Джо Холдеман - Миры обетованные

– До вчерашнего дня о нем никто ничего не слышал, – пожал плечами летчик. – Но это Лас-Вегас! Откуда-то появляются новые люди и вершат новые дела!

– А ты не допускаешь вариант, что Уоллис прибыл в Лас-Вегас с тайной миссией по линии правительства? – предположила я. – Я имею в виду правительство США.

– Что? – изумился летчик. – Так ты, значит, шпионка, засланная на планету с орбиты? Тогда здесь варится серьезная каша.

– Миры не засылают шпионов на Землю, – оскорбилась я за орбиту. – Это все равно что засылать агентов из Филадельфии шпионить в Нью-Джерси.

– Не думай, что это в принципе невозможно, – усмехнулся пилот. – Кстати, иногда я слушаю новости. Дело, похоже, приобретает скверный оборот. Ты должна быть благодарна судьбе за то, что в наши смутные времена судьба занесла тебя на Землю. Та переделка, в которую ты попала сейчас, – лишь исключение, подтверждающее правило.

– Еще бы! – с готовностью поддакнула я.

Хороши переделочки, самая безобидная из которых – киднеппинг! Я не без удовольствия зевнула. Транквилизаторы делали свое дело.

– Иди в салон и поспи, – посоветовал мне пилот. – Но если услышишь вдруг громкий шум, знай, что у тебя в запасе есть лишь полсекунды на то, чтобы сунуть запястья в держатели на подлокотниках, а голову – в шлем-фиксатор. На своих маневрах те парни испытывают нагрузки – восемь к одному, если за единицу принять силу притяжения Земли.

Я решила не искушать судьбу – надела шлем, закрепила руки и так и уснула.

Когда я проснулась, за окном было темно.

– Как далеко нам ещё до цели? – зевнула я.

– До границы – около двухсот километров, – сказал летчик. – Идем на бреющем, благодаря радару.

Внизу, во тьме, что-то отсвечивало. Очевидно, мы летели над долиной, по которой змеилась река. В полете наш флаттер повторял изгибы речного русла.

– Как долго нам ещё находиться в пути? – поинтересовалась я.

– Минут двадцать с хвостиком. Даже меньше, если все пройдет гладко, – сказал пилот.

В этот момент по радио на весь салон прогремело:

– Полиция штата Орегон. Вы идете без бортовых огней. – Казалось, голос проникал к нам через стенки флаттера отовсюду. – Будьте добры, удостове… Шум прекратился. Полная тишина. Я убедилась, что крепеж – в норме.

Внезапно раздался дикий рев и небо и пейзаж за окнами озарились ярким голубым огнем. Земля перевернулась, меня со страшной силой вдавило в кресло, как будто какой-то очень толстый человек вдруг плюхнулся всей своей тяжестью ко мне на колени и вдобавок улегся на меня спиной, растирая меня в порошок. Я почувствовала, как гримаса исказила мое лицо. На висках и скулах натянулась кожа. Глаза полезли из орбит. Барабанные перепонки должны были вот-вот лопнуть от напряжения. Обшивка флаттера содрогалась. И вдруг наступил миг, когда мы оказались в состоянии невесомости.

– Не смей снимать ремни! – крикнул мне пилот. – Мне надо ещё кое-что сделать, прежде чем я уйду от их радара.

Правой рукой он играл на клавишах и кнопках приборной доски. Флаттер стремительно падал вниз, и все же мы находились выше самых высоких горных вершин.

– Что там с Винчелом? – спросила я, страшась взглянуть назад.

– Это не тот человек, из-за которого я бы беспокоился, – бросил пилот и вновь предупредил меня: – Держись!

И снова где-то совсем рядом с бортом прогрохотал взрыв. Флаттер вошел в пике. Затем мы стремглав пронеслись над склоном гигантской горы – в ушах родилась нестерпимая боль, словно кто-то со всей силы ударил ладонями по барабанным перепонкам.

– Зевни! – приказал пилот.

