Режиссер Советского Союза - Александр Яманов

был преподнесён Данелия в виде директора картины. Без товарища Каплана просто ничего бы не получилось.

Кроме организационных вопросов, было ещё и творчество. С консультантом и оператором мы три раза мотались в посёлок, выбирая будущие панорамы. Серова и, попавшая под её влияние Пузик, вцепились в меня на предмет недоработок сценария. В итоге договорились, что Оксана, которая училась на сценариста, возьмёт все эти вопросы на себя. Буду проверять, дабы дамы не ушли от темы. Ведь сценарий надо ещё окончательно согласовать — благо, опять вся надежда на Георгия Николаевича. Хорошо, что это всего лишь дипломная работа, которая не требует одобрения десятков комиссий.

В общем, вымотался до состояния нервного срыва ещё до начала съёмок. Даже не знаю, что будет уже в процессе работы. Вот так и вертелся, как белка в колесе, ожидая, чтобы съёмки уже начались и быстрее закончились. Реально стало всё равно за итоговый результат. Интересно — как маститые режиссёры переживают подобное с каждым фильмом? А ведь потом начинается ещё более выматывающий период под названием приёмная комиссия. Частенько из фильмов вырезают ключевые эпизоды, совершенно меняя изначальный замысел создателей. Благо, что в политику я лезть не собираюсь, и критиковать чьи-то недостатки — тоже. Вспоминается первый фильм Гайдая, который чуть было не загубил его карьеру. Этого я точно не хочу. Только ЧТО увидят в итоговом варианте товарищи — чиновники — одному богу известно.

И вот, наконец, знаменательный день настал. Понятно, что важно это для меня и ещё нескольких человек. Основная часть съёмочной группы воспринимает всё, как обыденность. Не знаю, какой у меня был пульс, когда были произнесены заветные слова, но сердце точно готово было выпрыгнуть из груди.

Свет! Камера! Мотор! Начали!

Глава 7

Теперь я понимаю, почему большинство режиссёров курит. Это не работа, а просто какой-то ужас. Но в итоге привык ко всей сопутствующей съёмкам нервотрёпке, и даже начал постепенно получать удовольствие от хорошо выполненной работы. Но съёмки — это только треть от общего процесса. Далее началось самое утомительное и муторное, под названием монтаж. А ведь ещё нам предстоит озвучка выбранного материала. Здесь волей-неволей закуришь. И ведь речь идёт лишь о короткометражном фильме длительностью менее двадцати минут. Что твориться при создании полноценной картины, я даже думать не хочу. Кроме всего прочего, надо договариваться с Мосфильмом о времени, когда наша группа получит право доступа к оборудованию. Хорошо, что всё взял на себя Каплан и Данелия обещал помочь.

Выйдя из здания на улице Мосфильмовской, я наконец-то вдохнул полной грудью тёплый июньский воздух. Основные вопросы согласованы и можно с уверенностью сказать, что фильм скоро начнёт обретать свои очертания. Решил пройтись до дома пешком, хотя это и займёт более часа. Не мешает успокоиться, привести мысли в порядок и просто побездельничать. Повернул налево в сторону Университетского проспекта и медленно двинулся по Мосфильмовской, наблюдая за народом. Людей на улице не так много. В основном молодёжь, скорее всего, студенты МГУ, которых становилось больше по мере приближения к их альма-матер.

Купил у дородной лотошницы эскимо и присел на лавочку. Эх, хорошо! Мимо прошла стайка девушек, что-то эмоционально обсуждая. Я аж засмотрелся на ладные фигурки в платьях колокольчика и лёгких босоножках. После достаточно прохладного мая и начала июня, лето наконец-то наступило, что сразу отразилось на гардеробе граждан. Сейчас температура примерно градусов двадцать семь. Мне бы на озеро или иной пляж смотаться, но дела не пускают. Выкинул обёртку в урну и продолжил свой путь, вспоминая прошедшие безумные дни.

— А где ёжик? — прибегает взволнованный Акмурзин, — Надо ещё несколько дублей, у меня есть новые идеи.

— Мы его отпустили, — в унисон произносят Даша с Машей и задорно смеются.

— Так, молодёжь, — обращаюсь к дочкам и зрителям, — Нужно поймать ёжика, потом отпустим. Оператор снял не все кадры.

Что тут началось! К охоте присоединились не только дети, но и взрослые. Наша компания вытоптала половину участка, где проходил очередной день съёмок. Весёлые крики с визгами, наверное, были слышны даже в Москве. Съёмочная группа тоже не отставала и часть народа ринулась на поиски благоразумного животного, сразу давшего стрекача.

Какой человек, особенно ребёнок, не захочет соприкоснуться с внутренней кухней кино? В шестидесятых таких точно нет. Наши первые дни работы проходили в окружении просто невероятной толпы зевак. По началу это было забавно, но затем стало нервировать. Пришлось подключить административный ресурс в лице тёщи, которую в посёлке немного побаивались, дабы она навела дисциплину среди восторженного населения. Мешать нам сразу престали, проникшись пламенной речью Анны Михайловны. Зрителей хватало, но гвалт и прочий шум прекратился. Но поимки колючего беглеца это не касалось, все действующие лица оторвались на славу.

Фильм я решил назвать «Маленькие проказницы». Хорошо, что времена ещё не испорченные, и даже быдловатая публика воспримет подобное название без гнусных намёков. В качестве главных действующих лиц выступают девочки-близняшки, отдыхающие с мамой на даче и ожидающие приезда папы. При этом они немного хулиганят, доставая маму с бабушкой. Эдакий фильм-зарисовка с примесью Ералаша.

Проанализировав нынешнее советское кино, обратил внимание на некоторые перекосы. На фоне отличных комедий, военных мелодрам и разного рода агиток, добротных фильмов про жизнь простого человека снималось очень мало. Есть отличные вещи вроде «Первое свидание» с Юматовым или «Простая История», где Мордюкова была просто шикарна. Но выходца из более поздней эпохи такое кино не цепляло. Чувствуется какая-то искусственность и наигранность. Хотя неплохо смотрелся дебютный фильм Данелия «Серёжа». Тяжело рассуждать на эту тему и особенно критиковать вполне себе добротное кино. Но вот такие у меня ощущения и ничего не могу с собой поделать.

Ведь недаром «Москва слезам не верит» буквально ворвалась в жизнь зрителей, став не просто одним из лидеров советского кинопроката всех времён. Фильм стал частичкой жизни каждого адекватного человека. А ведь там не было чего-то запредельного. Просто отличный режиссёр снял жизнь простых людей. Поэтому его смотрят сорок лет спустя и не забудут через шестьдесят. Актёры будто не играли, а жили на экране. Зрителя не обманешь, просто так он часами в очереди за билетом стоять не будет. Но на лавры Меньшова я не покушаюсь, зная сой истинный уровень. Мне нужно снять дипломную работу в нестандартном стиле,