Джек Макдевитт - Военный талант

— Черт возьми, Алекс, кое о чем мы забыли...

Ее прервал взрыв. Корабль сильно тряхнуло, заскрежетал рвущийся металл, что-то грохнуло, завыли сирены, замигали аварийные огни. У Чейз вырвалось проклятье.

— Магнитные двигатели. Они уничтожили их первым же выстрелом.

Она мрачно посмотрела на меня, потом на изображение вражеского корабля, достигшего на экране максимальных размеров, и начавшего уменьшаться. Красные огни на панелях сменялись пурпурными.

— Корабль восстанавливает герметичность, но у нас проблемы.

Чейз выключила сигналы тревоги.

— Что произошло? — спросил я. Возникшая при ускорении нагрузка уменьшилась. И значительно.

— Это не моя вина, — объяснила Чейз. — Они проделали дыру в нашей двигательной системе. Если ты не специалист по ремонту магнитных двигателей, то нам предстоит медленная прогулка.

— Ну, будем продолжать движение с теперешней скоростью, да?

— Мы можем двигаться быстрее, хотя это не так уж хорошо, учитывая, что противник наращивает скорость. Они уйдут вперед, облетят вокруг планеты и поймают нас. Без особенных усилий. А ведь, черт побери, всего этого можно было избежать!

— Как?

— Проблема в том, что никто из нас не смыслит в ведении боя. У нас есть защитный экран, но мы его не включили!

— Проклятье!

— Теперь ты понимаешь, зачем Гейб вез с собой Джона Кайбера. Он специалист по старым корабельным системам. Уж он-то не проглядел бы столь очевидную вещь!

Глаза Чейз наполнились слезами. Я впервые увидел ее потерявшей мужество.

— А звездные двигатели? Они не повреждены?

Чейз глубоко вздохнула и нажала несколько переключателей.

— Зажигание включится через двадцать три часа. Знаешь, что у нас было включено? Стандартные противометеоритные экраны! Наше счастье, что они не ударили ядерным зарядом. Дураки!

— Нет смысла расстраиваться. Сколько у нас времени до того, как нас поймают?

Чейз постучала по клавиатуре компьютера.

— Около четырнадцати часов. — Она устало расслабилась в кресле. Думаю, пора выбрасывать белый флаг.

Она оказалась права. Гигантский корабль обогнул планету, служившую тюрьмой Симу, и ринулся за нами.

Мы пошли в хвостовой отсек посмотреть на магнитные двигатели. Три из них расплавились.

— Удивительно, что мы вообще летим с ускорением, — сказала Чейз. Хотя оно все равно слишком мало и ничего не изменит.

Остаток времени мы потратили со всей возможной пользой. Во-первых, получили от компьютера описание системы защитных экранов корабля. Я бы охотно испытал их, но потом предпочел не показывать их "немым" раньше времени. Возможно, они решили, что система вышла из строя, иначе чем еще можно объяснить ее бездействие в ситуации, которая явно требовала защитить корабль? Убедившись с некоторым, правда, опозданием, в способности противостоять этим ублюдками, мы начали проверять вооружение.

Следя за приближением "немых", мы изучали схемы, беседовали с компьютерами, вникали в детали систем вооружения, которые управлялись с четырех различных пультов. И я стал понимать, зачем фрегатам требовался экипаж из восьми человек.

— Мы сможем запустить лишь одно-два орудия, — пожаловалась Чейз. Если бы у нас было больше людей, людей знающих, то даже сейчас мы могли бы прилично провести бой.

— Компьютер, — спросил я, — могут ли "немые" обнаружить, что мы накапливаем мощность?

— Неизвестно.

— Можем ли мы узнать уровень энергии на борту их корабля?

— Ответ отрицательный. Мы можем обнаружить только внешнее излучение, и я могу сделать выводы на основании характеристик массы и маневренности. Но эти оценки дадут лишь абсолютные минимальные значения.

— Значит, они тоже не способны вычислить наши показатели?

— Неизвестно. У нас недостает данных об их технике.

— Алекс, чего ты добиваешься?

— Еще сам не знаю. Хотя предпочитаю, чтобы они считали нас беспомощными.

— Какая разница? — спросила Чейз. — Их защитные экраны включены. Они полагают, что мы опасны.

— Компьютер, каковы возможности противника?

— "Корсариусу" нанесен удар мощным лазером с системой автофокусировки. Энергия, затраченная на получение наблюдаемого нами эффекта, свидетельствует о наличии мощности, превосходящей нашу, по крайне мере, в шесть с половиной раз. Анализ радиоэлектронных средств и физической структуры позволяет предположить создание квазимагнитного энергетического поля в целях обороны и, возможно, нападения. Вероятно, это какая-то разновидность наших защитных экранов. Разумно предположить, что мы встретим значительные трудности при попытке пробить их защитные экраны. Двигательная система, по-видимому, является стандартной. Обнаружены радиально расположенные симметричные двигатели Армстронга, а также магнитный след, характерный для системы линейного привода...

И так далее.

В течение нескольких часов мы продолжали увеличивать расстояние между нашим кораблем и противником. Однако они шли с гораздо большим ускорением, и в конце концов Чейз тихо сообщила мне, что их скорость превысила нашу и, поэтому мы начинаем сближаться.

Сине-зеленые огни на экранах становились все ярче. Подойдя ближе, противник начал замедлять движение, возможно, чтобы согласовать наши курсы и скорость.

Чейз и меня испугала точность, с которой дальнобойный лазер уничтожил двигатели, и у нас не оставалось никаких иллюзий насчет исхода боя, если нам все-таки придется вступить в сражение.

Тем не менее, мы сосредоточили внимание на своем вооружении. У нас имелись ядерные снаряды, лучевые орудия, протонные пушки и еще полдюжины устройств, о которых я никогда раньше не слышал. Самым многообещающим, то есть самым легким с точки зрения наведения и стрельбы, выглядело орудие, которое Чейз назвала "рассеивателем": оно стреляло пучком частиц с широким диапазоном энергии, состоящим из фотонов, горячих электронов и чего-то вроде "супа из частиц". Его воздействие, если верить компьютеру, состояло в кратковременной дестабилизации материи.

— Но вам придется подойти поближе, — предупредил компьютер. — И нужно сначала вывести из строя защитные системы, орудие не сможет пробить их.

— Как это сделать? — спросила Чейз.

В ответ компьютер выдал сложную операцию, требующую быстрого маневрирования и наличия трех операторов.

— Один пульт, — сказал я. — Мы можем обеспечить только одного оператора. Или двух, если обойдемся без пилота.

— Почему бы нам просто не отдать им корабль? — спросила Чейз.

Я видел страх в ее глазах. Вряд ли мне самому в тот момент удалось скрыть свои чувства.