Режиссер Советского Союза - Александр Яманов

— Это всё не то, — Зоя опять попыталась встать, но без особого рвения.

Я тем временем уже завёлся не на шутку. Да и затвердевшие соски с прерывистым дыханием супруги намекают, что она тоже готова. А ведь я, здешний, действительно её люблю. Вот не помню в своих воспоминаниях каких-то сцен адюльтера или просто приставаний к другим женщинам. В принципе, и есть за что. Зоя не только красива, но и человек хороший. Только в этом году начался какой-то непонятный разлад. Но сейчас не до этого. Поднимаю совсем разомлевшую супруг со стула и целую в губы. Она сразу отвечает. Далее хватаю её в охапку и тащу в спальню. Чувствую, что сегодня до сценария больше не доберусь.

Утром, невыспавшийся, но очень довольный, жду Самсона. Договорились, что он заедет за мной на своём 407-м «Москвиче». В шесть утра ещё достаточно прохладно, но уже светло. Друг не опоздал, и поручкавшись, мы выдвинулись в сторону Электрозавода. Там у знакомых надо было забрать краску, и уже потом ехать на север, в сторону ВДНХ, где находится детский садик. Машин на улице практически нет, кроме поливалок и хлебовозок.

— Ты чего какой-то смурной? — Серёга крутит баранку и посматривает в мою сторону.

— Да не выспался, — отвечаю с улыбкой, вспоминая прошедшую ночь, — Ещё и носился, как угорелый, последние три дня. Чуть позже расскажу, что к чему. Ты пока давай, вводи в курс дела, а то у меня следующая неделя тоже по часам расписана.

Хороший у меня здесь друг. Он совсем недавно оседлал тему шабашек по оформлению, и сразу взял меня в долю. На оклад помощника режиссёра, в сто десять рублей, долго не проживёшь. Особенно если у тебя двое детей. Вот мой белобрысый и добродушный друг детства помогает, чем может.

— Что-то Василиса Прекрасная у тебя излишне эротичная получилась, — хохочет Самсон.

Пашем как проклятые уже третий день подряд. В пятницу вечером я ещё вернулся домой, так как сделали пока эскизы. Искупался и сразу завалился спать. Сквозь сон слышал, как вернулась Зоя, но уже был не в силах расспрашивать её о театре. Встал опять в районе шести, позавтракал, запихал в рюкзак мыльно-рыльные, бутерброды, и принялся писать записку супруге, что два дня меня не будет. Самсон не опоздал, и мы двинулись шабашить.

И вот уже финишная прямая. Мне, конечно, сложно состязаться с Серёгой в таланте. Он художник, а я просто любитель, умеющий рисовать. Ещё и стиль у него забавный, что натолкнуло меня на некоторые мысли. А пока я решил похулиганить и изобразил несколько сказочных героинь с весьма выдающимися вторичными половыми признаками. Особо это не заметно, если только приглядеться. Но Самсон всё понял и начал ржать как конь.

Уже в последний день, когда мы закончили две беседки и ждали госприёмку в лице заведующей, я решил поделиться с Сергеем своими мыслями.

— Ты знаешь, что такое стиль пин-ап?

— Ну, видел пару плакатов. Я же не совсем деревня, — улыбнулся друг и стал похож на большого ребёнка, — Только у нас такое не пройдёт. Запретит цензура, и проблем потом не оберёшься. Скажут, что пропагандируем нездоровые ценности разлагающегося запада.

Эк как он завернул. Чувствуется, что в их ДК регулярно проводятся комсомольские собрания и прочие идеологические мероприятия.

— А мы обойдём товарищей, любящих запрещать и не пущать. Наша задача — просто изобразить красивых женщин в разных ситуациях. Тем для плакатов я тебе прямо сейчас с десяток набросаю.

Этим мы и занялись. Я взял карандаш и начал быстро рисовать черновые варианты рабочих, крестьянок и служащих. Самсон фишку просёк моментально, отнял у меня альбом и набросал пяток просто крутейших сценок. За этим занятием нас и застала заведующая Евгения Марковна. Это была невысокая и подвижная дама с обесцвеченными перекисью волосами. Энергия из неё так и пёрла. Сначала она потащила нас в игровую комнату и зал для выступлений. Особых нареканий не возникло, и далее последовали беседки. В принципе, заказчику тоже всё понравилось, кроме некоторых моментов. На эротические мотивы с изображением Василисы заведующая внимания не обратила. Завтра Самсон должен был заехать и исправить замечания. И на этом всё.

— Лёш, ты ещё чего-то задумал, я же вижу. Рассказывай давай, а то я не засну от любопытства, — Серёга не выдержал и задал вопрос, когда мы въехали уже во двор моего дома.

Проблема в том, что я не знаю, разрешат или нет запустить мои задумки. Вернее, слямзить и переработать под советскую действительность чужие идеи из моего времени.

— Я хочу издать тематический календарь. Если получится, то нескольких видов. То, что я видел на данный момент — полная хрень. Зато народ чуть ли не золотом готов платить за плакат какой-нибудь полуголой западной актрисульки. Нет, доярки и асфальтоукладчицы в стиле Кукрыниксов — тоже ничего, — после этих слов Самсон начинает заливисто хохотать, — Но времена меняются, и у народа есть потребность в иных образах. Для начала попробуем пин-ап, но в целомудренном виде — пошлости нам ни к чему. Второй вариант сложнее, но более реальный. Давай сделаем цикл фотографий с красивыми актрисами, одетыми в стиле советских работниц — ткачих и прочих учительниц. Ну, похулиганим немного, только без фанатизма. Пара мужских профессий тоже будет. Это будет перекидной календарь по западным образцам. Подумай над этим, может, чего набросаешь, и приезжай в Звенигород, где всё обсудим. Через дней десять начнутся съёмки, ну и мотаться я туда начну уже с этой недели.

На идею календаря меня натолкнул проект с австралийскими пожарными. Не знаю, как он называется, но исполнение просто крутое. Что касается пин-апа, то можно начать с плакатов, постепенно раскручивая эту тему.

Дома меня встретили весьма холодно. Будто Зоя не понимает, что деньги на дороге не валяются. За четыре дня шабашки я заработал столько, сколько за месяц на работе. Мне всё тяжелее её понимать. Зато ночью у нас полный консенсус. При этом очень интенсивный и громкий. Сегодня, правда, я был отфутболен, но по иной причине. У супруги настали «те самые» дни.

А далее мне стало просто не до капризов благоверной. Никогда ранее я так не уставал, в первую очередь морально. До меня сразу дошло, какой подарок