Элизабет Линн - Танцоры Аруна (Хроники Торнора)

— Где ты был? Я все комнаты обегал, — и сжал в ладонях правую руку Сефера. Высокие скулы и острый подбородок делали его лицо похожим на мордашку выдры. Учитель улыбнулся.

— Корит, это Керрис, брат Кела. Познакомьтесь. Корит умеет двигать предметы, как Ардит и Тазия.

— Привет, — улыбнулся мальчик.

Керрису вспомнилась водяная феерия с кипарисовыми ветками.

— Привет.

— Ты двоюродный брат Тазии. Я только что ее видел. Она без устали швыряет подушки.

— Одна? — встревожился Сефер.

— Нет, рядом была Тамарис.

Ответ успокоил наставника.

— Мой племянник Корит-довольно-таки назойливый тип. — Он взъерошил волосы мальчика. — Чего тебе сейчас нужно от меня, челито? Ты ведь не зря обрыскал Танджо?

— Ничего особенного, — холодно ответил Корит. — Мы должны были встретиться вчера, но ты был занят. Все нынешнее утро я опять упражнялся в одиночестве. Теперь ты свободен? — Он повернулся к Керрису. — Прошу простить мою бесцеремонность.

— Речь идет о тренировке в перемещениях предметов, — пояснил Сефер. — Но, малыш, ты же видишь, мы отдыхаем. Какое расстояние ты преодолевал сегодня?

— Достигал макушки шеста на поле Орила.

— Очень хорошо. Твоя мать будет обрадована. Корит-средний сын Керен, — пояснил он. — Когда она распознала его талант, привезла сюда, решившись на долгое путешествие.

— Здесь тебе нравится? — спросил Керрис.

— О да, — мальчик улыбнулся. — Мне не хватает моего города временами. И мамы, — Корит сразу погрустнел. — Очень хочется ее повидать.

Сами собой пришли к Керрису бесхитростные чувства мальчугана: любовь, гордость, одиночество, проблеск страха, тоска по дому… Явился образ статной черноволосой женщины. Возле нее маленькая фигурка-сам Корит.

Он не замечал присутствия Керриса, а Сефер внимательно следил. Керрис закусил губу, в голову кольнуло, и он освободился от чужих мыслей.

— Семейные связи соединяют всех нас, — сказал Сефер. — Я тоже скучаю по Керен, челито. Пройдут трудные времена, глядишь, и я оставлю Илат, вместе поедем домой, в Кендру-на-Дельте.

На траву перед ними упала тень.

— Чтобы ты бросил Илат? Да ни за что.

Керрис поднял голову, прикрываясь от солнца. Над лужайкой возвышалась женская фигура в ярко-зеленом халате, перетянутом медной цепочкой. Черные волосы курчавились вокруг лица. Руки были сложены на груди.

— Керрис, это Тамарис, — представил Сефер. — Она тоже занимается перемещениями и еще-член Совета. Как дела у Тазии?

— Сегодня она-маленький демон. Я не отпустила ее с Ардитом в дозор, и вокруг этого чертенка все летело кувырком. Теперь она выместила свой гнев на подушках и заснула. Я хотела позаниматься с Коритом, а он здесь.

— Я не задерживаю его, — Сефер освободил руку из ладоней мальчика. — Ступай, Корит.

— Я хотел, чтобы ты посмотрел.

— Прекрасно, челито. Я готов, показывай.

Корит плотно зажмурился.

В поле стоял высоченный шест. На вершине неподвижно висели ленточки. Вокруг стеной стояла пшеница, поджидавшая серп жнеца. Ленточки на шесте начали подергиваться, поднялись параллельно земле, будто под ветром, и затрепетали, отпугивая пролетающих ворон.

— Видел?! — Корит торжествовал.

— Еще бы. Ты просто молодец.

— Корит, — вмешалась Тамарис. — Не надоедай. Можно подумать, что ты себя совсем вести не умеешь.

— Почему? Инану (на южном наречии так называли дядю), разве я такой настырный?

Сефер не отвечал. Его глаза не мигая смотрели в одну точку. Лицо судорожно подергивалось, губы беззвучно шевелились.

— Да, — разобрал Керрис. — Да, я скажу ей.

Наставник глубоко вздохнул и повернул голову к далеким холмам под солнцем.

ГЛАВА X

Керрис остолбенел. Видел Тамарис, глядящую на учителя, Корита, скорчившегося на земле и похожего уже не на выдру, а на бельчонка. Сефер с невидящим взглядом снова забормотал.

— Сефер! — крикнул Керрис. Тот не шевельнулся. Ухватил наставника за плечо. Его руку сбросила Тамарис.

— Не трогай! Он разговаривает.

Вот так и я выглядел в Торноре, осенило Керриса. Сефер вздрогнул, в глаза вернулось осмысленное выражение. Он сверху вниз провел ладонями по лицу и положил руки на колени.

— Берензия говорила с поста.

Керрис услышал незнакомое имя.

— Что она сказала?

— Был гонец от азешцев. Мужчина, не Тера. Назвался Неримом, говорил с сильным акцентом. Бери было трудно его понять. Гонец объявил, что его соплеменники завтра двинутся в город. Об этом просили известить Лару.

— Сколько их будет? — Тамарис сжала кулаки. — Меньше, чем в набеге?

— Берензия не знает.

— Надо сообщить Дорину и Келу.

— Да. — Сефер отер рукавом пот со лба, снял с головы повязку и сунул в карман.

— Про Риньярда ничего не сказали? — с надеждой спросил Керрис.

— Нет.

— Лару я извещу! — Корит прямо-таки задыхался от возбуждения.

— Нет! — Отказ сразил паренька. Он скривился, как от удара. Увидев результат своей резкости, Сефер схватил мальчика за плечи и поставил перед собой. — Челито, я не хотел сделать тебе больно. Прости.

— Ничего.

— Я сам пойду к Ларе, или сходит Тамарис.

— А к другим мне можно?

Сефер поглядел на женщину.

— Пусть сбегает на площадку к Келу. Но поскорее. И береги новость от посторонних ушей.

Корит взвился, крутнулся волчком и помчался по тропинке в глубину рощи.

— Почему нужно скрывать? — удивилась Тамарис, подхватив с блюда зеленый стебель.

— В городе достаточно горячих голов, готовых посчитаться с азешцами. Известие с поста подскажет им способ.

— Пустынников не так-то легко отыскать, — успокоила Тамарис. — Они из своего лагеря могут незамеченными дойти почти до самого Илата. Ты же знаешь, какие они ставят барьеры.

— Знаю. Испытывал их на прочность. Только странно…

— Что?

— Почему, так умело защищая себя, они больше ничего не могут в волшебстве.

— Непонятно. Да нам какая разница?

— Нам не стоит лениться в поиске истины, Тамарис. — Сефер многозначительно взглянул на изваяние Хранителя.

— Сефер из Илата, мне не нужны нравоучения, — угрожающе-вежливый тон наставница подкрепила огненным взглядом. Сефер смолчал. Тамарис вздохнула. — Ладно, ты, конечно, прав. — Она одернула свой халат. — Дорину я все передам.

— Как знаешь.

Тамарис усмехнулась.

— Моего ученика ты посылаешь с поручением, почему и мне не выступить в этой роли. — Она выплюнула недоеденный фетак, развернулась и удалилась в Танджо, покачивая бедрами.