Андрей Имранов - Реальность где-то рядом

Тронулись сразу, как только водитель убедился в платежеспособности пассажиров. Кир мельком продемонстрировал ему плотную пачку долларов, чем вызвал у водителя готовность везти их хоть до Австралии. Выехали за город, заправились на заправке настолько архаичной, что Сергей даже заподозрил, что она специально поддерживается в таком виде, чтобы развлекать туристов. Уже километров через двадцать все приметы за окном автомобиля исчезли, и от горизонта до горизонта потянулась плоская, как стол, степь. Кир поначалу негромко переговаривался с водителем по-монгольски, потом замолчал, как показалось Сергею, разочарованно, и начал смотреть в окно, хотя на что там было смотреть – Сергей не представлял.

– Странно, – сказал Чесноков, – разруха тут прямо-таки демонстративная, а дороги такие, каких и в Подмосковье немного. Хотя с чего бы вдруг?

Кир фыркнул и ответил непонятно:

– Вообще, да – недочет. Но это если придираться. Потому что, во-первых, тут юг. Зимы, такой, как у нас, не бывает, вот и дороги служат дольше. А во-вторых, ну какой интерес по кочкам трястись?

Сергей ответа не понял, но переспрашивать не стал, только хмыкнул неопределенно и откинулся на спинку. Разговор увял.

Стемнело быстро, как темнеет только на юге: только что солнце еще заливало горизонт багровыми переливами, и вдруг, как будто кто-то щелкнул гигантским выключателем, вокруг разлилась совершенная темнота. Сергей то просыпался, то опять проваливался в темноту. Кир же, против ожидания, не спал, а молча смотрел вперед, на пятно света, бегущее по белой дороге. В какой-то момент Сергею показалось, что он заметил промелькнувшие на обочине силуэты людей, и тут же машина начала тормозить.

– Зачем останавливаемся? – настороженно спросил Кир.

– Люди, – сказал водитель таким тоном, будто это все объясняло, – надо подвизти.

– Не надо, – убедительно сказал Кир, – поехали дальше, я заплачу.

– Надо, – настойчиво повторил водитель, продолжая останавливаться, и добавил что-то по-монгольски.

Кир, оскалившись, вытащил пистолет и направил его водителю в голову:

– Поехали, – и Сергею: – доставай ствол.

Водитель что-то горячо заговорил по-монгольски, но Кир его весьма своеобразно перебил, просто выстрелив в боковое стекло.

– Я тоже умею машину водить, – сказал он почти ласково. В это время сзади, метрах в пятидесяти, мелькнула пара вспышек и донеслись хлопки.

– Стреляй на вспышки, – бросил Сергею Кир и, уткнувши ствол в висок водителю, прорычал: – Гони, сука!

Машина тронулась. Похоже, преследователи почувствовали, что добыча уходит, – захлопали выстрелы, засверкали вспышки, в левом верхнем углу заднего стекла вдруг образовалось отверстие с сеткой трещин по бокам. Сергей громко выругался, навел пистолет на вспышки и несколько раз выстрелил. Машина, набирая скорость, летела по шоссе. Вспышки остались вдали и вскоре пропали. Так ехали еще минут десять: Кир, молча, оскалившись, держал пистолет у виска водителя, Сергей негромко матерился.

– Стой, – сказал Кир.

Машина плавно остановилась, водитель повернулся к Киру и начал что-то говорить жалобно-просительным тоном.

– Возьми его на мушку, – сказал Кир Сергею и, убедившись, что Сергей его понял, вышел из машины.

Подошел с водительской стороны, открыл дверь и выдернул водителя наружу. Тот не сопротивлялся, только говорить стал громче и быстрее. Кир бросил что-то короткое, сел на водительское сиденье. Газанул и, с пробуксовкой, рванул с места.

Так, в мрачном молчании, ехали часа два.

– Ну че ты дуешься? – спросил вдруг Кир. – Мне это нравится ничуть не больше, чем тебе.

Чесноков молчал.

– Не должно было этого быть, – сказал Кир тише, – что-то не так. Блин!

Последнее восклицание относилось к стоявшему на обочине типу со светоотражающими полосками на одежде, вдобавок размахивавшему чем-то напоминавшим мухобойку. Кир затормозил, молча сунул за приопущенное стекло стодолларовую купюру, подождал, пока она исчезнет, и поехал дальше. Сергей только мрачно вздохнул.

На дороге до Баянхонгора местные «гаишники» останавливали их раз десять. Большинство удовлетворялось сотней долларов, но раза три Киру приходилось выходить, садиться в стоящую рядом машину с мигалкой, откуда он всякий раз возвращался злой и взъерошенный. А один раз их вообще вытащили из машины и положили лицами в асфальт. На этот раз, похоже, денежный аргумент не сработал и Киру пришлось обратиться к своим сверхчеловеческим способностям. Во всяком случае, Сергей не видел иных причин, почему окружавшие их вооруженные люди вдруг молча сели в свой раскрашенный джип и уехали.

Баянхонгор был похож на старого, видавшего виды солдата-стражника, охраняющего степь от пустыни, начинающейся сразу за последними домиками города. Невысокие серые дома хмуро следили за нежданными гостями своими окнами-бойницами. Людей на улицах было мало, и те, что встречались, казалось, старались поскорее исчезнуть из поля зрения. Кир довел машину по главной улице до пятиэтажного угрюмо-торжественного здания под монгольским флагом, вышел и канул в темноте входа. Появился минут через десять еще более мрачный.

– Дорога в пустыне плохая, на обычной машине не проехать. В Ден-Тереке экспедиция должна была быть, но говорят, что ее нету. Так что никто туда не поедет, нам придется самим. Это во-первых. А во-вторых, вездехода, да еще в настолько хорошем состоянии, нам здесь не найти, придется верхом. Ты верхом ездишь?

Сергей длинно и раздраженно вздохнул. Помолчал.

– Умел когда-то. Только не нравится мне вся эта нарочитая экзотика и «экшен» как по расписанию… Как в дурном боевике все, не находишь?

Кир даже зашипел от злости:

– Именно! Как в дурном боевике. Плюнуть, что ли, на все? – Сел на капот, задумался.

– Да нет, – откликнулся через некоторое время Сергей, – сейчас уже смысла нет возвращаться. Проще до конца доехать.

Кир вздохнул:

– Я не об этом. Ну да ты все равно прав. Пошли, лошадей найдем.

Поиск лошадей и покупка припасов заняли весь остаток дня, и выезд отложили на утро. Заночевали на первой попавшейся квартире, у тихого и молчаливого старика. Сергей зашел было в душ, но из кранов не только вода не текла, они проржавели настолько, что вообще не крутились. Похоже, воды не давали лет десять. Неслышно подошедший старик жестами объяснил, что в душ надо идти на улицу. И в туалет – тоже. Сергей вышел в холодную апрельскую ночь, поежился, плюнул и зашел обратно.

// 03. ТОВАРИЩ СУХОВ, МИМО НАС НЕ ПРОЛЕТИТ И МУХА

Выехали рано утром. На редких травинках серебрилась роса, над песками стелился прохладный туман, и, против ожидания, настроение Сергея начало потихоньку улучшаться. А когда громадное красное солнце поднялось над барханами, он уже почти забыл все глупые и нелепые неприятности прошедших дней. Впереди из-за кустов выскочил крупный серый варан, раздувая брюхо, грозно зашипел. Но когда всадники подъехали вплотную, нервы его не выдержали, он сдулся и быстро сбежал под кусты. Сергей негромко засмеялся.