Антон Антонов - Король Зазеркалья

К восьми часам сведений накопилось достаточно, чтобы понять – ситуация сверхчрезвычайная. В Петербурге приземлился объект внеземного происхождения, и никто не может предсказать, что этот объект сделает в следующую минуту. Опасность реальна и настолько велика, что одно министерство по чрезвычайным ситуациям вряд ли с нею справится. Поэтому силовые министры должны немедленно отправиться в Петербург, чтобы увидеть все своими глазами и принять решение на месте. А премьер полетит с ними, чтобы координировать действия и затем доложить президенту об оценке ситуации и принятых мерах.

Они прибыли в Питер еще до полудня, когда спор на тему «Что делать» достиг наивысшего накала. Но премьер быстро поставил в этом споре если не точку, то как минимум троеточие, объявив, что о применении оружия против медузы не может быть и речи – во всяком случае, пока не станет ясно, что представляет собой этот объект, как он защищен и на что способен.

Об эвакуации города речь также не шла – главным образом потому, что на это не было денег. Не хотелось без крайней необходимости эвакуировать даже жителей тех домов, которые непосредственно прилегают к Парку Победы. Какие там к черту пять миллионов, когда некуда переселить даже жалкие пять сотен.

На совещании под председательством премьера было решено ввести в парк войска, создать более надежное оцепление и резерв на случай, если медуза или ее обитатели все-таки проявят агрессивные намерения. Кроме того, премьер, силовые министры и командующий Ленинградским военным округом постановили привести в повышенную готовность части и соединения ЛенВО и Балтийского флота.

Участники совещания не очень верили в то, что в медузе сидит готовый к бою инопланетный десант, но они не были готовы исключить и такую возможность.

Помимо этого на совещании встал вопрос о пропавших без вести. До сих пор их существование скрывали. Считалось, что все очевидцы, оказавшиеся вблизи медузы в полночь, задержаны для допроса и медицинского обследования. Была надежда, что до утра их не хватятся – все-таки ночь после выпускного, до рассвета положено гулять, и мамы не должны волноваться. А потом что-нибудь придумается.

Но рассвет давно наступил – и ничего не придумалось. Дело дошло до самого премьер-министра, и ему лично пришлось решать – то ли отпустить задержанных и дать им возможность рассказать всем встречным и поперечным о трех пропавших, то ли официально сообщить родителям исчезнувших юношей о происшествии.

Выбрали все-таки второе, и разговаривать с родителями ради такого случая поручили министру внутренних дел. Перед ним положили папку с установочными данными на пропавших, и министр, вздохнув, взял со стола сотовую трубку и стал набирать номер первого по алфавиту мальчика.

Во время разговора он заметно изменился в лице, а нажав кнопку сброса, удивленно хмыкнул и набрал следующий номер.

Остальные участники совещания слышали только то, что говорил министр, но к концу третьего разговора они уже знали, что он им сообщит.

– Медведев и Голенищев крепко спят у себя дома. Борецкий ответил мне сам. Он утверждает, что не только не видел медузы, но даже не слышал о ее существовании.

5

Они лежали на берегу моря на теплом «снегу» и обсыхали после купания. Ян руками выкопал яму и обнаружил, что «снежный» слой не так уж велик – сантиметров двадцать. Дальше к «снегу» примешивается песок, и чем глубже – тем его больше. Ян предположил, что если углубиться еще дальше, то белые вкрапления исчезнут совсем – но ему было лень копаться в песке, гораздо менее податливом, чем мягкий и пушистый «снежок».

– Вообще-то домой пора, – заметил Ян, подняв голову от дела рук своих. – А то волноваться будут.

Никто не спросил Яна, каким образом он предполагает возвращаться. Даже для тупого Пашки было самоочевидно: медуза действует по принципу ворот, и чтобы вернуться домой, надо просто снова войти в нее и выйти на земной стороне. Вариант, что медуза может не пустить их назад, никому даже не пришел в голову.

– А тебя никто не держит, – заметил Медведев, который кайфовал, раскинув ноги и руки и накрыв голову от солнца рубашкой. – За меня никто волноваться не будет.

– Ты уверен? А как же Наташка? Она видела, как эта штука схватила тебя и затащила внутрь. Интересно, что она подумает?..

Медведев резко сел.

– Там были менты, – мрачно произнес он. – Она скажет ментам, они сообщат родителям. Черт, ты прав! Пошли.

Сергей имел в виду, что его родители привыкли к ночным отлучкам сына и просто так волноваться не станут – особенно в ночь выпускного бала.

Но если им скажут, что сына съела инопланетная медуза – тогда дело будет громкое. Матушку вполне может хватить инфаркт.

– А менты ведь, наверное, до сих пор там, – предположил Сергей на пути к медузе.

– Наверняка, – кивнул Ян. – Я думаю, там не только менты. Там должна собраться половина города. Ведь это же настоящее НЛО в натуральную величину.

Ян, Серый и Пашка прошли сквозь медузу без помех и все их предположения полностью оправдались.

Во-первых, они действительно вышли на земную сторону, в Парк Победы.

Во-вторых, там действительно были менты. И не просто менты, а специальный отряд быстрого реагирования, усиленный антитеррористической группой ФСБ.

Десятки автоматов, пулеметов и даже гранатометов были нацелены на медузу, и выпускники средней школы мгновенно подняли руки. Ян даже хотел крикнуть: «Не стреляйте! Мы свои», – но вовремя сдержался.

Дело в том, что на их появление никто не отреагировал – ни быстро, ни медленно. Элитные бойцы продолжали пристально вглядываться в медузу, и их взгляды таинственным образом обтекали вышедшую из медузы троицу.

Ян подождал немного, а потом первый опустил руки и прошептал:

– Они нас не видят.

На это Паша Голенищев неожиданно ответил парадоксальным замечанием:

– А мы сами себя видим?

Медведев отнесся к делу более прагматически.

– И что нам делать? – спросил он.

– Пошли, – скомандовал Ян голосом заговорщика, отдающего приказ о начале переворота.

И они пошли, лавируя между бойцами трех слоев оцепления и резервных подразделений.

Их не видел никто. Ребята даже начали опасаться, что стали полными невидимками – и как же теперь жить? Но едва Пашка Голенищев остро захотел, чтобы его хоть кто-нибудь увидел, как это немедленно произошло, и десятка два людей в форме и в штатском бросились его ловить.

Пашке сразу расхотелось быть видимым, и его не поймали. Остальных тоже не поймали, и все трое благополучно вышли за внешнее кольцо, состоящее из мрачных омоновцев и железных барьеров.

Здесь, несмотря на раннее утро, имела место довольно большая толпа, и чтобы не пострадать в давке, ребятам пришлось приложить некоторое – небольшое, впрочем, – усилие, чтобы обрести видимость.