вот сразу завис около забавной конструкции из двух больших перевёрнутых конусов. Сок яблочный и томатный — нетрудно было догадаться, чем заполнены стеклянные ёмкости. На прилавке рядом стояли подносы с пирожными. Может я извращенец, но с детства обожаю томатный сок со сладким печёным.

— Мне томатного и две корзинки, пожалуйста, — говорю странно посмотревшей на меня продавщице.

Оплачиваю в кассе заказ и возвращаюсь обратно с чеком. Вытаскиваю алюминиевую ложку из стакана с водой, кладу в сок соль и начинаю его размешивать. Дородная дама меж тем передаёт мне два пирожных на тарелочке. Рядом стоят три круглых столика на высокой ножке, где можно быстро перекусить стоя. Странная у них здесь дезинфекция, кладу ложку в стакан с уже мутноватой водой.

Уууу. Опять этот божественный вкус! Никогда я не ел таких вкусных корзиночек. А какой бесподобный джем на дне! Продавщица смотрит на меня уже с добродушной улыбкой. Где же знаменитое хамство работников советской сферы обслуживания? Или всё ещё впереди — продавцы и парикмахеры не успели оскотиниться? Но сейчас не хочу думать об этом. Я просто наслаждаюсь давно забытыми вкусами своего детства. В конце 90-х сок ещё был из натуральной томатной пасты. Крем же делали из маргарина, а не кокоса.

Ещё не отойдя от испытанного блаженства, прогуливаюсь по большому гастроному. В моё время здесь минимаркет, хинкальная и ещё какая-то хрень. Сейчас же всё отдано продуктам. В итоге покупаю шестьсот грамм «Пошехонского», выбрав его из пяти предложенных сортов сыра. Обязательный батон «Докторской», которая сразила меня в самое сердце на второй день попадания, и полкило масла. Представляете — оно оказывается, бывает обычным, солёным и шоколадным! С упаковкой, конечно, здесь беда. Все покупки мне заворачивают в обёрточную бумагу, похожую на картон. Но советского человека этими мелочами не проймёшь. Достаю из портфеля сумку системы «авоська», складываю в неё добычу и двигаюсь в сторону дома. А жизнь-то налаживается!

Глава 6

— Правда Серова приедет? — в надцатый раз переспрашивает тёща.

Угукаю и продолжаю налегать на макароны по-флотски и соленья. В качестве супруги мне, конечно, досталась прекрасная женщина — но её мама готовит лучше. Вот и сейчас, приехав просить о помощи, с радостью уселся за стол. Несмотря на сложные отношения, больше мне обратиться не к кому. И неожиданно нашёл полную поддержку у Анны Михайловны. Но обо всём по порядку.

Вернувшись домой, закинул вариться, предварительно вытащенную из морозилки грудинку, и засел в зале за свои записи. Чередуя работу и готовку, сварил борщ к самому приходу Зои. В этот раз она просто сделала большие глаза и не стала задавать дежурный вопрос, что же со мной произошло. После ужина возвращаюсь в зал и решаю продолжить работу под включённый телевизор. Странно, «Спокойной ночи малыши» уже есть, а программы «Время» ещё нет. Только у детской передачи заставка другая, но мелодия вполне узнаваемая. Ещё нет Хрюши со Степашкой, собаку зовут Кузя, а не Филя. Зато наличествует жуткого вида бородатый дед-ведущий, похожий на карлика, и никаких мультиков. Вместо них — суррогат мини-театральных постановок, или как этот жанр называется. Это поразило меня гораздо больше отсутствия информационной программы.

Решил не насиловать свой мозг и переключился на 1 канал, где шёл телеальманах «Подвиг». Интересная передача — не заметил, как залип, забросив сценарий. Нужная вещь, хотя исполнение, на мой вкус, весьма топорное. Но лучше так, чем никак. В моё время про героев ВОВ начинают вспоминать ближе к 9 Мая. Или, когда власти нужно поднять свой падающий рейтинг, примазавшись к нашей великой истории. Понравился закадровый текст и голос. Помнится, подобное пытался изображать Каневский на НТВ, только рассказывал он не про наших героических предков, а про маньяков, убийц и прочую мразь.

После окончания телепередачи обращаю внимание, что уже искупавшаяся Зоя опять странно на меня смотрит. Мне её домашний вид нравится гораздо больше, чем деловой. С распущенными волосами и без боевой раскраски она выглядит как-то беззащитно — сразу хочется её оберегать и всячески лелеять. Правда, сейчас меня одолевают немного иные желания насчёт супруги. Будто почувствовав направление моих мыслей, она прикрыла обнажившуюся коленку и придала строгости взгляду.

— Сергеева из отдела учёта купила билеты в театр на Таганку, у них там премьера. Но сама Людка пойти не может. Спектакль в пятницу, в 19 часов. Ты пойдёшь, или мне договориться с Таней?

Блин, как невовремя. Вот на детище молодого Любимова я бы точно сходил. Да и Высоцкий вроде уже начал там играть. А Таня — это её подружка, насколько я помню.

— Мы с Самсоном будем работать с этого четверга по следующий вторник. Может, сходим через пару недель?

— Ну как знаешь, — недовольно фыркнула Зоя, — Если для тебя Самсон важнее жены, то думай сам.

Не успею я, а бросать друга нельзя. Вспоминаю, как мы с ним