Я исполнила приказание, и в тот же миг уши вновь заложило. По мере того как мы уходили от земли, напряжение возрастало; подбородок вдавило мне в горло, локти и грудь отчаянно заломило. Опять мы резко помчались ввысь, наращивая скорость. Потом все кончилось.

– И часто тебе приходится вытворять подобные номера? – спросила я.

– Достаточно часто, чтобы не разучиться их вытворять. Оттого-то мне и звонят, предлагая принять заказы. – Пилот покрутил ручку настройки радара. На экране вспыхнули три яркие точки, но их относило, как ветром листья, куда-то прочь. Они на наших глазах тускнели. – Орегонские копы мне до лампочки. Но они могут поднять в воздух пограничную авиацию. Хотя граница, конечно, очень длинная. Они должны занять верные позиции, а на это требуется время.

– А если успеют? – спросила я.

– Вероятно, попробуют нас сбить, – поморщился пилот. Он с отвращением рассматривал новую зеленую точку на экране локатора. – Правда, до сих пор им не удавалось сбить меня.

– Почему ты не вышел на связь с ними и не сообщил им, что на борту твоего флаттера безвинный человек?

– Это значило бы засветить нашу позицию. Не волнуйся. Я пройду над землей, практически касаясь брюхом колючек кактусов. Причем пройду со скоростью, раз в пять или шесть превышающей звуковую. Мы нырнем за горизонт, только нас и видели. Да, вот и Невада.

И действительно, не похоже было, что летчик сильно волнуется. Я, правда, засомневалась – в норме ли его психика?

Мы с ним, как сумасшедшие, метались из стороны в сторону, а он с неослабевающим интересом вглядывался в огоньки, мелькающие на экране радара. Мы шли очень низко над землей по очень сложной траектории, повторяющей земной рельеф. Через несколько минут пилот погасил экран, откинулся на спинку кресла.

– Вот и все. Мы дома, – сказал пилот.

– Здесь они не имеют права нас преследовать? – спросила я.

– Международный инцидент. – Пилот нажал на какую-то клавишу. – Контроль. Прибыл Баркер, восемь-четыре-семь-шесть. На борту – заложница. Держу курс на Лас-Вегас. Прошу разрешения на посадку в Вегасе, два-четыре, семь-девять, сектор ОЛ.

– Поздравляем с прибытием, – ответили Баркеру по радио. – Что за заложница с тобой?

– Марианна О’Хара. Кличка – Мэри Хокинс. Заказ Ландреса Уоллиса.

– Все в порядке. Информация принята, – сказали Баркеру с земли.

– Тебе известно мое настоящее имя? – удивилась я познаниям Баркера.

– Все, что я знаю о тебе, это то, что у тебя две фамилии. – Он перевел управление флаттером в автоматический режим и закурил сигарету, развалившись в кресле. – Могу я дать тебе совет? – спросил он.

– Естественно, – сказала я. – Тут для меня все в новинку.

– Главное – не пытайся бежать, – затянулся сигаретой летчик. – Ты не умеешь управлять авиамашинами. Поэтому единственная твоя возможность выбраться из Лас-Вегаса – сесть на экспресс. Тебе придется обмануть охранников, службу безопасности. А эти люди подчас ведут себя весьма бесцеремонно.

– Пойду пешком, – сказала я. – Пешком через пустыню.

– Нет. И не только потому, что выжить там необычайно сложно, – вздохнул Баркер. – Тебя схватят, прежде чем ты успеешь отойти от города на пять километров. Не слишком-то много людей шатается пешком по окрестным пустыням. Будь доброжелательной к людям. Ландрес Уоллис, с которым, правда, я беседовал вчера лишь несколько минут, производит впечатление весьма приятного человека. Он стар. В криминальной иерархии Невады – отчаянный уголовник, занимает очень высокое положение. В Неваде он делает все, что хочет. Захочет тебя убить – убьет. Так что не лезь на рожон. Будь попокладистее.