Андрей Имранов - Реальность где-то рядом

– Ты! Дакумэнты пакажи!

– Пошли, – сказал Кир, он явно пребывал в дурном расположении духа, – возьмем такси до Баянхонгора, а дальше – посмотрим.

– А… эти, – Сергей неуверенно кивнул в сторону оставленного аэропорта, – пассажиры? Может, им помочь как?

– Да нет, – Кир отмахнулся, – ничего им не будет.

Сергей в этом сомневался.

– Может, хотя бы в консульство сообщить?

– Я же сказал, ничего им не сделается! – зло, не по-детски, выкрикнул Кир, посмотрел на ошарашенного Сергея, выдохнул. – Извини, сорвался. Но им и в самом деле ничего не будет, тут дело не в них, я потом как-нибудь объясню. Ладно, давай зайдем в консульство, если так тебе будет спокойнее.

– Будет, – твердо сказал Чесноков.

– Ну пошли, – Кир вышел на проезжую часть и поднял руку в международном жесте.

Консульство оставило у Сергея самые приятные впечатления. Сотрудники увивались вокруг них с предупредительностью, которая сделала бы честь официантам дорогого ресторана где-нибудь на Садовом. Их внимательно выслушал сам посол, вежливо поблагодарил их от лица «своего и России» и тут же, набрав какой-то номер на самом большом и изукрашенном телефоне из доброго десятка стоявших на столе, стал что-то внушительно выговаривать в трубку, очевидно по-монгольски.

– Пойдем, – сказал Кир, потянув Сергея за рукав.

– До свидания, – сказал послу увлекаемый к выходу Сергей. Посол попрощался кивком, продолжая недовольным тоном общаться со своим невидимым собеседником. Провожаемые вежливыми кивками и словами прощания, они вышли на улицу.

– Что, – спросил чувствующий душевный подъем Сергей, – ловим такси?

– Ага, – ответил Кир, – но для начала на рынок мотнемся. Надо кой-чего прикупить.

На поднятую Киром руку остановился «сорок первый», совершенно раздолбанного вида, «Москвич». Но Кир не обратил на состояние машины ни малейшего внимания и шлепнулся на переднее сиденье. Сергей осторожно влез назад и осторожно закрыл дверь – у него не было уверенности, что эта колымага не развалится, если хлопнуть дверью как следует. Дверь, естественно, не закрылась, и водитель, пробормотав что-то снисходительное, перегнулся через сиденья и грохнул дверью так, что машина закачалась, как рыбацкая лодка на волне от прошедшего теплохода.

– Ку-уда е-эдэм, свэт оче-эй? – спросил водитель, полуобернувшись к ним обоим. Кир что-то сказал, видимо, по-монгольски. Водитель осторожно улыбнулся и что-то спросил приглушенным голосом. Кир кивнул. Водитель сказал что-то еще, Кир полез за пазуху, смятая купюра легла на полочку у рычага коробки передач и как по волшебству исчезла. Водитель сказал что-то радостное и обернулся к рулю. Машина, попытки с пятой, завелась и, дергаясь и чихая, двинулась.

– Ты уверен, что мы на этом куда-нибудь доедем? – осторожно и негромко спросил Сергей у Кира.

– Расслабься, – весело ответил Кир, – и получай удовольствие. Веришь – нет, но совершенно неважно, какую машину выбрать. От этого мало что зависит.

Сергей ничего не понял, но решил, что Кир знает, что делает. Поэтому откинулся на спинку и стал через мутноватое стекло разглядывать проплывающие дома и виды. Такси их ехало поначалу по довольно широкой улице, но вскоре с нее свернуло в сторону, и довольно быстро дома вполне европейского вида сменились покосившимися лачугами вперемежку с плотно стоявшими юртами. Проплутав минут двадцать по узким грязным улочкам, вдоль длинных заборов, огораживающих целые скопления юрт, машина замерла у ничем не примечательного строения. Водитель, бросив что-то, по всей видимости означавшее «щас вернусь», выскочил из машины и пропал. Машину тут же окружила толпа плохо одетых чумазых детишек. Дети молча, раскрыв рты, пялились на машину и на Сергея, которому скоро стало не по себе под их взглядами.

– Чего это они? – спросил он тихонько.

– А, не обращай внимания, – ответил Кир.

Тут снаружи послышались крики, и детишки, как стайка спугнутых мальков, моментально рассеялись. Водитель бухнулся на свое сиденье и протянул Киру какой-то сверток. Кир взял его, приподнял бумагу, посмотрел, кивнул и полез в карман. На этот раз на свет явилась небольшая пачка купюр. Улыбающийся водитель, кланяясь, схватил ее, выпалил что-то и опять скрылся.

– Держи, – Кир, не оборачиваясь, протянул назад руку, в которой лежал поблескивавший смазкой пистолет, – спрячь в карман. Обращаться умеешь?

Сергей взял пистолет, но убирать в карман не спешил.

– Зачем это? – спросил он напряженно. – Мы вроде ни о чем таком не договаривались.

Кир вздохнул:

– Я надеюсь, и не понадобится. Не понадобится, – повторил он громче, словно пытаясь кого-то убедить, подняв голову и глядя в потолок, – я надеюсь!

– Я слышу, – сказал Сергей, – а если с тобой что-нибудь случится? Что я буду делать? В чужой стране, без документов, с пистолетом в руке?

Кир опять вздохнул:

– Да ничего с тобой не случится. И потом, приз-то ого-го какой. Ты что же, хотел его совсем без риска получить?

– Вовсе нет, – отозвался Сергей, – это-то мне как раз понятно. Мне другое непонятно: ты мне и слова не сказал о возможных неприятностях. Раз ты мне пистолет даешь, значит, есть вероятность, что из него стрелять придется. И я начинаю спрашивать себя: а чего ты мне еще не сказал? Или чего сказал не так?

– Да успокойся, – досадливо сказал Кир, – не собирался я тебя обманывать. Все должно было пройти нормально, я сам и не собирался стволами обзаводиться. Да и сейчас еще не думаю, что пользоваться ими придется. Но лучше пусть они будут и не понадобятся, чем наоборот, правда же?

Сергей подумал, неохотно согласился и спрятал пистолет во внутренний карман пиджака.

Водитель вскоре появился, совершенно цветущий. Широко улыбаясь, сел в машину и, что-то радостно лопоча, повел машину обратно, к цивилизации. Довез до какой-то площади с несколькими стоявшими в ряд машинами и микроавтобусами, повернулся к Киру и выдал длинную тираду. Кир благосклонно кивнул, одарил водителя еще одной купюрой, от которой тот дошел почти что до благоговения, и вышел из машины, бросив Сергею:

– Приехали. Автовокзал типа.

Узнав, что они собрались ехать на такси аж до Баянхонгора, вокруг них собралось, по подозрениям Сергея, все имеющее водительские права население монгольской столицы. Сергей вообще-то не жаловался на неизвестность, но подобного внимания к своей персоне он не ощущал еще ни разу. Не к месту мелькнула дурацкая мысль: а что, если кто-то попросит автограф? Кир уверенным ледоколом продвигался вперед, раздвигая толпу и таща за собой Сергея, пока, по одному ему видимым признакам, не остановился у ничем не выделявшейся подержанной «тойоты». Завертел головой. И тут же, как чертик из табакерки, появился водитель, бросился открывать двери, протирать стекла и кресла, на двух языках рассыпаясь в похвалах проницательности дорогих гостей, выбравших самую лучшую, самую быструю и комфортабельную машину во всей Монголии. Остальные водители потихоньку разочарованно разошлись.